Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

Научный Семинар

Новая жилищная стратегия

16.10.2015
В рамках научного семинара под руководством Евгения Ясина с докладом выступила Надежда Косарева – президент Фонда «Институт экономики города», профессор НИУ ВШЭ. В дискуссии приняли участие директор Института комплексного развития территорий Анна Курбатова, декан Высшей школы урбанистики, профессор НИУ ВШЭ Алексей Новиков.

Евгений Ясин:

Добрый вечер! По ключевым вопросам, таким как жилищное строительство, здравоохранение, образование, пенсиона система, у меня есть определенное мнение. Я считаю, что люди должны получать больше, но они должны платить из своих заработков, чтобы получать накопления и тем самым финансировались инвестиции. У меня лично очень большой интерес вызвала работа Института экономики города. Там есть очень важные моменты. Единственное что я хочу сказать, что Надежда Борисовна в этой области работает давно, и в течение определенного времени на ее выдающиеся знания перестали обращать внимание, на то, что она говорит. Может, ты стала меньше внимания обращать на новые идеи. Так бывает. Вы начинали в 1990-1992 годах, а из всего, что вы пытались сделать, ничего не получилось, все прошло мимо тех лиц, которые, например, могут платить деньги – городских властей, региональных властей и т. д. Дайте что-то новое, потому что в том положении, в котором мы находимся сейчас, население не может активно принимать участие в финансировании жилищной политики, и мы не будем иметь определенных инвестиций для этого. Короче, я был под впечатлением того, что все говорят, что пенсии нужно увеличивать путем отложенного выхода на пенсию. Что пять лет будут копиться деньги, чтобы в преклонном возрасте платить больше. У меня была идея, что если вы хотите сделать население более активным, вы должны сделать так, чтобы они не обходились расходами на эти цели, которые несет государство или работодатель. Это тоже определенные расходы, но инвестиции в жилищное строительство – это другая область вложения для них. Они оказывают услуги населению, это не только жилищное строительство, это и пенсии, и здравоохранение, в меньшей степени образование. Это я вам рассказываю о своих идеях, с которыми я приставал к Надежде Борисовне. И она подготовила доклад, новую стратегию жилищной политики. С моей точки зрения, доклад очень интересный. Я ее поэтому и пригласил. Я слышал этот доклад в Институте экономики города, где было достаточно много публики, больше, чем здесь сегодня. Мне было очень интересно. Мне показалось, что это новое слово, которое начинает более активную политику в этой области имеет очень большое значение. Я заканчиваю свое вступительное слово и передаю слово Надежде Борисовне. Также у нас будут Анна Сергеевна Курбатова и Алексей Викторович Новиков как оппоненты.

 

Надежда Косарева:

Добрый день, уважаемые коллеги! Во-первых, хочу сказать, что новая жилищная стратегия, которую я вам сегодня представлю, явилась результатом проведенных в последние пять лет исследовательских работ в рамках программ фундаментальных исследований Высшей школы экономики под руководством Е.Г. Ясина. Поэтому стратегия – это сжатая форма многолетних исследований по различным направлениям, которые более полно будут отражены в специальной монографии, которая скоро выйдет. Сегодня я представлю вам просто сжатое видение того, что мы предлагаем. В работе по подготовке новой жилищной стратегии участвовали А.С. Пузанов, Т. Д. Полиди, Е.Г. Ясин и я.

Период жилищных реформ, который прошел в нашей стране после 1991-го года, заложил базовые основы для того, что мы теперь предлагаем. Мы совершенно не хотели бы подвергать сомнениям достигнутые положительные результаты, просто мы хотим обратить внимание на сложившиеся проблемы и на необходимость смены некоторых приоритетов. Во-первых, за прошедшие годы были сформированы базовые институты рынка жилья. В три раза по сравнению с 2004-м годом увеличилась доступность жилья. Объем выданных ипотечных кредитов в прошлом году достиг рекордной величины – 1 миллион кредитов. Впервые за многие годы было введено 83,6 млн. кв. метров жилья.

Но, при всем при том, наше исследование показало наличие некоторого количества очень серьезных дисбалансов, ограничений, вызовов, которые накопились в жилищной сфере, в том числе нарастание экономических диспропорций в структуре расходов на производство жилищных благ. Об этом я подробнее скажу позже.

Ограничены возможности граждан с различным уровнем доходов удовлетворять свои жилищные потребности. Только что мы с А. Н. Семенякой и А.В. Новиковым пришли с круглого стола, который проводила Высшая школа урбанистики по теме развития арендного жилья, которого у нас пока не хватает. Изменились за это время, конечно, требования к качеству жилья и городской среды. А то, что мы видим сегодня, непреодолимым образом воспроизводит архитектурно-проектные решения, созданные в еще в 80-е годы прошлого века. Один из участников круглого стола сказал, что была создана настолько устойчивая система, что преодолеть ее никто до сих пор не может. Она просто воспроизводит ту же самую среду, те же самые жилищные условия, подходы, которые были заложены тогда. Чрезвычайно низка конкуренция в жилищном строительстве. Я бы также сказала, что в кризисном состоянии находится система управления жилищным фондом.

В 2014-м году у нас были рекордные вводы жилья (83,6 млн. кв. м) за весь период с 1923-го года,  но около 45% от этого ввода – это индивидуальное жилищное строительство, то есть, «самострой». Профессиональные застройщики пока даже близко не подошли к максимальному показателю ввода ими жилья в 1987-м году, они даже не подошли еще к показателю 1964-го года. Тема «самостроя», натурального хозяйства в рыночной экономике является индикатором ситуации, когда половина людей, строящих жилье, не выступают участниками рыночных отношений, а находятся в сфере натурального хозяйства. А значит, рыночные отношения не предлагают им продукта необходимого качества, необходимой цены, который бы их удовлетворил.

При этом наше исследование показало нарастание диспропорций между инвестициями в восстановительное и дополнительное производство жилищного фонда. Должна специально отметить примененный нами специальный методологический и терминологический подход. Под «восстановительными инвестициями» мы понимаем инвестиции не только в реконструкцию, модернизацию и капитальный ремонт жилищного фонда, но и снос старого жилищного фонда и строительство на его месте другого жилищного фонда, в процесс «редевелопмента». То есть, восстановительные инвестиции – это инвестиции, восстанавливающие и, возможно, увеличивающие стоимость существующего жилищного актива. А «дополнительное производство жилищного фонда» – это строительство жилищного фонда «на гринфилд», то, что у нас в последнее время получило широкое распространение в форме комплексного освоения новых территорий, которое не предполагает выбытия жилищного фонда на такой территории.

Так вот, начиная еще с 1950-х годов (мы провели расчеты с 2000-го года, а тенденция возникла гораздо раньше), у нас инвестиции в восстановление жилищного фонда существенно отстают от инвестиций в дополнительное производство жилищного фонда (в обоих случаях, здесь и далее, включая коммунальную инфраструктуру). В результате в 2012-м году восстановительные инвестиции составили лишь 13% от дополнительного производства жилищного фонда, и мы накопили дефицит восстановительных инвестиций в размере 22 трлн. руб. или 35% ВВП. Если такая тенденция будет продолжаться и дальше, мы просто получим «города-призраки» в срединной зоне, а вокруг них новые жилищные фонды, либо оставим эту проблему на следующие поколения.

Поэтому, исходя из всех накопившихся проблем, мы предлагаем новые стратегические цели и приоритеты жилищной политики. Цель – повышение качества жилищного обеспечения, причем, граждан с различным уровнем дохода и потребностей. Отсюда следуют два стратегических приоритета. Первый – нельзя продолжать ориентироваться исключительно на приобретение жилья в собственность. Это была хорошая цель, она получила свое развитие, должна развиваться дальше, но необходимо внедрять и другие институты, которые позволяют улучшать жилищные условия людям либо с более низкими доходами, либо с другими потребностями. Второй приоритет – повышение качества городской среды (в отличие от одной простой задачи повышения объемов жилищного строительства, и не важно, где и как, главное, что метр на человека). Важна не только сама жилая единица, но и среда, которая ее окружает – доступность мест приложения труда, развитая социальная инфраструктура, места досуга, экологические параметры, параметры безопасности и другие факторы.

Все говорят, что у нас низкие доходы населения, поэтому не все могут улучшать жилищные условия. Мы сделали гипотетический расчет, что было бы в 2013-м году, если бы была возможность не только приобрести жилье с помощью ипотечного кредита (которая была у 27% населения), но и были бы созданы институты найма жилья по договору некоммерческого найма и была бы возможность жилищно-строительной кооперации. В этом случае уже в 2013-м году, исходя из распределения доходов населения страны, которое было в 2013-м году, 26% населения могли бы принять участие в жилищно-строительных кооперативах и еще 14% населения могли бы позволить себе снять жилье на некоммерческих условиях. Остальные 33% населения не имели бы никакой финансовой возможности и должны были бы либо стоять в очереди на социальный наем, либо оставаться проживать в тех же условиях.

Но для внедрения этих новых институтов нужна государственная поддержка. Ни один новый институт не может быть внедрен без государственной поддержки. Нужно создать для этого определенные условия. Сейчас я расскажу, о чем идет речь. Но мы считаем, что к 2030-му году вполне возможно было бы достичь показателей, когда для половины населения будет доступно приобретение жилья в собственность с помощью ипотеки, а остальным группам населения, за исключением 15%, которым потребуется социальный наем жилья, могли бы быть предоставлены другие варианты. Для найма жилья принят закон, но этого недостаточно. Нам надо развивать законодательство по жилищно-строительным кооперативам, надо развивать законодательство по защите прав нанимателей и наймодателей. В европейских странах, где развит наем жилья, существуют весьма детальные законы, регулирующие отношения сторон договора найма. У нас это несколько статей в Гражданском кодексе, то есть, это совершенно не тот уровень развития правоотношений, и требуется серьезная защита прав сторон. Кроме законов, как я сказала, для того чтобы внедрить эти институты, нужны организационное, финансовое содействие внедрению этих институтов, в том числе и предоставление земельных участков на льготных условиях, и обеспечение долгосрочного кредитования, в том числе через Агентство по ипотечному жилищному кредитованию. Мы не предлагаем забыть ипотеку и приобретение жилья в собственность, но надо прекратить отдавать приоритет одной этой форме и начать поддерживать другие тоже.

Относительно конкуренции в жилищном строительстве. ФАС считает, что у нас полная конкуренция в секторе жилищного строительства (речь идет не о подрядных организациях, а о застройщиках). Но все экономические параметры, которые мы проанализировали, демонстрируют факт низкой конкуренции. Проводится работа по снижению административных барьеров, но она идет с огромным трудом, препятствия со стороны не заинтересованных в этом сторон такие, что на их преодоление потребуется еще очень-очень много времени. Ключевой проблемой является подключение к коммунальной инфраструктуре. У нас «стоит стена» между застройщиками, которые должны решать эти проблемы сами, и коммунальными организациями, которые выступают единым фронтом. При этом идет перетягивание каната, в том числе и на уровне законодательства. Позиция одной стороны – затраты должны нести застройщики и включать их в цену жилья. Позиция другой стороны – это должно быть обязанностью коммунальщиков, а затраты должны производиться за счет тарифов.

Кроме того, стоит задача перехода к проектному кредитованию жилищного строительства вместо кредитования участников долевого строительства, которое сейчас очень нравится банкам. Без смены этого института ничего хорошего не будет. Это займет время, но такая задача должна быть поставлена. И необходимо уходить от прямого инвестирования и кредитования людей. Раньше застройщики все время говорили, что отказ от привлечения средств граждан приведет к росту цен. Сегодня такой аргумент уже не работает, потому что большинство дольщиков получают ипотечные кредиты, то есть проценты содержатся уже в цене приобретаемого ими жилья.

Другая тема – комплексное освоение новых территорий, в рамках которого сегодня практически полностью ведется жилищное строительство профессиональными застройщиками. Нужна переориентация на редевелопмент и благоустройство уже застроенных территорий. У нас огромные площади заняты аварийным, ветхим, морально устаревшим жильем, ветхими гаражами, дачами, садовыми участками. И это все на территории российских городов в срединных и центральных зонах. Мы провели оценку возможности редевелопмента таких территорий с точки зрения жилищного строительства и, по самым скромным оценкам, в наших городах более чем на 30 лет есть поле для работы профессиональным застройщикам, потому что минимальный объем потенциального жилищного строительства при редевелопменте застроенных территорий составляет 260 млн. кв. метров.

Далее – промзоны в городах. Эту тему трогают урывками, в каком-то городе ее удастся проработать, где-то нет. На территории российских городов центральные и срединные районы заняты промзонами, в том числе заброшенными промзонами, которые давно не используются для промышленного производства. Их редевелопмент не только для жилищного строительства, но и вообще для создания благоприятной среды жизнедеятельности, транспортной инфраструктуры – это еще один резерв. Необходимо развивать различные виды государственно-частного партнерства в секторе строительства, жилищного строительства, развития и модернизации коммунальной инфраструктуры, редевелопмента территорий. Опять же, эта тема сегодня прорабатывается и обсуждается очень многими, но никакого конкретного результата и нахождения какого-то баланса публичных и частных интересов, извините, с обеих сторон эта тема пока еще, к сожалению, не получила.

Капитальный ремонт многоквартирных домов – еще одна актуальная тема, но она, на наш взгляд, пошла не в ту сторону. Ремонтировать морально устаревшие дома бессмысленно, там нужно производить редевелопмент. А вот капитально ремонтировать, на наш взгляд, необходимо дома, которые были простроены в 1960-1980-е годы, а это 50% городского жилищного фонда страны. И, конечно, необходимо развитие банковского кредитования капитального ремонта. Инструментарий, который придумали сейчас, плохо работает на совместимость с банковским кредитованием. Копить можно до бесконечности, а тем временем фонд будет все ветшать и ветшать.

В управлении многоквартирными домами кризис полный, бесконечный и безнадежный. Эта тема очень сложная. Помню, что был эксперт на обсуждениях у Евгения Григорьевича, который их называл чем-то вроде «домов-ежиков», какое-то хорошее название. Потому что в них половина публичной собственности, половина частной собственности. Это факт, это есть, и мы ничего уже не можем с этим сделать. Жаль только, что это воспроизводится. Все эти годы мы искали какую-то оптимальную форму управления такими домами, в результате плюнули и опять возвращаем государственное и муниципальное управление этими домами. Но это неправильно, это не будет работать, мы это уже проходили. Сейчас во всем оказались виноваты управляющие компании, и опять возвращают государственные (муниципальные) организации. Я не знаю, все ли здесь москвичи и заметили ли вы, что почти у всех теперь ГБУ «Жилищник». Завтра он будет везде, у меня в доме уже есть. Я заметила, что мусор перестали вывозить. Почему? А оказывается, что у меня в доме уже управляет ГБУ «Жилищник». То есть, вместо развития конкуренции на рынке управляющих компаний и создания условий для предотвращения монопольной деятельности, к сожалению, происходят обратные процессы.

Еще две темы. Как нам эти новые стратегические приоритеты обеспечить финансово? Мы проанализировали структуру источников финансирования расходов в жилищной сфере, начиная с 2000-го года: публичные расходы, финансовые и нефинансовые корпорации, домохозяйства. И оказалось, что все эти годы у нас идет замещение доли публичных расходов расходами населения. При этом доля расходов бизнеса остается неизменной, в 10%. То есть, средства бизнеса не приходят ни в жилищный сектор, ни в коммунальный сектор. Поэтому при реализации каждого из стратегических направлений, о которых я говорила (про изменение форм удовлетворения жилищных потребностей, переход к редевелопменту территорий), доля участия бизнеса, финансовых и нефинансовых корпораций, должна постоянно увеличиваться. Если в 2012-м году структура была такая, что 72% расходов финансировались домохозяйствами, бизнесом – лишь 9%, а государством – 19%, то нам представляется возможным переход к 2030-му году к структуре, когда доля домохозяйств составит 55%, бизнеса – 30%, государства – 15%.

При этом общий объем расходов в жилищной сфере (в ценах 2012-го года) увеличится, по нашим прогнозам, с 4-х млрд. до 6-ти млрд. руб. Мы брали самые минимальные темпы увеличения реального объема ВВП – 2% в год, в среднем за период, плюс немного накинули на повышение производительность труда в сфере жилищного строительства. Общий объем расходов в жилищной сфере в реальных ценах мы почти не наращивали. В процентах от ВВП он такой же – 6% от ВВП, что похоже на долю в других европейских странах. Но структура этих расходов должна быть другая, в том числе по направлениям расходов. Сегодня у нас 46% расходов идет на текущие расходы, то есть расходы на потребление жилищных и коммунальных услуг. Еще 46% – на создание дополнительного жилищного фонда. И лишь 8% – это инвестиции в восстановление жилищного фонда и коммунальной инфраструктуры. Тот дисбаланс, о котором я говорила ранее, требует кардинальным образом изменить эту структуру расходов и до 2030-го года хотя бы частично ликвидировать накопленный дефицит восстановительных инвестиций. Полностью ликвидировать этот дефицит мы не сможем. Даже частичное решение этой задачи потребует в структуре расходов довести инвестиции в восстановление жилищного фонда и коммунальной инфраструктуры с 8 до 40% от всех расходов.

Теперь жилищные расходы в бюджетной сфере. Мы ежегодно тратим порядка 1,4 трлн. руб., что не мало, прямо скажу. В эту сумму включены прямые расходы бюджетов, включая инвестиционные расходы, расходы на поддержку спроса и на финансирование жилищно-коммунальных услуг, а также выпадающие доходы бюджета от льгот по подоходному налогу при приобретении жилья и оплате процентов по ипотечному кредиту. При этом расходы на финансирование текущих жилищно-коммунальных услуг составляют 34% от прямых расходов бюджетов. Из них только 5% – это адресные субсидии гражданам с низкими доходами, все остальное – это так и не оконченная система дотаций жилищно-коммунальным предприятиям и категориальные льготы (большая часть которых предоставляется чиновникам или ветеранам труда). При этом выпадающие доходы бюджетов на поддержку института приобретения жилья в собственность составляет  212 млрд. рублей ежегодно. Честно скажу, что, на наш взгляд, это не самые эффективные расходы бюджетных средств, поскольку приобрести жилье в собственность могут себе позволить 27% людей с самыми высокими доходами. То есть, деньги к деньгам: самые богатые люди, которые могут приобрести жилье и взять ипотечный кредит, еще получают налоговую льготу от государства. Есть возможность оптимизации бюджетных расходов. Это деньги, которые можно было бы направить на восстановление жилищного фонда, на капитальный ремонт, на модернизацию инфраструктуры (понятно, что на условиях ГЧП, софинансирования с банками, населением и т.д.).

Последнее – это территориальная дифференциация и децентрализация жилищной политики. Всем известно, что рынки жилья локальны, что наши города развиваются по-разному: одни растут, другие теряют население, причем, быстрыми темпами, расположены в различных климатических условиях, имеют разные потребности в жилье. Но до сих пор у нас жилищная политика объявляется на всю страну. Если ипотека, то на всю страну, если вводить жилье в размере 1 кв. м на человека, то на всю страну. Теперь вот еще – если арендное жилье, то тоже на всю страну. Это, конечно, не правильно. Необходим дифференцированный подход к различным городам и децентрализация жилищной политики, чтобы на местах, в зависимости от экономических, социально-демографических планов и прогнозов развития городов, могли выбрать разный инструментарий: где-то комплексное освоение новых территорий, где-то капитальный ремонт, где-то редевелопмент, где-то модернизацию, где-то жилье в собственность, где-то внаем, где-то кооперативы. Везде должны быть разные подходы. Но на местном уровне без создания условий для проведения собственной политики органами местного самоуправления это невозможно. Мы никогда не сможем реально решить жилищную проблему без расширения полномочий органов местного самоуправления и без обеспечения их финансовой самостоятельности. Сейчас тенденция абсолютно противоположная. У органов МСУ отбирают все инструменты градостроительной политики. Теперь уже Московская область, Ленинградская область и другие области будут разрабатывать генеральные планы городов, ПЗЗ, разрешение на строительство в городах будут выдавать. То есть, процесс идет в обратную сторону. На местах должны иметь финансовые маневры, что поддерживать – наемный фонд или давать субсидии на наем жилья, поддерживать кооперативы или приобретение жилья в собственность. Для всего этого нужны финансовые возможности.

Последнее. Пока органы МСУ не используют градостроительное регулирование как реальный механизм по землепользованию и застройке. Зачастую пока это филькина грамота, просто стопка бумаги, которая меняется по мановению палочки, как хочет застройщик. Он диктует условия на рынке. Наши города никогда не будут выглядеть привлекательным и удовлетворять потребности граждан, если не будет серьезной градостроительной политики, устойчивых инструментов этого регулирования. Здесь проблема в качестве градостроителей, проектировщиков, планировщиков. И поэтому, наверное, очень важно, что в Высшей школе экономики создана Высшая школа урбанистики, которая должна готовить таких специалистов. Вот на этом я и заканчиваю. Спасибо за внимание.

 

Евгений Ясин:

Спасибо. Давайте три вопроса.

 

Елена Гусева:

Вы в курсе, что есть дома (это в основном одноподъездные девятиэтажки), где есть инициативные группы, которые пытаются сделать следующее: они ищут инвестора, чтобы на своем земельном участке, который им тоже принадлежит, построить новый дом и съехать. Ни одному ЖСК это пока не удалось. То есть, в принципе, все препятствует самостоятельности. Даже в управлении собственным домом. Мы как ЖСК еще держимся, но есть тенденция, что с помощью штрафов и инспекций можно отключить дома. И, собственно, никакая децентрализация жилищной политики невозможна в стране, где происходит сверхцентрализация власти и ресурсов. Можно ли с помощью инвестора, которому дадут возможность построить дополнительно 3-4 этажа, построить новый дом? Вы не знаете таких случаев?

 

Надежда Косарева:

Нет, я не знаю.

 

Владимир Самошин:

Есть такой дом по улице Бауманская, 46. Это зависит от привлекательности дома. Если первая линия, привлекают ряд инвесторов и уже вместе с жителями рассматривается вопрос о выселении.

 

Надежда Косарева:

Я тогда неправильно поняла. Здесь не про городской департамент, а про самих собственников, когда они по своей инициативе находят инвестора?

 

Реплика:

Так инвесторов находят тоже через департамент?

 

Надежда Косарева:

Почему?. Они же собственники. Зачем им нужен департамент? Вопрос не в том, что без московского правительства. Вопрос в том, как я понимаю, чтобы они будут идти по общему пути, как застройщик. Правильно? По общему пути. У них уже есть участок.

 

Реплика:

А показатели по плотности, по этажности? Чтобы их поменять, надо заказать нормировки.

 

Надежда Косарева:

Это определяет градостроительное регулирование.

 

Григорий Захаров:

Надежда Борисовна, если можно, в чем новая политика, извините? Где же лошадь, а где телега? Я не услышал новизны политики. Извините, но я откровенно. Все, что вы сказали, правильно, все, что вы сообщили, это ваша позиция, и сегодня Институт экономики города для меня открылся совершенно другим лицом. Я вас всегда воспринимал как институт, работающий на власть. Спасибо за ваше выступление и за вашу информацию, мне очень приятно, что мы с вами стали соавторами нового направления. Мы говорим об этом с 2005-го года, о том, что я сказал.

 

Надежда Косарева:

Значит, я не донесла свою позицию. В чем новизна? До сих пор государственная стратегия была в том, чтобы поддерживать одну сторону – удовлетворение жилищной потребности и увеличение доступности приобретения жилья с помощью ипотеки. Второй приоритет государства был в том, чтобы увеличивать объемы жилищного строительства, не важно, где, не важно, каким путем, в основном, через комплексное освоение новых территорий вокруг городов. Стратегический и тактический государственные приоритеты в жилищной политике. Да мы много сотрудничаем с государством, но мы являемся экспертами. Я начала с того, что мы не считаем, что та политика, которая проводилась до этого, была неправильной. Она была правильной, нужно было с чего-то начать, создать условия для рынка жилья, нужно было создавать институты. Но накопились сложности, не решать которые сегодня мы уже не можем.

 

Ирина Толмачева:

Я, возможно, не услышала, но почему вы не рассматриваете строительство социального жилья? Было же, когда жилье распределяли.

 

Надежда Косарева:

Во-первых, у нас размещен полный текст доклада на сайте Института экономики города и на сайте Высшей школы экономики. Там развитию социального жилья, строительству социального жилья посвящен целый раздел. У нас есть предложения по этому поводу. За недостатком времени я не стала на этом останавливаться. Но мы исходим из того, что для каждой группы населения надо создавать свои возможности для улучшения жилищных условий. Предоставление жилых помещений по договорам социального найма требуется людям с самыми низкими доходами. Создание возможностей для тех, кто может платить, через разные институты сократит группу людей, которые не могут платить ни через какой институт. И тогда у нас вместо 20-ти лет ожидания в очереди на социальное жилье, которая сейчас есть, будет 5 лет ожидания в этой очереди. Кроме того, надо изменить сам институт социального найма, нужно сделать его срочным, конечно же. Надо прекратить приватизацию жилья, иначе фонд социального использования не сохранится. Но мы не считаем, что в условиях рыночной экономики есть целесообразность, необходимость и потребность перевести всех на распределительную жилищную систему, как это было в СССР. Преимущества рыночной экономики позволяют 85% населения к 2030-му году самостоятельно полностью или практически полностью оплачивать свое жилище.

 

Ирина Толмачева:

Очень оптимистично.

 

Надежда Косарева:

А мы вообще такие оптимисты, по жизни.

 

Артем Булатов:

Два вопроса. Первый. Есть закон о наемном жилье. Каковы его перспективы, чем устраивает, а чем нет? И второй – по дифференциации. Есть предложение по поводу того, что сейчас местные депутаты в регионах переводят из нежилья в жилье, определяют по определенной площади. Какие еще вы предлагаете передать полномочия на местный уровень в плане жилищной политики?

 

Надежда Косарева:

Что касается первого вопроса о наемном жилье, мне трудно его оценивать, потому что мы готовили закон. Поэтому мне кажется, что он хороший. Есть проблемы его реализации. Мы только что три часа на круглом столе обсуждали эту тему. Жалко, что вас не было, там бы дали ответы. Конечно, самая серьезная тема – это наличие долгосрочных источников финансирования. Без того, что будут средства, как минимум, на 20 лет, создать такой институт наемных домов невозможно. Вся наша надежда на Агентство ипотечного жилищного кредитования, что они будут формировать механизмы финансирования таких наемных домов. Кроме финансовой темы, есть еще одна очень большая тема, которую мы сегодня обсуждали. Нам очень хочется создать другой продукт на рынке, со всеми современными характеристиками, в первую очередь, качества. Но невозможно все время кушать вот этот советский градостроительный пирог. Начать, по крайней мере, АИЖК, хотелось бы с показа примеров, возможностей, что это будет действительно жилье, дифференцированное по потребностям и т.д. Не буду пересказывать весь круглый стол.

Что касается полномочий муниципалитетов, то муниципалитет должен обладать всеми полномочиями территориального планирования своей территории, градостроительного регулирования землепользования и застройки. Это муниципальные функции. Они должны обладать полномочиями по инфраструктурному развитию своих территорий. Они должны обладать полномочиями по участию в решении жилищных проблем в той или форме для граждан на своей территории. А для этого у них должны быть финансовые ресурсы. Сейчас начинается введение налога на недвижимость. Пока это переход к изменению налоговой базы по налогу на имущество физических лиц, по налогу на имущество организаций, налогу на землю – кадастровой стоимости объектов недвижимости. Это пока не налог на недвижимость, это некоторое приближение, этап на этом пути. У этого инструмента есть огромный потенциал, не только фискальный. На самом деле, все смотрят на него как на фискальный инструмент, и это правильно, я тоже так считаю, но у него есть огромная градостроительная регулирующая функция. Если вы будете дифференцировать налог на недвижимость по территориям, по различным зонам, по различным разрешенным видам использования, то вы можете подталкивать развитие территорий в зависимости от ваших целей и приоритетов. Вот это, собственно, главные вещи.

 

Евгений Ясин:

Если будут появляться вопросы, то мы их послушаем после выступления наших уважаемых оппонентов. Пожалуйста, Анна Сергеевна Курбатова.

 

Анна Курбатова:

Большое спасибо. Я приветствую такие теоретические работы. На сегодняшний день наш институт занимается серьезными проработками таких территорий как Москва и Московская область. Действительно, я считаю, что передача функций обратно муниципалитетам была бы крайне вредна. Я объясню, почему. Как эту работу сейчас поставило подмосковное правительство? Они разработали генеральный план, где направляют деньги в начало этого процесса, в так называемый дефицит. Это первоочередная задача нашего правительства. Причем, для двух дефицитов – тот, который уже сложился среди проживающего населения, и отложенный дефицит, который возникает в результате нереализации проектов, утвержденных за последние три года местными властями. Вторая стадия этого градостроительного процесса – это рост возможности бюджетного покрытия этих дефицитов, хотя бы тех, за которые они отвечают. И это они пропускают через Совет и губернаторов. На третий стадии нам будет позволено применить стандартную методику градостроительного регулирования и, наконец, применить этот план: чертежи и предложения из утвержденной части. Этот формат показал нам, что те дефициты, которые сегодня существуют, возникают в случае нереализации уже утвержденных местными властями проектов планировки. На покрытие их фактически вообще не будет никаких ресурсов. Почему сейчас они считаются дефицитами? Потому что наступил экономический спад. Только это смогло остановить процесс накопления вот этих дефицитов в детских садах, школах, территориях общественного пользования и т.д. Плюс к этим дефицитам анализ показывает, что сложились диспропорции в части федеральных и областных обязательств на строительство федеральных и региональных объектов – дорог, коммуникаций и таких объектов, которые мы называем местами приложения труда. Кроме того, большое количество земель, которые сегодня находятся на территориях наших муниципалитетов, по мановению волшебной палочки попадают в неразделенные  и неопределенные земли, с точки зрения ведения их функционального использования. На самом деле, это хитрость местных властей, которые держат эту землю, извините, под попой для того, чтобы суметь ее ловко продать тем, кто приходит. И сколько мы ни добивались получения разрешения посмотреть базу Минимущества, чтобы посмотреть реальную кадастровую ситуацию, мы так его и не получили. При этом мы получили абсолютный запрет на возможность пользования кадастровым планом, потому что когда мы начинали на него опираться и строить выводы, все наши выводы признавались несправедливыми, потому что большая часть земель, особенно в ближайшем Подмосковье, особенно в Одинцовском районе, состоит на кадастровом учете в Москве. При этом находится у муниципалитетов Одинцовского района. В этом случае заниматься градостроительной политикой и расчетом каких-то градостроительных показателей и перспектив практически, согласитесь, невозможно. Мы даже не можем выделить земли, консолидированные участки в тех же самых муниципалитетах, которые используют для привлечения инвестора в строительство так необходимых объектов социальной инфраструктуры, в культуру, в транспорт и в инженерный сектор. Кроме того, пока действовала новая жилищная стратегия, я имею в виду не вашу, а ту, которая началась в начале 1990-х годов, мы так и не смогли перейти на прямые принципы нормирования в градостроительстве. У нас получалось, что все должны получить возможность приобретать жилье разного качества, но, с другой стороны, всех застройщиков заставили обеспечивать будущее население объемами соцобеспечения, озеленения и т.д. То есть, справедливость должна была все время торжествовать. И если за рубежом идет дифференциация не только по качеству городской среды, но и по качеству получаемых услуг, то у нас нормативные требования одни на всех. Если, допустим, детских садов меньше нормы, это означает заранее, что все уже согласованные планировки, еще не начав реализовываться, имеют дефицит по детским садам. Кроме того эти нормы, попытки им следовать привели к тому, что все время возрастала нагрузка на муниципальные бюджеты, ведь объекты социальной инфраструктуры ложились на местный бюджет, потому что он несет функцию заказа учителей и прочее. Сегодня даже бюджет Домодедово просит нас в рамках нового генерального плана отказаться от многих проектов планировки, придумать различные механизмы, чтобы попытаться перевести виды разрешенного жилья обратно. Например, в Химках объекты сельскохозяйственного жилищного назначения. И они имеют на это моральное право, потому что там совершенно сногсшибательный дефицит по определенным территориям общего пользования. Кстати, мы еще не обладаем достоверной информацией по временному населению. Но уже сегодня, хотя мы не обладаем статистическими данными от организации, которая ведет учет мигрантов, наши транспортные расчеты свидетельствуют о том, что сегодня в Химках проживают 500 тыс. человек. Просто перешагивая административную границу, человек указывает, что на работу он будет ездить в Москву. Поэтому фактически мы и в этих условиях отсутствия представительной статистики не можем заниматься качественной градостроительной стратегией, даже на такой территории как Химки. Дальше. Появление в нашей практике такого образование как Новая Москва привело к тому, что сняты все ограничения на возможное деление имущественных отношений на территории лесного фонда. Если у Москвы хотя бы были какие-то свои земли, то у Московской области у муниципалитетов своих земель практически не осталось. Только 90% этих муниципальных земель занимает застройка муниципальных объектов. На самом деле, это куски, ничего другого там построить просто невозможно. Вся система земельно-имущественных отношений будет переориентироваться на выкуп кого-то, тех, кто сидит на сельхозземлях, прежде всего.

Сейчас начинается второй этап применения финансово-экономической модели этого генплана. У нас в контракте записано, что надо применить финансово-экономическую модель реализации плана в части покрытия дефицита, то мы сразу начинаем закладывать в затраты бюджета вот этот вопрос выкупа земель и упираемся в то, что здесь начнется грязный торг с областным правительством. Воробьев выстроил достаточно большое количество административных барьеров. А с местными будут торговаться. Это проще, но мы здесь получили очередную провокацию. Сделано местными властями, как мне кажется.

Теперь Новая Москва. Мы сейчас проектируем два объема на территории бывшего поселения Калужского района. Когда это поселение было частью Подольского района, градостроители видели взаимосвязь между городом и пригородом. Сегодня, когда это тоже стало городом, все планы тех собственников, которые получили право на землю еще в те времена, когда это была Московская область, таковы, что сегодня мы имеем шансы получить Подольск и прилегающие территории Новой Москвы. Причем, это будет территория очень локальная, плохо обеспеченная инженерно, транспортно и объектами приложения труда, которая станет на подступах к Москве. Вот такое новое образование на границе Москвы и области. При этом трудности развития жилищного сектора, в том числе и для Москвы, которые заключаются в том, что у нас нет единой транспортной системы и нет никаких шансов, чтобы она была сформирована, потому что так получилось, что мы проектируем Подольский район, проектируем и делаем генплан сельских поселений. У нас есть шанс договориться самим с собой по вопросу транспортной системы на тех территориях, где проектировали мы. Проектировщики друг друга не видят, не взаимодействуют. Сейчас идет объединение Подольской области и городского округа в единую новую транспортную инфраструктуру «городской округ Подольск». До июня все вопросы новой городской политики должны быть решены. Поэтому не буду детально вдаваться в подробности, описывать практические вопросы, которые возникают при попытках не просто перейти на новую жилищную политику, но подготовить какой-то фундамент в плане градостроительного стратегирования. Просто могу сказать, что сегодня при всех наших усилиях мы не можем добиться качественного результата по нескольким причинам. Местные власти не владеют ситуацией и слишком коррумпированы. Действующие нормативы и их нормы в новой редакции приводят к тому, что резко возрастает финансовая нагрузка на инвестора по строительству новых площадок, новых объектов, которые обеспечили бы новое население местами приложения труда. Сегодня фактически даже в Московской области никто этим качественно не занимается. Все что нам сбросило Министерство инвестиций Московской области, это список из 38 технопарков, половина из которых просто умерли как проекты будущего. А относительно реорганизации производственных территорий, которые сегодня находятся в этой функции, можно сказать, что научно-технический прогресс резко сокращает количество мест на предприятиях, производящих что-либо. И за последнее время даже на территории Подмосковья, куда входят новые технологии, количество занятых в производственной сфере резко сокращается. Социальную сферу обеспечивают только за счет бюджета. Относительно каких-то других новых сфер и отраслей, которые мы можем предложить в качестве рабочих мест новому населению, вопрос не решен. И отсутствует возможность у населения отказаться от социальных услуг и не ходить в муниципальную школу, а профинансировать обучение своего ребенка в частной школе. Такие места необходимого качества не создаются. И я считаю, что вот это социальное нормирование очень серьезный фактор, препятствующий, в том числе, и развитию жилищного сектора. Спасибо.

 

Алексей Новиков:

Спасибо большое. Должен признаться, что я сторонник этого доклада и всей идеологии, поэтому с моей стороны лицемерие выступать в качестве оппонента. Я подумал, чего в этом докладе реально не хватает, и решил, что не хватает глубокого погружения в материал, которое бы подкрепило главную мысль того, что здесь происходит. Мне кажется, что жилищная стратегия, которая здесь представлена, это стратегия создания совершенно нового института, именно института, а не просто решение какой-то проблемы обеспечения жильем и т.д. И контуры этого института прекрасно изложены. Тенденции, по которым он должен развиваться, через различные характеристики жилья – повышение качества жилья, гибкости. Мы в стенах университета можем сделать и посмотреть на это с другого угла. Мы имеем дело с переходом от философии «больше квадратных метров, больше дорог, машин и парковочных мест» к философии услуг, учитывающей макроэкономическую сегментацию, которая здесь очень сильна. К сожалению, это мало кто понимает, но авторы этого доклада прекрасно это понимают. Я несколько раз в стенах Высшей школы экономики слышал шокирующий меня план, что нам делать с пенсионерами в городе Москве, где, согласно расчетам, их нужно переселить в пригород, чтобы им было легче там жить. Меня это сильно возмутило, я начал спорить с авторами доклада, а потом понял, что пенсионеров там не существует, существуют люди с ограниченными возможностями. То есть, сама мысль переросла в совершенно другое поле, что это люди с ограниченными возможностями, это и дети, и инвалиды, и больные люди. Тогда стратегия выстраивается совершенно по-другому. Вот транспорт, например. Можно говорить о транспорте как о продукте, о дорогах, о парковочных местах. А можно говорить как об услуге доступности экономики, не концепции производства все большего количества транспортных средств на ту же инфраструктуру, а о качественных изменениях вообще этой услуги по доступности общественного транспорта (пересадочные узлы, время в общественном транспорте, нагрузка на систему и т.д.), То же самое жилье. Из «квадратного метра» жилье превращается в рамках той стратегии, которая нам предложена, еще и в некую услугу по доступности жилья, по адаптации к рынку труда, адаптации к изменяющимся ценностям, социальным стратам. Адаптация к этому чрезвычайно важна, и через механизмы получения жилья это происходит. Это как сменить личную машину на такси, а потом такси сменить на общественный транспорт, а потом на новую форму такси. Такого рода вещи происходят, и это описано в современных динамических теориях современного города, которые в основном нацелены не на собственность, не на объект и продукт, а на доступность. Переход в сторону доступности в широком смысле этого слова – это лозунг этой работы. Он разбит на какие-то отдельные кусочки, но, мне кажется, самую большую ценность в этой работе составляет то, что там написано. Я хочу в заключение своего выступления сказать, чтобы спровоцировать вас на размышление, мне вообще кажется, что на смену приходит философия не роста прибыли, а философия экономии на издержках, реструктуризации тех общественных и экономических отношений, которые у нас есть. И опыт этот нам всеми силами показывает, что баланс времени, которое тратит человек на дорогу до работы, это самое важное, что сейчас происходит. И социологи, экономисты это замечают. Я приведу несколько цифр, которые меня шокировали. Это в подтверждение того, что то, что сейчас происходит с жилищной стратегией, абсолютно правильно. Французские социологи, изучающие вопросы недвижимости, посчитали баланс времени, которое человек тратит на дорогу на работу и на рабочую деятельность. 12% связывают с работой, 88% – нет. Это включает сон, детство, старость и т.д. Тем не менее, если вдуматься в цифру, то она шокирующая. 12% связано с хорошо регламентированным пространством деятельности человека, с работы, на работу и т.д. Примерно 30% европейцев в крупных городах считают себя людьми со свободным бюджетом времени и с достаточными наличными средствами, позволяющими им не полностью работать. Примерно 40% времени не используется, это уже результат полевых обследований в Москве. Как дополнительный квадратный метр, который построен вне концепции доступности, вне концепции услуги, это минус в национальное богатство. Строите, а потом вычитаете из нашего национального богатства. Александр Павлович сделал оценку национального богатства по методике Всемирного Банка. И там ситуация такая, что если вы сравниваете страны, то надо обращать внимание не только на природные ресурсы, обеспеченность ресурсами. 12% – материальные богатства и 78% – нематериальные активы, куда включается человеческий капитал и некоторые социальные и общественные отношения. Таким образом, получается, что инвестиции именно в это, в реформу, в реорганизацию, в снижение издержек дают несоизмеримо больший эффект, чем продуцирование лишнего квадратного метра. Стратегия должна быть сильнейшим образом скорректирована именно с этой точки зрения, с учетом всех моделей взаимодействия с жильем и т.д. Мне кажется, что приговор всей этой системе заключается в одной цифре – 35% ВВП это инвестирование в жилье. Это просто феноменальная цифра. ЖКХ – 6%, 4,5% – инфраструктура, а это 35%. Во всяком случае, это весь российских экспорт. Цифра безумная. Вот, собственно, это и есть та самая точка отсчета, от которой нам нужно двигаться. Я предлагаю двигаться с пониманием тех тенденций, которые очевидны и необратимы, они будут продолжаться. Я хочу сказать, что спрос на изменение самой организации, на, грубо говоря, арендное жилье вместо нового айпеда, то есть механизм получения нового жилья вместо получения нового айпеда – это спрос реальный, это не мечты. Это абсолютно реальный спрос, он движется в этом направлении, ценности меняются. Из этого не следует, что экономического роста не будет, он просто не будет самоцелью. Он останется, но самоцелью будет другое: будут реформы, реорганизация самоорганизации и повышение издержек на процесс налаживания отношений с окружающей средой и т.д. Вот на этом я и хотел закончить. Нужно движение именно в этом направлении.

 

Евгений Ясин:

Спасибо. Если кто-то хочет выступить – пожалуйста, если у кого-то накопились вопросы – пожалуйста.

 

Елена Шомина:

Жалко, что я не знала про ваш круглый стол сегодня. Мне искренне жаль. На самом деле, я с большим удовольствием послушала все три доклада. И, конечно, доклад Надежды Борисовны, хоть коллега и не увидел там никаких новых направлений. Но я хотела бы также услышать, как Институт экономики города как один из законодателей мод вообще в этой сфере, как он сегодня это видит?

 

Евгений Ясин:

Мы все начинаем нападать уже на этот Институт, потому что кажется, что он уже изжил себя, все придумал, ему скучно.

 

Елена Шомина:

Изменение произошло не сегодня. Надежда Борисовна года два назад сказала, что реально сегодня пора переходить от жилья собственников к жилью арендному. За этим я особенно пристально слежу и этому рада. Мои студенты переводят журнал GlobalTenant, журнал Международного союза квартиросъемщиков. Мы его уже пять лет переводим, и, тем не менее, это обсуждение перехода от собственности к аренде и в Европе остается на повестке дня. Вчера я читала очень плохо переведенную статью, там ключевое слово «нейтральность жилищной политики», которая и сегодня актуальна, но мы практически сегодня об этом не говорим, что у нас на повестке дня должна стоять не только собственность, но и аренда. Я искренне рада, что Институт экономики города, и Надежда Борисовна озвучила, что тот выдвинутый пару лет назад тезис сохраняется и сегодня, он актуален. Это было на круглом столе под их «крышей». Это прозвучало, и было очень важно. Я бы хотела, чтобы это было еще чаще.. Спасибо за доклад. Я бы хотела вас попросить помимо доклада иметь презентацию, потому что какие-то вещи важно пускать так, мельком. Мне были крайне интересны вещи, которые связаны с местным самоуправлением, эти тенденции, которые есть. При любых конференциях все, что происходит в местном самоуправлении, вопросы жилищной политики вообще не включает. Нет такой темы, никто этого не обсуждает.

 

Евгений Ясин:

У нас на сайте будут слайды. А политикой занимается Москва.

 

Алексей Новиков:

Злоупотребления при пользовании свободой не есть аргумент против использования свободы, злоупотребления при пользовании местным самоуправлением – это не аргумент против этого института местного самоуправления.

 

Елена Шомина:

У меня есть свои тревоги, потому что у нас достаточно сильно сокращается количество наших адаптационных курсов по местному самоуправлению, у нас отобрали все курсы, из нашей магистратуры, там просто ничего не осталось.

 

Евгений Ясин:

Если вы посмотрите, как развивались события от президента Медведева до нового президента Путина, то вы обратите внимание, что Медведев еще какие-то шаги пытался сделать по направлению к восстановлению местного самоуправления. А что сделал Путин? Он опять вернул власть губернаторам, которые назначаются из Москвы.

 

Елена Шомина:

У меня на следующей неделе будет лекция по основам местного самоуправления для второго курса бакалавров, и я с ужасом думаю, как я выставлю все те негативные вещи, которые произошли за последние два года.

 

Евгений Ясин:

Я вам дам совет как научный руководитель Высшей школы экономики. Не старайтесь нравиться федеральному руководству. Вот, есть такой подход, есть такой.

 

Елена Шомина:

С этой точки зрения мне тоже были интересны ваши аргументы, но еще было интересно про Химки и Ховрино. Я проезжаю Химки каждый день. Я безумно радуюсь каждой новой дороге. До Солнечногорска можно теперь доехать за 35 минут. Мы вчера так радовались, что вдоль этой дороги стало много посадок! Там идут какие-то экологические проекты, которые немного восстанавливают пространство. А выступление Алексея Викторовича, как бальзам, во многих отношениях. Мне это очень приятно и я очень благодарна коллегам за сам факт такого семинара. Мне жалко, что у нас в университете так складывается, что специалистов-жилищников можно по пальцам пересчитать, половина здесь находится. Мне жалко, что общежилищная тематика из нашей общеуниверситетской жизни, к сожалению, уходит.

 

Евгений Ясин:

Татьяна выпускница ВШЭ, она и так уже разбирается в местном самоуправлении.

 

Татьяна Полиди:

Я хочу сказать коротко, хочу восполнить пробел в части экономического роста. Мне кажется, что есть два фактора, один из нашей работы, а второй из вашего выступления. Основываясь на этих факторах, можно понять, на каком месте Россия по отношению к другим странам. 35% ВВП – это дефицит инвестиций, которых не хватает, чтобы восстановить имеющийся жилищный фонд, уже созданную инфраструктуру, восстановить их стоимость. Не увеличить, не создать новый бетонный мир, а вернуть хотя бы то, что было создано в прошлые годы. Это говорит о том, что очень много лет нужно, чтобы это сделать. Только относительно высокий экономический рост может обеспечить такие инвестиции в обозримые сроки. Мы от этого еще очень далеки. Второй тезис – это ваш тезис о том, что в некоторых странах население имеет все больше свободного от работы времени. А этому как раз учили в Высшей школе экономики, что рынок труда это единственный рынок среди всех рынков, где сначала идет положительная динамика (чем больше зарплаты, тем больше предложение труда), а потом кривая предложения загибается (предложение отрицательно зависит от зарплаты), потому что у человека происходит насыщение и он начинает предпочитать час досуга дополнительному заработку. Это характерно как раз для наиболее развитых стран, где доля богатых людей уже выше. Средний класс в России – это как богатый класс. Этот факт говорит о том, что вопросы оптимизации использования пространства города с учетом этих новых тенденций – это вопрос, который стоит на повестке дня стран с высоким уровнем экономического развития. Для России же актуальны еще более насущные вопросы – сохранить то, что имеем, пока даже и без существенной оптимизации использования городского пространства в соответствии с отмеченными в развитых странах тенденциями городской жизни. Хотя и к этому придем когда-нибудь потом.

 

Владимир Самошин:

Мы говорим о 35% ВВП, но используем это как линейную величину.

 

Надежда Косарева:

Да, конечно. Мы просто одну цифру делим на другую для соразмерности.

 

Владимир Самошин:

У меня как у руководителя по Дмитровскому району Московской области есть данные, какое количество суточных и недельных мигрантов попадает в Дмитровский район. Если вам эти цифры будут интересны для подсчетов и проектирования, я вам передам. Я вас найду и вам напишу. Вам это поможет, потому что передел Московской области продолжается, и очень активно, как вначале 1990-х годов.

 

Григорий Захаров:

Надежда Борисовна, мне не хотелось бы, чтобы мы с Вами расстались, и у Вас осталось впечатление от моей реакции после вашего доклада. Я благодарен, что вы вышли с этим докладом, у меня отношение к Институту экономики города совершенно поменялось. Ученые, к сожалению, в жилищной политике почти не нужны. Так сложилось с нашей наукой после конца 1990-х годов, что наука в стране никому не нужна. И хорошо, что вы –росточки, которые превратились в институты, группы, какие-то научные центры. Я благодарен, что меня пригласили. К сожалению, наука запаздывает за реалиями. Сегодня по Москве ходит документ «Манифест жилищного движения России – мораторий на капремонт по 271-ФЗ». Люди собираются проводить 3-го мая акции в регионах о моратории этого федерального закона. Я пытался его остановить в общественной палате, но меня не услышали. Сегодня мы получили этот закон и понимаем, как чиновники будут вынимать из него свои интересы, а мы будем долго и мучительно менять то, что уже получилось. 15 рублей по Москве с квадратного метра – цифра необоснованная. Мне особенно неприятно, что 40 рублей за кв. метров высказаны Кузьминовым, который высказался как депутат Московской городской думы. Конечно, ученые-экономисты так вести себя не должны. Это моя позиция: если защищаешь, то доказывай. 29-го апреля в Мосгордуме будет круглый стол, меня туда пригласили, я постараюсь высказаться о программе капитального ремонта Москвы. Я хорошо отношусь к науке, в том числе в ВШЭ, к Шохину, мы были знакомы, когда он только начинал. Мне бы хотелось, чтобы мы объединились в независимую организацию, делились жизненным, профессиональным, общественным опытом и действительно выстраивали правильную концепцию жилищной политики. Мы это сможем. Спасибо вам большое.

 

Надежда Косарева:

Так митинг по поводу Москвы, в других регионах нет?

 

Елена Гусева:

Я хочу дать свое видение вообще ситуации не только в жилищной политике, но и, в первую очередь, по жилью, потому что она нас касается и касается местного самоуправления, меня как муниципального депутата. Все сферы завязаны на политическую структуру. Я уверена, что пока нет политической системы в стране, и это произойдет не скоро, но самосознание граждан должно поменяться. У нас некорректно проводить сравнения, мы живем в другом мире. Пока граждане не поймут, что они хозяева своей жизни, что они должны решать собственные вопросы. К сожалению, я могу констатировать, что компромисса даже на общем собрании достичь достаточно сложно. Очень большой разброс по доходам и очень сложно в домах достичь компромисса, уметь слышать и понимать, находить общий язык. Тогда мы сможем того же требовать от власти, это касается и местного самоуправления. К сожалению, несмотря на наши желания, надо менять самосознание граждан, менять политику в нашей стране, бороться за сменяемость власти, политическую конкуренцию. Из-за этого невозможно решить экономические вопросы в нашей стране, без решения политических вопросов.

 

Евгений Ясин:

Я так понял, что все, кто хотели, выступили.

 

Вопрос:

А как город вырабатывает жилищную политику? Москву я имею в виду.

 

Надежда Косарева:

Мы не Институт города Москвы, мы Институт города вообще, любого города. Мы просто участвуем в обычных конкурсах, аукционах, делаем работы для Москвы и для других городов. Данная конкретная работа сделана в рамках ВШЭ. Мы негосударственная некоммерческая организация, учредителями которой являются шесть физических лиц. Город Москва, или Новосибирск, или любой другой при принятии своих конкретных решений не взаимодействуют с нами, но мы время от времени по их заказу делаем для них конкретные работы. Например, мы анализировали ситуацию и давали предложения по развитию арендного жилищного фонда в Москве, сейчас мы делаем работу по поводу того, что делать с апартаментами в Москве, анализировали административные барьеры в жилищном строительстве в Москве и давали предложения. Когда мы выигрываем конкурс, мы делаем такие работы.

 

Евгений Ясин:

Не говорят, кто прав, а кто виноват.

 

Вопрос:

А как город вырабатывает все эти политики, жилищную, архитектурную и т.д.?

 

Надежда Косарева:

В этом как раз проблема,  что сегодня никак не вырабатывает, и ее определяет застройщик, в первую очередь. Застройщики у нас сегодня доминируют на рынке жилищного строительства, а градостроительная политика, может, и декларируется, но очень слаба. Вот только сегодня Татьяна Дмитриевна рассказывала случай с фасадами города Москвы. Оказывается, в Москве на историческом здании можно изменить балкон (была телевизионная передача), при этом везде были получены разрешения властей Москвы, на всех уровнях, и на историческом здании застеклили исторический балкон. Везде получили разрешения. Поэтому никак не вырабатывают.

 

Вопрос:

Я очень часто хожу, смотрю и думаю, кто планирует облик города? Неужели нет архитектора? Извините, порой нет слов, когда смотришь. Деньги получают нормальные, у главного архитектора есть деньги. Тут деньги правят, никто не прорабатывает эти программы.

 

Евгений Ясин:

Хочу сказать, что я очень огорчен тем, что наша аудитория почти что пуста, потому что доклад Надежды Борисовны был очень интересным, и он освещал одно из самых важных направлений развития российского общества. Это значит, что сегодня этими вопросами занимаются единицы. Подойдет время, когда это будет очень актуально. Когда – я сказать не могу, но я думаю, что это чрезвычайно важно, особенно с точки зрения создания благоприятных условий жизни в городе и не только в городе. Важно, чтобы эксперты играли заметную роль в жизни страны, чтобы власти прислушивались к советам, дискуссиям, которые проводят специалисты по жилищной политике. Вопросы, которые сегодня поднимались, об изменении основных функций города, мне представляются чрезвычайно важными. Это первое. Создание условий для лучшего развития услуг для населения, чтобы людям было более удобно жить. Есть у нас еще одна важная проблема. Может, Надежда Борисовна увлечена уже будущим, но я хочу обратить внимание на то, что сегодня примерно 25% людей решают свою жилищную проблему. Это люди, которые могут улучшить свои жилищные условия, в том числе путем приобретения лишних 3-4-х метров. Уже прошло много лет, мы должны сделать какой-то рывок в этой области. Доклад, который мы сегодня слышали, касается этих вопросов. Придется работать над решением этих вопросов.

Еще один из самых важных вопросов. Я только что вернулся из Италии. Мы были в сельской местности в основном, мне очень понравилось. На восток от Милана в районе озера замечательные места. Я попал в город, который я сегодня считаю самым красивым в Италии. На центральной площади города стоит третья по величине башня. Там 74 тыс. жителей, меньше, чем было тысячу лет назад. Башня имеет 111 метров высоты, она очень красивая. Это поразительно. Я взял книгу, где изображена эта башня. И самое главное, что хочу сказать, там есть храм, я забыл, как называется, в традиционном готическом стиле, в белом мраморе, но красивее, чем Миланский собор. Это где-то 14-15-й век. Замечательный город. Я сел и мне не хотелось уходить. Там есть еще красивые места в городе. За этим стоит еще один фактор. Я надеюсь, что мы будем стараться. Это вопрос украшения городов. Что такое размещение новых площадей, зданий, домов? Это все имеет еще и эстетические требования. Это позволяет по-другому относиться к городу. Я вспомнил это путешествие, потому что там на сельских участках располагаются таунхаусы в 2-3 этажа. Радуешься просто. Я не знаю, какое там соотношение собственности и аренды, но мне кажется, что собственности в сельской местности намного больше, чем аренды. Короче говоря, это очень перспективная тема. Спасибо вам большое.





комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика