Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

Дискуссии

Теперь ты в армии?

18.04.2005

Проблемы современной российской армии и ее преобразования, отмена отсрочек от призыва и реакция на это молодежи, имидж армии среди молодежи обсуждались на очередном заседании Клуба молодежной политики. В дискуссии приняли участие Максим Абрахимов, Александр Аузан, Александр Белкин, Иван Большаков, Сергей Бронин, Ирина Давиденко, Владимир Евсеев, Олег Козловский, Николай Кордашевский, Петр Малышев, Валентина Мельникова, Иван Ниненко, Дмитрий Овсянников, Сергей Санович, Андрей Сидельников, Виталий Цымбал, Павел Шайкин, Анна Шульгина, Евгений Ясин. Вели дискуссию Анна Трапкова и Марк Урнов.


Стенограмма дискуссии

Стенограмма дискуссии
Марк УРНОВ (кандидат экономических наук, профессор, декан факультета прикладной политологии Высшей школы экономики, председатель Фонда аналитических программ «Экспертиза»):

Проблема армии и молодежи - одна из острых вопросов в России, вечная проблема для любой страны. Через год Россия вступает в зону «демографической ямы», когда количество молодежи будет резко сокращаться, равно как и количество людей, выходящих на рынок труда. Армия, по разным причинам, не успела реформироваться, и к «демографической яме» таким образом, оказалась не подготовлена. Острота проблемы состоит в том, что, как и любая другая страна мира, Россия не может защищать свои границы без намека на обороноспособность, а для этого нужны солдаты. Вместе с тем, если армия начнет со свойственной ей темпераментностью отбирать у молодого поколения возможность гражданской жизни, то государство и проиграет в долгосрочном плане, и его обороноспособность будет подорвана навсегда.

Как найти точку оптимума во властных структурах, мало, кто знает, если знает вообще. Думаю, что смысл сегодняшнего «круглого стола» – попробовать серьезно обсудить эту сложную проблему с разных сторон. Свою точку зрения выскажут заинтересованные группы молодежи.


Анна ТРАПКОВА:
Действительно, проблема армии на данной момент является одной из наиболее актуальных. Она имеет рациональную и эмоциональную стороны. С одной стороны, есть люди, которых она напрямую затрагивает: юноши, их матери, близкие. А с другой стороны, есть люди, которые занимаются аналитикой реформы армии с более отстраненных позиций. Мы попробуем представить весь спектр либеральных мнений, которые высказываются по отношению к армии.

Начнем с представителей студенческой ассоциации «Я думаю», которые и были инициаторами нашего «круглого стола». Предоставляю слово авторы акции «Зеленое письмо», о которой они расскажут нам поподробнее.


Иван НИНЕНКО (студент Высшей школы экономики, представитель независимой студенческой ассоциации «Я думаю»): «Мы собираем подписи против отмены отсрочек от армии и призываем ректоров вузов стать рупорами нашего мнения»

На протяжении последних лет перспектива отмены отсрочек для студентов становится все более реальной. В 2008 году нас ждет реформа армии, по которой срок службы будет сокращен в два раза, и тогда, по словам министра обороны Сергея Иванова, количество призывников удвоится. Далее нас ожидают, как уже было сказано, проблемы с демографическим спадом, и все чаще среди представителей власти слышатся разговоры о том, что отсрочки от армии будут отменяться, в том числе и для студентов. В последнее время тон высказываний немного изменился, стало ясно, что это произойдет не сегодня, но произойдет в любом случае.

Мы, как представители студенчества, решили защитить свое будущее, свои права, и начать акцию, которая условно называется «Зеленое письмо». Студенты собирают подписи студентов, преподавателей, сотрудников вуза под обращением к своему ректору, чтобы тот подписал открытое письмо президенту Путину о недопустимости отмены отсрочек от армии для студентов. Мы выступаем против отмены отсрочек, хотя многие из наших однокашников считают, что этого не будет. Мы считаем, что митинги сегодня не очень эффективны, поэтому наш проект заключается в другом: мы собираем подписи и призываем ректоров вузов стать рупорами нашего мнения; тогда оно будет услышано.

В Высшей школе экономики подписи собраны и переданы в ректорат. Научный руководитель Школы Евгений Григорьевич Ясин уже подписал обращение к Путину. Такой же проект запускается в МГУ. Им заинтересовались многие студенты в разных городах России, от Владикавказа до Уфы. Активно начался сбор подписей в Красноярском государственном техническом университете.

Такая акция может сплотить студентов, и тогда их позиция будет услышана не только ректорами, но обществом и властью. Мы сможем сделать так, что реформа армии будет проходить по принципу не количественного превосходства, а качественного.


Сергей САНОВИЧ (студент Высшей школы экономики, представитель независимой студенческой ассоциации «Я думаю»): «Призывная система в принципе не может быть эффективной»

Я продолжу выступление Ивана Ниненко. По общему мнению членов студенческой ассоциации «Я думаю», отмена отсрочек для студентов – это еще один шаг власти к авторитаризму. Это самая худшая из возможных альтернатив, которые есть у власти при решении действительно очень сложных проблем, назревших в армии.

Я считаю, что призывная система в принципе не может быть эффективной. Охарактеризую основные проблемы, которые существовали во всех странах с призывной системой и которые в нашей стране усугубляются чисто российской спецификой - хроническим недофинансированием армии.

Наиболее важным моментом, на мой взгляд, является крайняя экономическая неэффективность призывной армии. Во-первых, огромные деньги тратятся на содержание призывного аппарата, а не на поддержание обороноспособности страны. Во-вторых, основная часть денег, которые идут на войсковую подготовку, уходит на обучение новобранцев военному делу. Видимо, целесообразнее вкладывать средства в обучение лиц, связавших свою жизнь с армией, каким-то необходимым им навыкам: работе с высокоточным оружием и т. д. Это возможно только при условии службы в армии в течение минимум трех-пяти лет. Такой срок службы в российской армии невозможен.

Известно, что в постиндустриальных обществах нормой является однодетная семья. В таких семьях юноша к 18 годам получает полное среднее образование и нацелен на дальнейшее обучение. Таким образом проблема призыва даже на незначительный срок для общества с преимущественно такими семьями является очень серьезной.

На поддержание системы всеобщего призыва тратится много денег. При такой системе, когда новобранцы получают какие-то базовые знания военного дела, готовится массовый резерв, который можно мобилизовать во время большой войны. Но это эффективно только тогда, когда есть угроза захвата, уничтожения общества и государства, порабощения населения. Говорят, что генерал готовится к прошедшей войне, – в России готовятся к войне, которая была задолго до всех последних прошедших. Российская армия готовится не к войне в Чечне или Афганистане, а именно к Великой Отечественной. Массовый резерв не позволяет в рамках подготовки солдат готовить командиров, которые могут принимать решения в нестандартных условиях.

Есть еще один важный момент. Это проблема системы образования, которая порождается призывом. В вузы поступают часто просто из-за боязни быть призванным в армию. Снижается среднее качество выпускника вуза, девальвируется его статус. Это порождает структурную безработицу, когда люди вынуждены переучиваться из подготовленных специалистов в квалифицированных рабочих, которые в нормальной системе обучения в вузе не нуждаются, им достаточно техникумов. Эти проблемы являются следствием, большого числа абитуриентов, а впоследствии и студентов с низким уровнем подготовки. Хорошему математику не надо тратить время, деньги, усилия и ресурсы на то, чтобы уклониться от армии. Ему проще уехать. Конечно, уезжают не все, но страна действительно теряет подготовленных и качественных специалистов. И в будущем это станет проблемой для экономического роста.

На наш взгляд, единственным эффективным решением в данном случае будет контрактная армия. Все исторические примеры подтверждают, что в любой стране в определенный момент времени содержать призывную армию становится настолько сложно, а армия становится настолько неэффективной, что проблему приходится решать радикальными методами. В России пока еще такие меры не требуются. Но при нынешней численности состава вооруженных сил, к 2008–2010 годам придется увеличить количество призывников с нынешних 10% до 50% от населения страны, на государство при этом ляжет огромная нагрузка.

Президент Франции в обращении к народу говорил, что во время войны в Персидском заливе огромная французская армия не смогла перебросить в район боевых действий нужные 10 тысяч человек. В результате в начале 1990-х годов Франция перешла к контрактной армии. В России, где война идет не за тысячи километров, а на ее территории, мы демонстрируем огромные потери при практически нулевых военных успехах.

Главным аргументом сторонников сохранения призыва является отсутствие денег. Я думаю, что затраты, которые понесет общество на содержание призывного аппарата, ущерб от коррупции и неэффективности прямых военных расходов, косвенной неэффективности от деформированной системы образования в долгосрочном периоде будут больше, чем средства, затраченные на переход к контрактной армии.


Павел ШАЙКИН (представитель молодежной политической организации «Молодежного содружества правых сил»): «Строящейся “вертикали власти” с элементами управляемой демократии нужен некий репрессивный институт, каким вполне может выступить российская армия»

Давно стало очевидным, что если немедленно не принять меры по военной реформе, то начнется откат в прошлое, армия будет представлять угрозу безопасности государства. Вскоре Государственная дума примет закон, разрешающий вооруженным силам воевать с собственным народом. Армия, ранее предназначенная для отражения агрессии против России, для защиты целостности и неприкосновенности страны, а также выполнения задач в соответствии с международными договорами, теперь будет готова выполнять полицейскую функцию.

Для борьбы с собственным народом сильная профессиональная армия не нужна - справится любая, было бы оружие. Подобное применение армии, безусловно, представляет угрозу для безопасности государства.

В декабре 2004 года министр обороны Сергей Иванов заявил, что в связи с предполагаемым сокращением срока службы до одного года должны быть отменены основные отсрочки. В середине 1990-х годов уже был сокращен срок службы. В результате те, кто был призван на год, служили два года. В этот раз, вероятно, произойдет то же самое, так как полный призыв провести вряд ли удастся.

Отмена отсрочек для студентов уже тоже была. В 1988 году это консолидировало все правозащитные силы, занимавшиеся этой проблемой, что в конечном итоге привело к появлению первого либерального закона о воинской службе.

Вряд ли нынешние заявления министра обороны подвигнут общество на сопротивление, которое приведет к отмене призыва и изменению системы комплектования ВС. В среде правозащитников есть уверенность, что в случае отмены отсрочек молодежь выйдет на улицу бороться за свои права. Думаю, что не выйдет.

Я был активным участником и организатором мероприятий за реформу армии. На них обычно присутствовало не более 60 человек. Пожалуй, единственным исключением был митинг СПС, поддержанный рок—концертом. С 2001 года, приобретя полезный практический опыт, я перевел свою активность в иную плоскость: я бесплатно консультирую по правовым вопросам призыва, помогаю в конфликтах призывников с военкоматами, причем успешно. Я предлагаю каждому, используя личный опыт, также помогать своим друзьям призывникам. Это - слабая попытка ликвидации правовой неграмотности.

В прошлом году ко мне обратилась мать призывника, предоставив для ознакомления медицинские документы сына. Ознакомившись с документами, я понял, что грамотные действия позволят избежать призыва. Услышав заключение, женщина стала объяснять, почему ее сыну не место в армии. Меня удивило прозвучавшее в ее словах чувство вины. Продолжая работать с призывниками, я уже сознательно пытался выяснить их отношение к призыву. Среди тех, кто абсолютно верно понимал, что институт призыва себя полностью изжил, была значительная часть призывников убежденных, что служба в армии – это священный долг и почетная обязанность, и другие должны все-таки их выполнить.

Проблема призыва – это проблема не общества, а индивида. Среднестатистический призывник хочет избежать призыва, но при этом не считает, что призыв надо отменить в принципе. Он полагает, что проще дать взятку военкому, договориться с врачами, поступить в вуз, чем идти на баррикады. Решение президента отменить отсрочки требует активных действий. Однако я сомневаюсь, что нынешние правозащитники сумеют изменить ситуацию, как это произошло в 1988 году. Состав и менталитет власти изменился.

Я хотел бы также обратить внимание на проблему численности наших вооруженных сил. При имеющихся угрозах и вероятности вооруженных конфликтов, не предусматривающих мобилизацию, эффективная численность вооруженных сил должна составлять примерно три-четыре человека на каждую тысячу населения. В России на тысячу человек приходится семь-восемь служащих - это огромная численность, которая недопустима для страны, не предполагающей вести активные боевые действия. Это понимают и сами военные функционеры, поэтому численность вооруженных сил постоянно сокращается, постепенно приближаясь к необходимой норме.

Однако сокращение идет не за счет призывников, а за счет кадровых военных. Казалось бы, необходимо сохранять элиту вооруженных сил. Стоит ли назначать призывников на должности тех людей, для которых военная служба – призвание? Причем речь идет как о призывниках-рядовых, так и о призывниках-офицерах, выпускниках военных кафедр. Ведь сокращение армии до 600 тыс. человек позволило бы укомплектовать ее контрактниками, сохранив при этом финансирование примерно на сегодняшнем уровне.

Один из ответов лежит на поверхности: Министерство обороны желает избавиться от военных пенсионеров, от обязанностей по предоставлению им жилья, выплат военных пенсий, а также выплат пособий за выслугу лет. Но есть и другая причина. В текущей общественно-политической ситуации как в стране, так и в мире армия больше не нужна ни для чего иного, кроме как для исполнения обязательств по международным договорам. С локальными конфликтами, выступлениями сепаратистов и подавлениями террористической деятельности всегда отлично справлялись отряды специального назначения, которые для этого и были созданы. Однако строящейся «вертикали власти» с элементами управляемой демократии нужен некий репрессивный институт, позволяющий держать в зависимости население, при этом сохраняя некую иллюзию демократии. Таким институтом вполне может выступить российская армия с наказательным характером отбывания воинской повинности.

Сегодня слишком много граждан избегают службы в армии благодаря развитой системе отсрочек. Отмена отсрочек позволит пропустить через эту репрессивную «демократическую» машину почти всех молодых людей, поддерживая в населении ощущение страха и безысходности, необходимое при исключительно вертикальном построении власти без горизонтальной составляющей, подразумевающей наличие гражданского общества и общественного договора между гражданами России и властью.


Валентина МЕЛЬНИКОВА (ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей): «Если молодые люди не будут защищаться, государство перемелет их в лагерную пыль, как это было когда-то»

Принятие поправок об отмене отсрочек к Закону о воинской обязанности достаточно близко. Для этого создана рабочая группа в Комитете по обороне Государственной думы. В поправках полностью отменяются отсрочки для граждан, получающих среднее, высшее и послевузовское образование. Очень высока реальность того, что Дума их примет, Совет Федерации одобрит, а президент подпишет.

Остановить отмену отсрочек может, безусловно, и сбор подписей, которые ведет ассоциация «Я думаю» и правозащитные организации в регионах. Могут остановить голоса ваших преподавателей, а также, как это ни странно, пикеты и митинги протеста.

Не могу согласиться с тем, что можно рассчитывать на положительный результат разговора с военными или политическими властями России по поводу комплектования вооруженных сил. К сожалению, служба по призыву по-прежнему является идеологическим механизмом, превращающим самостоятельно мыслящего, разумного человека в некий винтик, который не способен защищать себя и свое достоинство, возражать и принимать собственные решения.

Если бы мои дети были в призывном возрасте, я не отпустила бы их служить ни на один день. Из осеннего призыва 2004 года только в Москве трое погибших, в Северо-Кавказском военном округе есть погибшие и умершие от побоев, издевательств, болезней. Безразличие – это самое страшное, и мы не можем победить его.

Безусловно, служба в вооруженных силах должна быть добровольной, и военнослужащие должны быть профессионалами. Разговоры о том, что в таком случае армия не будет народной - демагогия. И призывники стреляют в свой народ, и профессиональные солдаты могут проводить карательные операции. Единственный разумный способ реформирования российской армии – переход к профессиональной службе.

Меня огорчило, что было неточно указано число тех, кто проходит службу в армии. Реально - это 33–37% мужчин. Не надо повторять за генералами их ложь. При этом сегодня в нашей стране здоровье молодых людей мужского пола, достигших 18 лет, не отвечает четким профессиональным критериям Всемирной организации здравоохранения к военнослужащим, поэтому в России некому проходить военную службу. Это - трагедия нашей страны, но министры об этом не думают.

В студенческой аудитории мой долг – попросить вас не пренебрегать ни в Москве, ни в Питере, ни в других городах, выходом на улицу. Я думаю, что Комитет солдатских матерей будет инициировать проведение пикетов и митингов. Если молодые люди не будут защищаться, государство перемелет их в лагерную пыль, как это было когда-то. А этого допустить нельзя.


Анна ТРАПКОВА:
Было сказано, что нельзя говорить с военными начальниками и их в чем-то убеждать, но две российские либеральные партии, СПС и «Яблоко», пытались на протяжении последних лет предлагать власти свои проекты реформы армии. Мы пригласили на наш «круглый стол» аналитических представителей обеих партий. За «Союз правых сил» ответят профессор Института экономики переходного периода Виталий Цымбал и студент Высшей школы экономики Николай Кордашевский.


Виталий ЦЫМБАЛ (профессор Института экономики переходного периода, представитель СПС): «Переход военной организации РФ на новую систему комплектования стимулируется лишь на словах»

Хотелось бы проанализировать обсуждаемую проблему, пользуясь сугубо научными методами.

Так, одни представители военной организации (ВО) РФ считают, что главное - создание воинских частей и соединений постоянной готовности, другие, что оснащение войск современным оружием. Существуют и другие мнения.

В современных условиях динамичных военных действий, охватывающих всю территорию страны, содержать небоеготовые воинские части (кадрированные и т. п.) непозволительно. Опыт военных действий в Чечне и, особенно, в Дагестане в 1999 году показал, что на основе кадрированных частей развернуть боеспособные не удается. О том, что с военной точки зрения нужны боеготовые воинские части и соединения, укомплектованные исключительно по контракту, споры уже закончились. Начался процесс их создания и комплектования. А вот сокращение небоеспособных воинских частей так и не началось.

Надо оснащать войска современным оружием, беспокоиться о спасении оборонно-промышленного комплекса страны, финансируя гособоронзаказ. Но не оснащать же новым оружием недееспособных (по свидетельству Главного организационно-мобилизационного управления) призывников? Оружием XXI должны владеть только профессионалы, те, кто будет лично заинтересован в умении его применить.

Некоторые военачальники высказываются против такого подхода к военной реформе, ссылаясь на экономические и морально-политические аспекты. Результатом их позиции является нынешняя система смешанного комплектования военной организации РФ: отчасти добровольно (по контракту), отчасти по призыву на два года, осуществляемому каждое полугодие, как показано на схеме.





Главная проблема военной реформы с точки зрения общества - это комплектование армии и флота военнослужащими. Общество не только платит налоги на государственные нужды (в том числе на содержание военной организации), но и направляет в нее молодежь (главным образом юношей). В каждой семье сейчас в отличие от исторически не столь далеких лет - один, реже два сына. Это значит, что семья отдает (хотя и ненадолго, если речь идет о службе по призыву) самое дорогое, что у нее есть. И, конечно, каждая такая семья вправе беспокоиться об условиях военной службы. Прежде всего, - о ее безопасности, а также о том, чтобы служба в армии не наносила семьям и самим юношам экономического ущерба, не препятствовала их дальнейшей карьере. Служить они должны, насколько это возможно, добровольно, с хорошим уровнем материального обеспечения и такими неденежными преференциями, чтобы военная служба была престижной и выгодной.

Однако сегодня военная служба и опасна и невыгодна, поэтому общество реализует свои интересы как может: отчасти правовыми методами, добиваясь законных освобождений и отсрочек, а отчасти и противоправными. Ситуация обостряется приближающимся демографическим спадом.

Общество, включая, конечно же, и военнослужащих (но их в стране всего около 1% от численности населения), регулярно избирает руководство: себе и государству - Президента, а военнослужащим - Верховного Главнокомандующего. Президент затем назначает некоторых граждан на генеральские должности или снимает с них. Так что расстановка ролей, интересов, а значит и приоритетов, в вопросах, связанных с военной службой и ее реформой, должна соответствовать правилу: на первом месте - интересы общества, на втором – интересы военной организации, которые могут формулироваться руководителями военных ведомств, но не должны ими навязываться.

Необходимость военной реформы назрела еще в СССР. Давно известно, что регулярные войска должны быть профессионально подготовленными (обученными, оснащенными), поступление на службу в эти войска - добровольным, а уровень обеспечения жизнедеятельности всех военнослужащих – достойным их почетной роли и соответствующим опасностям и трудностям военной службы. Этого требуют не только интересы семей, но и экономика, научно-технический уровень современных средств вооруженной борьбы, специфика современных военных действий. Так сейчас решается проблема комплектования военных организаций во многих цивилизованных государствах. В СССР этого не было: все ограничилось дискуссиями. СНГ в вооруженных силах сделать ничего не успел ввиду краткости своего существования.

Попытки осуществить реформу были предприняты в РФ почти сразу после принятия решения о создании собственной военной организации РФ как нового государства. Однако все силы, препятствовавшие военной реформе в СССР, остались в дееспособном состоянии, поскольку основная часть органов военного управления СССР сохранилась в РФ в неизменном виде. Кроме того, стремясь к обогащению противоправными способами, активизировались криминальные и полукриминальные силы вне военной организации (медики, чиновники), наживающиеся на недостатках существующей системы комплектования.

Двенадцатилетняя история различных преобразований в военной организации РФ, более похожих на деградацию, чем на продуманную реформу, свидетельствует о слабости влияния общества на эти процессы. Об этом свидетельствует следующая таблица.


Хронология основных событий


Общество боролось не с системой, а с частностями. В результате увеличивалось количество отсрочек, чем успешно пользовались коррупционеры. Противники же принципа добровольного комплектования регулярных войск боролись за сохранение системы, используя в своих интересах все средства, включая откровенную ложь, (например, говоря, что и другие страны внедряли этот принцип более 10 лет, что он дорогостоящий и непосильный для экономики России). Образцом лжи являлось утверждение о том, что в США переход от призывной системы на добровольное комплектование занял более 10 лет. На самом деле он занял два года, если считать с момента подписания президентом соответствующего документа. Во Франции подобный переход занял 6 лет. Наши военачальники действительно затягивают этот процесс уже более 10 лет.

Под нажимом демократических сил и обстоятельств, предыдущий Президент РФ и органы исполнительной власти дважды принимали решение об изменении системы комплектования армии и не добивались их выполнения. Нынешний Президент РФ в «Основах государственной политики РФ по военному строительству на период до 2010 года» поставил перед руководителями силовых ведомств задачу изменения системы комплектования. Этот документ с грифом ДСП был утвержден в августе 2002 года. Кроме того, в своих посланиях Федеральному собранию в 2002 и 2003 годах В.В. Путин объявил о начале перехода к новой системе комплектования, а правительство РФ в августе 2003 года утвердило федеральную целевую программу (ФЦП) работ и приняло постановление о подготовке к сокращению продолжительности службы по призыву до одного года с начала 2008 года. Это постановление не вполне соответствовало ожиданиям общества, но важен был прецедент начала нового цикла реальных мероприятий. Тем не менее, переход военной организации РФ на новую систему комплектования стимулируется лишь на словах.

Вместо повышения денежного довольствия всем контрактникам рядового и младшего командного состава до уровня, на 20% превышающего среднюю зарплату по стране, что гарантировало бы достаточно высокий приток желающих служить по контракту, денежное довольствие было повышено в 2003 году только военнослужащим центральных органов управления Минобороны. Только в 2004 году и в меньшей степени повысилось денежное довольствие военнослужащим воинских частей постоянной готовности сухопутных и воздушно-десантных войск. Воинские же части других видов вооруженных сил и родов войск, даже несущие боевое дежурство, не были включены в категорию с надбавками для контрактников. Численность контрактников в них продолжает снижаться. Это, в свою очередь, требует увеличения призыва на освобождающиеся должности.

Вместо предписанного правительством РФ законопроекта, устанавливающего сокращенную продолжительность службы по призыву, Минобороны объявило о предстоящем внесении в Государственную думу РФ законопроекта об отмене большинства отсрочек от призыва. Это вызвало негативную реакцию общества. Характер высказываний военачальников изменился, но замыслы остались.

Одновременно начинает сказываться демографический фактор уменьшения числа юношей, вступающих в призывной возраст, снижаются физиологическая готовность, психическая способность к военной службе, а также образовательный уровень. Складывается ситуация, при которой некому будет успешно осваивать новое оружие XXI века. Более того, передавать его в руки не пригодных к этому людей будет опасно. Ведь высокие технологии, которые ранее внедрялись на ракетах, самолетах, кораблях и другой военной технике, управляемой офицерами, теперь входят в экипировку рядового бойца!

Вместе с тем ощущается неподготовленность граждан, прежде всего молодежи, к противостоянию террористическим актам. Снизилось качество военно-обученного мобилизационного ресурса. Все это беспокоит специалистов в области военной безопасности.

Исследования этой проблемы, выполненные в лаборатории военной экономики Института экономики переходного периода (ИЭПП) базировались на математических моделях. В результате, во-первых, удалось выявить некоторые ошибочные суждения о ходе реформы системы комплектования, а во-вторых, показать реальные возможности перехода к новой системе комплектования, учитывающие потребности общества и гарантирующие военную безопасность страны. В частности, когда мы построили модель кадровой политики РФ (см. схему), то убедились, что призывается не 10% , а более 30% молодежи.





Николай КОРДАШЕВСКИЙ (студент Высшей школы экономики): «Научные обоснования рационального перехода на новую систему комплектования позволят общественным организациям отстоять свою позицию в конфликте с силами, препятствующими проведению реформы»

Как уже было сказано, в ИЭПП проводился анализ реформы системы комплектования на основе математической имитационной модели. Цель исследования - оценить действия правительства в ходе военной реформы и выработать более рациональные варианты преобразований.

В модели кадровой политики РФ (см. схему) показаны варианты действий военной организации (сколько призывать или набирать, на какие сроки, как организовать военную службу) и индивида (служить по призыву, по контракту или выбрать альтернативную гражданскую службу, добиваться отсрочки или нет, идти учиться в высшее военное учебное заведение или в гражданский вуз).

Имитационная модель используется при анализе службы по призыву и по контракту на должностях рядового и младшего командного состава (РМКС), для получения оценки военной, социальной и экономической эффективности различных вариантов реформы системы комплектования.

В модели рассматривалось несколько вариантов реформы системы комплектования. Основные показатели, по которым различаются варианты (год завершения перехода и срок службы по призыву), показаны на схеме. Продолжительность службы по призыву варьировалась от двух лет до полугода. Мы не рассматривали сокращение ее до нуля, поскольку пришли к выводу, что это не рационально. Контрактника надо предварительно подготовить, обучить, проверить профессиональную пригодность. Для большинства первичных военных специальностей необходимо около полгода. Набирать для обучения и проверки пригодности придется больше людей, чем требуется для комплектования регулярных войск. Вместе с тем военной организации, кроме регулярных войск, нужен военно-обученный резерв. Готовить и содержать такой резерв, выплачивая резервистам большие суммы, могут позволить себе только очень богатые государства.





За базис взят вариант В0, не предусматривающий никаких преобразований.

В 2003 году была принята федеральная целевая программа (ФЦП) перевода ряда соединений и частей на контрактный принцип комплектования. Выполнение только этой программы, будет соответствовать варианту В1-0. Если же перевод на контракт будет продолжен после 2008 года, то возможны два варианта: с прежним темпом – В1-1; с ускорением процесса перехода – В1-2. Рассматривались также варианты ускоренного перехода, осуществляемого в ближайшие годы и в дополнение к ФЦП (В2-1 и В2-2).

Варианты группы В1 предполагают с 2008 года сокращение срока службы по призыву до одного года, а варианты группы В2 – до 6 месяцев. В первой группе назначение службы остается без изменений (часть срока – обучение; вторая часть – служба по специальности); во второй группе – основным и единственным предназначением призыва будет обучение большего числа граждан основам военной подготовки, что необходимо для поддержания обученного резерва и возможности конкурсного набора на контрактной основе.

По имеющимся данным и показателям ФЦП были проведены расчеты ожидаемой численности военнослужащих, проходящих военную службу по контракту.





На графике выделено количество контрактников в регулярных войсках, равнозначное по боеспособности сегодняшней численности военнослужащих. Эта величина (585 тыс. вместо 950) рассчитывается на основе так называемой эффективной численности, т. е. фактической численности, с учетом показателей боеспособности. Достижение этого уровня определяет завершение процесса перехода на контрактную основу.

Вариант, при котором выполняется только ФЦП, не является эффективным, так как уход контрактников из воинских частей, не попавших в список частей постоянной готовности, продолжается. Требуются дополнительные мероприятия: либо, поддерживающие ФЦП (графики показаны коричневым цветом), либо форсирующие немедленный переход на контрактную основу (фиолетовый цвет).





Следующий график показывает динамику набора контрактников, т. е. количество, которое необходимо набирать каждое полугодие для восполнения уходящих военнослужащих, а также для пополнения новых должностей. Как видно из графика, для поддержания требуемого уровня комплектования по контракту после 2012 года необходимо будет набирать 60-70 тыс. человек в полугодие.

После того, как определена динамика численности контрактников, можно рассчитать изменение общего количества служащих по призыву.





Напомним, что коричневым цветом выделены варианты сокращения срока службы до одного года, а фиолетовым - до 6 месяцев. На графике видно, что в вариантах группы В1 в 2008-2010 годах будет наблюдаться провал общей численности. Он обусловлен сокращением срока службы при неполном комплектовании контрактников.

Наиболее интересен в этой связи другой график, показывающий динамику призыва. На нем дан демографический прогноз количества юношей восемнадцати лет.





Видно, что возможны варианты военной реформы, при которых проблема призыва решается без отмены отсрочек, причем при сокращении срока службы по призыву как до одного года, так и до шести месяцев.

С точки зрения общества более предпочтителен переход на шестимесячный срок службы, с изменением ее предназначения. Это поможет решить проблему отсрочек при получении образования, так как будут доступны различные варианты прохождения военной службы, предлагающие краткосрочное обучение военному делу. Например, можно разделить шесть месяцев службы на два периода.

На первый взгляд, большинство вариантов являются приемлемыми, поскольку соответствующие им графики призыва проходят ниже прогнозных демографических показателей, однако это не так. Ведь 30% юношей будут освобождены от призыва по медицинским и иным основаниям. В таком случае правдоподобным станет наиболее пессимистичный прогноз необходимости призыва почти всех, достигших восемнадцати лет даже при отмене отсрочек, так как призывной контингент (откуда и происходит призыв) будет исчерпан.

Для анализа эффективности военной реформы с точки зрения интересов военной организации (ВО), был проведен пересчет численности военнослужащих по призыву и по контракту в эффективную численность. Известно, что существует экспоненциальная зависимость между приобретенным навыком и потраченным на это временем. На основе такой зависимости были посчитаны коэффициенты боеготовности одного военнослужащего для различной продолжительности службы. После этого численность призывников и контрактников в отдельности была помножена на соответствующие коэффициенты, и эти показатели были просуммированы.





Как видно из графика, варианты активизации перехода на контрактную основу в дальнейшем позволяют достичь большего показателя эффективности военной реформы, чем в настоящий момент. Показатель эффективности не зависит от сокращения срока службы на один год или на шесть месяцев.

Вторым показателем этой группы является численность мобилизационного ресурса, куда попадают отслужившие по призыву или по контракту и не достигшие предельного возраста.

На графике показан рост числа военнообученных людей. Заметим, что эти граждане могут понадобиться стране не только для комплектования военной организации, но и для борьбы с терроризмом.





Для любого экономиста, так же, как и для страны и государства в целом, важна стоимость военной реформы. Поэтому в модели были учтены основные расходы бюджета на военное строительство, денежное довольствие, вещевое обеспечение и другие статьи, которые в сумме составляют около 95% расходов на содержание военнослужащих.





Разумеется, варианты с ускоренным переходом на контрактную основу потребуют большего финансирования. Но расчеты показали, что увеличение расходов посильно для бюджета, если учесть, что военную реформу президент В.В. Путин назвал одной из первостепенных задач. Следовательно, деньги должны быть потрачены наиболее эффективно.

Помимо расходов бюджета, в модель были включены показатели, характеризующие влияние военной реформы на общество. В качестве негативных показателей были учтены расходы общества на противоправное уклонение от военной службы (примерные суммы взяток и другие расходы), альтернативные расходы, связанные с упущенными доходами, которые военнослужащий мог бы принести в семью, если бы не был призван. В качестве позитивных показателей были учтены доходы всех военнослужащих (в большей степени контрактников), а также налоговые доходы местных бюджетов.





Динамика разности между доходами и расходами показана на графике. Разумеется, варианты ускоренного перехода на контрактную основу имеют более благоприятные экономические последствия для общества.

Как видим, ситуация с комплектованием военной организации РФ сложная, но варианты выхода из нее есть, причем такие, которые не потребуют отмены никаких отсрочек даже при наступлении демографического провала.

Рациональный вариант подразумевает следующие принципиальные действия:

а) увеличить денежное довольствие контрактникам настолько, чтобы даже его минимальный показатель был на 10-20% выше средней зарплаты по стране. Кроме того, ввести иные преференции (в частности, образовательные) и такую кадровую политику, чтобы основной массе контрактников РМКС было выгодно служить до 27 лет (в среднем шесть лет);

б) перевести на контрактную основу все регулярные войска, как постоянной готовности, так и несущие боевое дежурство;

в) создать сеть учебных центров подготовки контрактников и военнообученного ресурса, рассчитанных на 6-месячную программу обучения. Они должны быть расположены, главным образом, вблизи места жительства призывника, что резко сократит транспортные расходы и обеспечит возможность гражданского (общественного) контроля, а значит и большую безопасность призванных;

г) сократить количество воинских частей и военнослужащих (офицеров), не причастных к обеспечению боевой готовности и боевому дежурству.

Экономически такая реформа посильна для России.

Законный приоритет интересов общества, осознание его общественными организациями, а также научные обоснования рационального перехода на новую систему комплектования позволят общественным организациям, включая студенческие, отстоять свою позицию в конфликте с силами, препятствующими проведению столь необходимой обществу реформы. И наоборот, отказ общественных организаций от деятельного противостояния противникам реформы (в случае ее торможения и одновременной отмены отсрочек от призыва) чреват серьезными социальными потрясениями, а также материальным и моральным ущербом, который будет нанесен как большинству российских семей, особенно малоимущим, так и военной безопасности России.


Анна ТРАПКОВА:
Все желающие могут подробнее ознакомиться с материалами этих исследований на сайте Института экономики переходного периода. Проект военной реформы партии «Яблоко» представит Владимир Евсеев.


Владимир ЕВСЕЕВ (представитель Московского Центра Карнеги, военный эксперт российской демократической партии «Яблоко»): «Российская армия может быть сокращена до 600 тысяч военнослужащих без ущерба для обороноспособности страны»

Военная программа, предлагаемая нашей партией, близка той, которую предлагает СПС. Программы взаимно дополняют друг друга, но есть и некоторые принципиальные различия. Так СПС предлагают подправить существующую систему, строя уменьшенную копию российской армии. Однако, на наш взгляд, воссоздать российскую армию нельзя, так же как нельзя создать СССР через организации, называемые СНГ или ОДКБ.

Первым на контрактный принцип комплектования переводился 104-й Черемухинский полк в Пскове. Это хороший советский полк, не более. Такие части не могут быть ядром новой армии. Для армии XXI века главное не количество, а техническая оснащенность. Наше руководство не хочет это понять.

Армия предназначена для защиты от внешних угроз. Какие же угрозы существуют для РФ? С Запада к России вплотную приближается НАТО, в которую вступили большинство стран Восточной Европы и республик Прибалтики, а в ближайшие пять лет могут вступить бывшие советские республики такие как Грузия, Азербайджан, Молдавия и Украина. Однако НАТО не наращивает свой военный потенциал. Как старые, так и новые члены НАТО сокращают численность вооруженных сил, количество используемого вооружения и военной техники. В настоящее время создается собственная военная структура ЕЭС, независимая от НАТО. Это - военный комитет, корпус быстрого реагирования. НАТО прежде всего ориентируется на проведение миротворческих операций как в Европе, так и за ее пределами. Усиливается сотрудничество НАТО со странами Европы, не входящими в союз, что обусловлено значительным расширением зоны влияния и недостаточностью имеющейся силы. Анализ развития событий показывает, что в ближайшей среднесрочной перспективе война России с НАТО маловероятна. Общемировые экономические процессы объективно сближают Россию и страны союза, хотя трения в политической области неизбежны.

На Востоке растет военная мощь Китая, вооруженные силы которого активно оснащаются современным вооружением и техникой. Ожидается, что к 2050 году Китай станет общемировой державой, сравнимой по своим возможностям с США. Однако в настоящее время основное внимание Китай уделяет решению внутренних проблем. Китай - один из основных покупателей российских вооружений, член шанхайской организации сотрудничества. Война Китая с Россией в ближайшей среднесрочной перспективе также маловероятна.

На юге существует несколько очагов нестабильности, но они носят локальный характер, например, в Афганистане и Ираке.

Таким образом, в ближайшую среднесрочную перспективу для России возможны только локальные войны, не требующие значительных людских ресурсов. В дальнесрочной перспективе конфликт, способный перерасти в войну, например, война России с НАТО или с Китаем, возможен, но в этом случае многочисленной армии не требуется, так как перевес НАТО в силах общего назначения настолько значителен, что война неизбежно перерастет в ракетно-ядерную.

Китай вряд ли создаст в обозримой перспективе силы общего назначения, сравнимые по структуре и оснащенности с НАТО, но соревноваться с Китаем по величине мобилизационных ресурсов просто немыслимо. Следовательно, России не нужна ни многочисленная армия, ни значительный мобилизационный ресурс, которые в настоящее время составляют около шести миллионов первой категории, то есть лиц, не достигших 35 лет.

Оценки показывают, что российская армия может быть сокращена до 600 тысяч военнослужащих, иначе говоря в два раза, без ущерба для обороноспособности страны. Это непосредственно связано с проблемами отсрочек от призыва: армия должна быть полностью контрактной, исключать призыв на военную службу.

В программе СПС предлагается оставить шестимесячную службу. Мы категорически против призыва даже на день, и согласны с мнением Валентины Мельниковой. Нельзя служить в армии, потому что она стала угрозой для общества.

Перед заключением контракта граждане Российской Федерации должны будут пройти курсы подготовки, по окончании которых смогут принять решение о целесообразности заключения контракта на службу в вооруженных силах. Таким образом, это будет не призыв, а добровольное решение человека. В контракте следует предусмотреть обязательность нахождения бывших военнослужащих-контрактников в запасе определенный период времени, что создаст достаточно весомый ресурс. При сокращении армии до 600 тысяч человек, резерв будет составлять 500 тысяч. Этот резерв у нас есть, и он сохранится.

В заключение хочу еще раз подчеркнуть, что мы не согласны с предложением СПС в том, что нужно сохранить шестимесячный срок службы по призыву. Кроме того, мы считаем, что на поддержание мобилизационного ресурса значительные финансовые вложения не требуются.


Евгений ЯСИН (научный руководитель Высшей школы экономики): «Армия – способ лишить человека гражданских прав»

Я не считаю различие между проектами СПС и «Яблока» столь существенными. Думаю, что суть проблемы находится за пределами этих различий и состоит в том, что наша страна на протяжении всей своей истории была империей. Сначала она оборонялась от кочевников, затем прибегла к экспансии. Большая армия является визитной карточкой великой державы, и это мнение закрепилось в нашем менталитете. Считается, что великой стране нужна великая армия, так как если нас другие страны не любят, тогда пусть хотя бы боятся.

При подобном имперском милитаристском взгляде цель существования государства видится в наращивании мускул и способности наказывать врагов или диктовать свою волю. Россия больше не может существовать в пределах этой парадигмы. Кроме того, Россия реально вступает в постиндустриальное общество. Постиндустриальное и аграрное общества, для которых были характерны массовые армии времен Первой или Второй мировых войн, совершенно разные вещи. Россия была крестьянской страной, где в каждой семье было по семь-восемь или даже больше детей, и призыв в армию одного сына, был, может быть, даже судьбой. Сейчас 74% населения живут в городах; семьи в подавляющем большинстве нуклеарные, население уменьшается со скоростью миллион человек ежегодно. Может быть, через какое-то время ситуация изменится, но подозреваю, что вряд ли к 2050 году в стране будет свыше 100–120 миллионов человек.

Главный вывод заключается в следующем: на протяжении всей российской истории жизнь человека ничего не стоила. Человек был пушечным мясом. То, как Жуков брал Берлин, больше нам не по силам. Так, Жуков положил на Зееловских высотах миллион солдат не только для того, чтобы взять Берлин раньше американцев, но и чтобы не допустить туда маршала Конева. На одного убитого немца приходилось сто русских.

Таким было отношение к человеку в нашей стране всегда. Сегодня в нашей стране по объективным обстоятельствам резко возрастают цена человеческой жизни и качество человеческой личности. Поэтому иным должно быть и отношение к правам человека и к свободам, а армия – способ лишить человека гражданских прав.

Военная реформа в последние двенадцать лет - это постоянная борьба двух начал. С одной стороны, гражданское общество стремится к тому, чтобы учесть изменения, произошедшие в жизни страны и в мире. С другой стороны, есть имперская милитаристская направленность, которая и держится, в том числе на том, что существует священный долг. У нас говорят, что Россия – это консервативная страна, которая живет традициями.

Я не помню, когда принималось военное решение о том, что у нас в стране будет армия в миллион человек, что переход на контрактную армию закончится в 2008 году или, напротив, начнется. Важно, что это закончится в 2011 или в 2012 году, когда все ныне служащие генералы выйдут на пенсию. Все наши реформы после 1992–1993 годов строятся по принципу баланса. Может быть, в каких-то других случаях это и разумно, но не в данном, когда намечен переход на контрактную армию, а численность армии уменьшится с 1 млн 300 тыс. человек до 1 млн. Меньшим числом якобы нельзя обойтись. Дух милитаризма, этот феникс с хищным глазом, постоянно норовит возродиться. Так до бесконечности продолжаться не может, потому что за этим стоит жизнь нации.

Хочу напомнить, что в 1921 году, когда кончилась Гражданская война, по декрету Ленина Красная армия с 6 млн была сокращена до 500 тыс. Причем это было сделано в течение одного года в условиях капиталистического окружения, когда большевики действительно должны были доказывать пролетариям и крестьянам то, что они постоянно находятся под дамокловым мечом нападения интервентов.

Сейчас в истории России уникальный момент, когда ей никто не угрожает. Можно, конечно, сказать, что нам объявлена война, что мы должны сплотиться. Может быть, у некоторых это вызовет прилив энтузиазма и ощущение того, что действительно существует угроза. Но если эта угроза и есть, то она в нас самих. Мы сами себя пугаем для того, чтобы держать массы людей под ружьем, причем по той самой цене, по которой стоит пушечное мясо.

В данном случае молодежь должна занять гражданскую позицию. Гражданская позиция не состоит в обязательной защите интересов общества. Гражданское общество – это общество индивидов, которые защищают свои права и объединяются ради того, чтобы их права были защищены. В швейцарской конституции 1999 года написано, что свободными являются люди, которые пользуются своей свободой. В ваших руках находится судьба страны, ее свобода, а Россия может сохраниться и процветать только как свободная демократическая страна.


Анна ШУЛЬГИНА (молодежное крыло партии «Наш выбор»): «Мы за диалог с властью и предлагаем созвать "круглый стол" об отмене отсрочек от армии и пригласить людей, непосредственно отвечающих за решение этой проблемы»

Я хочу предложить один из вариантов решения проблемы. Митинги и пикеты – это хорошо и действенно, но не в сложившейся ситуации (мы видим это в ситуации с пенсионерами). Либо нужно поступать так, как это делали на Украине, либо не делать ничего.

Мы за диалог с властью. Не правда, что власть не хочет идти на диалог. Мы убедились в этом на собственном примере, когда собирали «круглый стол» по вопросам образования и к нам пришли сотрудники из Министерства образования. Мы предлагаем созвать «круглый стол» об отмене отсрочек от армии и пригласить людей, непосредственно отвечающих за решение этой проблемы, например, членов Комитета Государственной думы по обороне, представителей Министерства образования и, безусловно, Министерства обороны. Мы добились того, чтобы Министерство образования приглашало молодежь на консультации по поводу реформы образования. С таким же предложением можно обратиться в Министерство обороны и в Комитет Государственной думы по обороне.


Александр БЕЛКИН (заместитель исполнительного директора Совет по внешней и оборонной политике): «Надо оставить смешанный принцип комплектования вооруженных сил»

Я – в прошлом офицер, прослуживший в вооруженных силах 16 лет. Уволился в 1991 году после известных событий в Вильнюсе. Работал гражданским экспертом в Министерстве обороны, а в последнее время работаю в Совете по внешней оборонной политике.

Я согласен с самым здравым предложением из тех, которые здесь прозвучали: с проблемой нужно сначала разобраться, ее нужно обсудить, а митинговать опасно, потому что, как правило, плодами революции пользуются не те люди, которые ходили на митинги.

У Солженицына есть замечательный принцип: жить не по лжи. Я совершенно согласен с Павлом Шайкиным в том, что мы сами себя обманываем. За нежеланием служить в вооруженных силах лежит не боязнь потерять год или два из того времени, которое можно посвятить образованию, не нежелание служить своей стране или кого-либо защищать. Ваши родители голосовали за Конституцию, в которой обозначены права, в частности право на жизнь. Это право нужно отстаивать. Нелогично отрицать, что военная служба необходима при наличии военных угроз или опасностей. Другое дело, как мы их оценим и какие вооруженные силы нам нужны.

Несколько слов по поводу того, что мы всегда были империей. Швейцария – не империя и никогда ей не была. Маленькая страна (6 млн населения), в которой еще недавно в вооруженных силах служил каждый десятый. Каждый десятый – это 600 тысяч человек. Иначе говоря, это самое милитаризованное в мире по названным параметрам государство.

Только в четырех странах кадровые армии сформированы на контрактной основе.

В Израиле призывная система, потому что страна воюет. Но есть еще и другая причина: в Израиле, например, нельзя достичь политического будущего или будущего в бизнесе, если ты не отслужил в вооруженных силах.

Солдатские матери не из-за отсутствия патриотизма не хотят, чтобы их сыновья служили в армии. Им страшно потому, что там убивают, причем не на поле боя. Юноши гибнут совсем не из-за причин, связанных с военной деятельностью.

Мы вспоминаем о существовании и проблемах армии только два раза в год: когда призывают тех, кому весной и осенью исполняется 18 лет. Всем безразлично, как живут офицеры, их жены, как учатся их дети, сменяя десятки школ. Эти проблемы нас совершенно не трогают. Но мы хотим, чтобы проблемы всего общества интересовали армию, военных, предъявляем им претензии, совершенно не слыша их голосов.

Везде существуют проблемы, и применительно к реформе культуры, и к реформе образования, и к реформе здравоохранения, и к реформе вооруженных сил происходит одно и то же – наше правительство считает себя самым знающим и ни с кем советоваться не собирается. Советоваться правительство стало после того, как всех привело в состояние шока.

Страны с развитым гражданским обществом создают независимые экспертные комиссии, в которые не входит ни один чиновник. В Америке такая комиссия пришла к выводу, что выгоднее, экономичнее и с военной точки зрения целесообразнее добровольческая модель вооруженных сил. В Германии мнение общества было таким же, как и в нашей стране: вооруженные силы должны создаваться только на контрактной основе. Однако комиссия сумела доказать, что надо оставить смешанный принцип комплектования. Этот принцип должен действовать и в России. Это единственный способ, с помощью которого можно разрешить проблему. Митинговые выступления с одной и с другой стороны продолжаются уже 15 лет и ни к чему, как известно, не привели.


Валентина МЕЛЬНИКОВА:
Я хочу предостеречь вас от иллюзии. Время «круглых столов» с представителями военного руководства прошло. Ничего внятного ни на одном из «круглых столов» добиться не удалось, кроме примера с законом об альтернативной гражданской службе. Тем не менее, в третьем чтении Министерство обороны внесло свой вариант. Было принято именно такое решение, которое удобно руководству вооруженных сил. Вместе с тем вести диалог и убеждать людей надо.

Хочу сказать и о другой иллюзии: никогда не верьте военным, в частности по поводу причин перехода к профессиональной армии США и обсуждения, которое идет в Германии. США перешли к профессиональной армии только после проведения миллионных митингов. Ветераны Вьетнама добивались социальной поддержки со стороны государства акциями протеста. Германия же вынуждена отказаться от призыва, поскольку в стране постоянно происходят политические кризисы, связанные с недостатком средств на содержание вооруженных сил.


Андрей СИДЕЛЬНИКОВ (координатор движения «Русская Пора»): «Каждого студента коснется проблема призыва в армию»

Я считаю, что переговоров с властью уже не может быть. Власть не хочет и не будет слышать никого. Она может услышать только голос площадей и улиц. Это доказали пенсионеры, которые вышли на митинги не под призывы какой-либо политической партии, а потому что это коснулось их самих из-за отмены льгот. К сожалению, наше общество настолько аморфно, что до тех пор, пока проблема не коснется каждого, люди будут сидеть дома.

Других способов быть услышанными, кроме как выйти на улицы, у людей не осталось. Каждого студента коснется проблема призыва в армию. Я уверен, что будут отменены отсрочки и внесены изменения в законодательство. Думаю, что нам нужно вести пропагандистскую деятельность и донести до всех студентов мысль, что если они не позаботятся о себе сами, то уже завтра придется спасать не только их, но и их родителей и всех остальных.


Александр АУЗАН (профессор Московского государственного университета, председатель Института Национального Проекта «Общественный договор»): «Когда власть не встречает никакого противодействия, она начинает решать все самостоятельно, без участия населения»

Как реформировать армию? Как выжить в условиях, если она не будет реформирована? Будучи участником многочисленных переговоров с правительством, происходивших в последние два-три года, я утверждаю, что власть нас не слышит по двум причинам. Первая: власть держит армию за институт, который обслуживает ее интересы и она не хочет этого лишаться. Вторая: этот институт имеет большое влияние на общество. Когда власть не встречает никакого противодействия, она начинает решать все самостоятельно, без участия населения.

Поэтому я буду говорить не о реформировании армии, а о том, как жить в условиях, если она не будет реформирована. Я согласен с Валентиной Мельниковой в необходимости перехода к гражданским действиям. Акцию «Зеленое письмо» я активно поддерживаю, несмотря на три препятствия, стоящие на этом пути.

Полагаю, что студентов Высшей школы экономики, МГУ, Бауманского и Петербургского университетов призывать в армию не будут. Их выпускники будут названы национальной элитой. Зато призовут студентов других вузов, действуя по принципу разделения. Поэтому выступить единым фронтом должны студенты не только МГУ и ВШЭ, но и других вузов.

Не все считают выходом из создавшейся ситуации создание профессиональной армии. Например, молодые люди из маленьких провинциальных городов не против службы в армии. Для них это возможность вырваться из окружающей действительности. Опросы, проведенные Независимым институтом социальной политики, показывают, что молодежь призывного возраста по-разному относится к профессиональной армии и альтернативной службе. На это не означает, что этим молодым людям нравятся сложившиеся в нынешней армии порядки. Поэтому надо объединяться по тому признаку, который признается большинством, а варианты реформирования армии могут быть различными.

Одним из вариантов реформирования может стать, например, повышение налогов на содержание армии. Можно, мне кажется, решать эту проблему путем международных переговоров.

И последнее. Я думаю, что студенты не должны ограничиваться митингами, пикетами, сбором подписей. Нужно придумать что-то принципиально новое, креативное, стилистически другое, чтобы удивить власть.


Ирина ДАВИДЕНКО (политтехнолог): «Более половины населения готовы участвовать в референдуме о формировании российской армии на профессиональной основе»

Я хотела бы рассказать о социологическом исследовании, целью которого было выяснить, к каким мерам, прописанным в Конституции, можно и нужно прибегать в сложившейся ситуации.

Одним из способов взаимодействия общества и власти, инструментом решения обсуждаемой проблемы может стать референдум. Потенциальной темой такого референдума могла бы стать, в частности, такая: «Должна ли российская армия формироваться на профессиональной основе?». Более половины опрошенных готовы участвовать в подобном референдуме. А тему референдума об отмене отсрочек от армии готовы поддержать лишь 30%.

Опыт последних выборов в Государственную думу показал, что демократические партии должны действовать сообща. Возможно, объединяющим фактором станет Всероссийский Гражданский Конгресс. Сейчас от Конгресса уже создается рабочая группа по подготовке проведения референдума.


Дмитрий ОВСЯННИКОВ («Русский журнал»): «Возникают сомнения, что в России контрактная армия будет более боеспособной, чем армия призывная»

Объединение партий – достаточно спорный вопрос: на одних и тех же митингах можно встретить представителей различных партий. Стираются грани между позициями этих партий, что многих вводит в заблуждение.

По поводу перехода на контрактную основу, я хотел бы напомнить, что контрактная армия – это армия наемников. В такую армию пойдут только низшие слои населения. Это приведет к снижению ее боеспособности, кроме того, армия наемников не может защищать территорию, не воюя. Так, армия НАТО во время войны в Югославии показала свою неготовность. Поэтому возникают сомнения, что в России контрактная армия будет более боеспособной, чем армия призывная.

Возможно, выходом из сложившегося кризиса может стать выработка идеологии борьбы с общим врагом.


Валентина МЕЛЬНИКОВА:
Вы считаете, что свыше двух с половиной тысяч офицеров и прапорщиков российских вооруженных сил – это наемники из самых низших слоев общества, которые только и хотят, чтобы повоевать?


Дмитрий ОВСЯННИКОВ:
Безусловно, нет. Но если вся армия состоит из контрактников, вопрос о ее боеспособности все еще открыт.


Валентина МЕЛЬНИКОВА:
Вы ставите под сомнение боеспособность армии? Вы считаете, что офицеры тоже должны служить только по призыву и не получать зарплату? Есть такая соблазнительная идея не платить офицерам зарплату, обеспечивая их пайками.


Дмитрий ОВСЯННИКОВ:
Я имею в виду ту часть армии, которая будет служить, а не командовать.


Александр БЕЛКИН:
Решения о вводе войск в Афганистан, где мы положили 15 тыс. жизней, и о войне в Чечне, где мы сейчас кладем жизни, принимали вовсе не генералы. Генералы сопротивлялись, а принимали эти решения политики, которых выбирает народ. Бойтесь милитаристов в гражданских костюмах, а не военных, которые проливают кровь и поэтому знают цену каждой ее капли.

Вопрос стоит так: вы согласитесь, чтобы всем сохранили отсрочки и после четырех-пяти лет учебы призвали служить? Вы сейчас добиваетесь сохранения отсрочек для продолжения образования. Затем вас призовут на два года. Кого-то этот вариант устраивает больше.

Нужно тщательно обсуждать, какой должна быть призывная часть. Призывников можно обучить за шесть месяцев, как предлагает СПС, или для этого нужно девять месяцев, как в Германии, или двенадцать? А может быть, российские солдаты не настолько хорошо образованы, и их нужно учить дольше? Это все надо обсуждать, но не на митингах, а только на грамотной профессиональной основе.


Сергей САНОВИЧ:
Российские генералы очень любят приводить в пример Германию. Там служат не девять, а десять месяцев, но там существует альтернативная гражданская служба на один месяц. В России надо приводить странные доказательства, для прохождения альтернативной службы, в Германии же 9% заявлений на прохождение альтернативной гражданской службы удовлетворяются, то есть молодой человек может выбирать.


Максим АБРАХИМОВ (Молодежное Правозащитное Движение, г. Воронеж): «Пока закон, отменяющий отсрочки, не будет принят, на улицу никто не выйдет»

Большинство студентов знакомы с рассматриваемой проблемой, но пока закон не будет принят, на улицу никто не выйдет. Это сейчас никого не трогает.

Проводится много опросов по поводу того, как относится население России к отмене отсрочек. Есть данные, что 15–20% против отмены отсрочек. В интернете же помещены данные социологических исследования «РОМИР»: 70% против отмены отсрочек. Все эти цифры зависят от того, в каком контексте и каким образом поставлен вопрос. Опросы, проведенные нами во время пикетов в Воронеже и в других городах, показывают, что 50–70% населения против отмены отсрочек, а 25–30% - за их отмену.

Вероятнее всего, если проект об отмене отсрочек будет принят и студенты не выйдут на улицу, то отсрочки будут отменены, а в случае если отсрочки будут отменены и студенты, как и пенсионеры, выйдут на улицу, то Путин даст команду вернуть все на свои места.


Олег КОЗЛОВСКИЙ (движение «Москва – свободный выбор»):
Гражданский Конгресс действительно может стать объединяющим фактором. Думаю, и Союз комитетов солдатских матерей отнесется к этому с вниманием. На мой взгляд, нет ничего страшного в том, что разные партии будут выступать вместе. Если СПС против призыва – значит, он будет выступать против, если «Яблоко» тоже против призыва – значит эти партии будут выступать вместе.


Марк ЛЕВИН (профессор Высшей школы экономики):
Сегодняшняя дискуссия удивляет. Меня совершенно не убедили коллеги--экономисты. Люди, которые принимают решения о формировании армии, должны иметь четкие и ясные аргументы как за, так и против той или иной формы призыва.

В нашем обществе бытует множество мифов о том, как устроены зарубежные армии. Плохо, что не проводится сравнительный анализ того, что происходит в разных странах мира. Почему армия должна быть контрактной или напротив? Во что это обходится налогоплательщикам и какова эффективность такой армии?

Было бы полезно также проанализировать, кому выгодно, чтобы осуществлялись или не осуществлялись те или иные реформы.


Юлия МАЛЫШЕВА (федеральная молодежная комиссия СПС):
Проект закона я видела еще год назад. В законе отменялись не только отсрочки от армии, но и разделение по половому признаку. Предлагалось призывать в армию девушек. Документ был строго секретным.

Проблема призыва в армию волнует все больше людей. Год назад об этом пытались говорить многие, но их не слышали. Сейчас же об этом пишут почти все журналы и газеты.

Во многих организациях есть региональные структуры. Я предлагаю следующую идею подобную идее «Зеленого письма», а именно: такое же письмо адресовать каждому депутату Государственной думы. Если каждому депутату придет 500 писем, то на каждое из них он вынужден будет дать письменный ответ.


Павел МАЛЫШЕВ (студент Финансовой академии):
На мой взгляд, контрактники будут служить эффективнее, потому что во все времена и во всех странах материальная сторона дела все-таки самая сильная и самая надежная.

По поводу великодержавного настроения и политики общего врага, хотелось бы напомнить присутствующим о российском населении, живущем за сто и более километров от Москвы. Там эти настроения и поиски общего врага весьма живучи и сейчас, у молодежи нашего возраста в том числе.


Сергей БРОНИН (помощник советника президента РФ по экономическим вопросам А. Илларионова):

Статья 19 в п. 3 Конституции РФ говорит, что права и свободы мужчины и женщины равны. В этом смысле можно воспринять букву закона о воинской обязанности и военной службе, как противоречащие друг другу. Насколько я помню, в статье 11 говорится о том, что девушки освобождаются от призыва на военную службу, за исключением получивших специальное военное образование. С января 2001 года я пять раз обращался в Конституционный суд, и пять раз судья Конституционного суда рекомендовал мне обратиться в какие-либо медицинские учреждения, чтобы мне там разъяснили различия между мужчиной и женщиной.

К сожалению, определения Конституционного суда я как гражданин РФ нигде не могу обжаловать. Может быть, в зале есть компетентные юристы, готовые мне помочь, чтобы я в шестой раз попробовал подать подобную жалобу?


Иван БОЛЬШАКОВ (Московское Молодежное «Яблоко»):
Мне странно слышать от партии «Наш выбор», которая считает себя оппозиционной о том, что она готова договариваться с властью. Но власть-то не собирается договариваться с нами. Она подразумевает под диалогом допрос.

Могут быть разные варианты сопротивления инициативе властей по отмене отсрочек, например сбор подписей и участие в митингах. В конституции записано, что можно проводить референдумы, но не нужно забывать, что за последние два-три года Государственная дума подписала такие законы, которые противоречат Конституции. Согласно этим законам провести референдум может только партия власти с использованием административного ресурса.


Марк УРНОВ:
Развернувшаяся дискуссия вызвала у меня глубокое разочарование, даже в эмоциональном плане. Между тем проблемы обсуждаются серьезные и касающиеся всех. Молодежь должна пробудиться и начать на мощном подъеме отрабатывать аргументацию, которая бы убеждала и задевала спящее общество, и власть, не желающую слушать свой народ.

Демократия, помимо всего прочего, – жесткая конкурентная борьба и отстаивание своих позиций. Когда здесь на «круглом столе», начинаются межпартийные разногласия, дело не сдвинется с мертвой точки. Власть сильна потому, что она консолидирована, а мы слабы потому, что у нас не хватает темперамента и единства. Это два базовых аспекта в прошедшей дискуссий. Идет разговор об острейшей проблеме для нынешнего поколения.


Евгений ЯСИН:
Разговор о профессиональной армии – это ответ на дискуссии об отсрочках. В нашем обществе сложилось странное отношение к действиям правительства и власти. Когда они предлагают что-либо, считается, что надо все делать с точностью до наоборот. Но это не всегда верно. Сегодня старики требуют сохранения льгот. Эти льготы – вчерашний день. Митинги молодежи по лозунгом: «Мы против отмены отсрочек» означают то же самое.

Ответ, по-моему, как раз и заключается в формировании профессиональной армии небольшой численности, хорошо оснащенной, с нормальным питанием, с финансированием, соответствующим возможностям общества. Вопрос об отсрочках отпадет сам собой. Ведь призванным отсрочек не надо. Необходимо сказать, что никакой отмены отсрочек не должно быть, пока не будет сформирована нормальная профессиональная армия. Все дискуссии надо прекратить. Граждане, защищая свои интересы, должны делать это грамотно. Если к грамотно поставленным задачам будут приложены эмоции и сила молодежи, ее желание защищать свои права, то можно достичь требуемого.

Я бы хотел подчеркнуть еще одно обстоятельство. Сегодня на улицы выйдет больше людей, потому что общество заколебалось. Оно пережило период успокоения, и теперь старики своим выходом на улицы взбаламутили его. Обратите внимание на реакцию властей. Ведь сначала Сергей Иванов говорил, что отменить надо все отсрочки, затем он заявил, что студентов трогать не будут. Проблема, которую мы сегодня обсуждаем, это часть борьбы за демократизацию российского общества, за свободу, за то, чтобы мы были свободными людьми и чтобы наш голос чего-то стоил.


комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика