Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

С либеральной точки зрения

На старте: сценарии и интриги. Часть 1

31.10.2007
Центризбирком закончил регистрацию кандидатов на выборы в парламент. 11 партий начинают открытую борьбу за места в Государственной Думе. Голосование пройдет 2 декабря. Комментарий политолога Дмитрия Орешкина.

Фактически предвыборная кампания стартовала еще весной. Сначала события развивались по инерционному сценарию – назовем его сценарием №1. Эксперты ожидали, что в Думе будут представлены четыре партии, это прогнозировал, в частности, ВЦИОМ. Резкий перелом произошел 1 октября – когда на съезде «Единой России» Путин заявил, что он готов выдвигаться от этой партии. Сценарий №1 рухнул. Появилась партия – безусловный лидер, замыкающая на себя весь административный ресурс страны. Шансы ее сразу заметно возросли – процентов на 15; ситуация существенно поменялась. До путинского решения реальный рейтинг «Единой России» держался примерно на уровне 45 процентов. Именно таковы были осредненные результаты на региональных выборах осенью 2006 года и весной 2007-го. За этой цифрой – и реальная поддержка населения (она составляет 30 – 35 процентов), и «административная добавка». 45 процентов - технически возможный для «Единой России» уровень, так сказать, предел насыщения в нормальных условиях. Путинский допинг дал еще 15 процентов – результат значительный, но меньше расчетного. Если приплюсовать количество голосов, которые будут получены с помощью административного ресурса - а он на предстоящих выборах будет мощным и, главное, консолидированным - то партия власти должна претендовать как минимум на 65 процентов. С учетом межпартийного распределения «ничьих» мандатов, к этим голосам прибавятся еще процентов 10 уже после выборов. Соответственно «Единая Россия» может занять в Думе 70 - 80 процентов кресел. Таков, на мой взгляд, инерционный сценарий №2, который называется «Единая Россия» с Путиным».

При любых условиях в парламент пройдет и вторая партия – с помощью избирателей или нет, уже в силу того обстоятельства, что парламент по закону не может быть однопартийным. То есть партия, занявшая второе место, проходит в Думу, даже если ее результат ниже 7 процентов. Этой второй партией, скорее всего, станет КПРФ. Я думаю, она-то как раз пройдет чисто, наберет заметно больше 7 процентов. Возможно, процентов 15. На региональных выборах коммунисты пользовались устойчивой поддержкой, и эта поддержка, полагаю, возрастет. «Левада-центр» обещает коммунистам 18 процентов голосов. Потому что они сегодня воспринимаются избирателями как партия интегрального протеста, как партия альтернативы. Не всегда понятно, против чего именно протест - против «всего этого», но достаточно того, что коммунисты играют роль четкой оппозиции. Это им сильно помогает. За них намерены голосовать даже те, кто не симпатизирует коммунистическим идеям, но против тотального однопартийного доминирования.

Таким образом, две партии проходят гарантированно. Плюс к этому появляются две новые интриги. Первая - будет ли в парламенте третья партия и какая? (Четвертая при таком раскладе уже вряд ли поместится.). И вторая – как будет вся эта ситуация воспринята избирателями? Не слишком ли много преимуществ забрала себе «Единая Россия», не вызовет ли это раздражения? Ожидалось, что после заявления Путина рейтинг «Единой России» будет неуклонно повышаться. Пока этого не происходит - он стоит на 55 процентах, что не так уж много, если исходить из популярности Путина.

Часть второй интриги - вопрос о явке. Конечно, губернаторы предпримут все меры, выполнят и перевыполнят план и «встречные» повышенные обязательства, но результат дадут. Однако даже их возможности не безграничны. А «заорганизованность» с советским привкусом способна вызвать оскомину у миллионов людей, которые не хотят, чтобы в них видели идиотов. При таком повороте качество победы «Единой России», а вместе с ней и Путина окажется сомнительным. И тогда начинается инфляция результатов: какая разница, 50, 60 или 70 процентов наберет «партия власти», если подорвано доверие к самой процедуре? Это далеко не безобидно - разрушается механизм коммуникации между властью и обществом. Все идет как будто гладко, как в СССР, - но однажды власти может потребоваться не бумажная, а реальная поддержка общества - а ее-то как раз и нет. Мы это проходили 15 - 20 лет назад.

Доверие разрушается и осознанной политикой госбюрократии с целью до предела упростить ситуацию и превратить парламентские выборы в «плебисцит по доверию Путину». Понятно, это на руку «Единой России» - избирателю в голову вкладывают клише: или ты за Путина (т.е. за «ЕР»), или против (за любую другую партию). Все партии кроме «главной» сваливаются как бы в одну кучу и заодно дискредитируются: разницы между ними нет, все они против президента, против России, которая поднимается с колен…

Довольно грубая игра, но электоральные игры и не должны быть слишком тонкими. Точнее, они должны быть такими, которые соответствуют уровню преобладающей политической культуры. В том и соль момента, что власть испытывает страну на готовность вернуться к примитивному, практически советскому стилю: кто силен, тот и прав.

На этом фоне чрезвычайно важно, чтобы граждане России за оставшийся месяц выработали осознанную позицию по отношению к предстоящему голосованию. Другой возможности может и не быть.

В принципе, власть более чем устраивают пассивность электората и низкая реальная явка. Надо иметь в виду, что чем глубже провинция, тем труднее там обеспечить действенный контроль и тем влиятельнее там местная бюрократия. Если крупные города покажут пониженную явку (а они ее покажут!), то дефицит будет компенсирован за счет «электорально управляемой» провинции, где местная власть без труда обеспечит и явку, и результат. Например, весной 2007 года на выборах регионального парламента в Дагестане на 177 участках была показана явка в 100%. На 124 участках 100% голосов были отданы «Единой России», при нуле недействительных бюллетеней. Важно, что при этом в Махачкале (столице Дагестана), где гораздо более зрелая политическая культура и работа избирательных участков находилась под пристальным контролем политических партий, была зафиксирована относительно низкая явка, и, естественно, гораздо больший разброс результатов.

Теперь внимание, вопрос! Положим, вы республиканский начальник, и вам поставлена задача обеспечить как можно более высокий результат некой партии. Вы отлично знаете, что сельские районы, руководство которых вам лояльно, дадут такой результат, какой надо. В том числе и массовую явку. А «слишком умные» города опять окажутся непредсказуемыми. Разве не в ваших начальнических интересах, чтобы суммарный вклад непослушных городов был пониже, а послушной провинции – наоборот, повыше? Такой расклад легче всего достигается именно на фоне общей пассивности: пусть себе горожане ленятся - в городе у вас все равно руки связаны контролем, но зато явку и результат вы всегда сможете «пририсовать» на селе, где контроля нет.

Так оно и получается: чем глубже провинция, тем, как правило, выше результат «нужной партии» и выше явка. Можно сказать, политические судьбы страны решает не 60% населения, которое обитает в крупных городах (города выборы игнорируют), а 40% сограждан, живущих в деревне или в небольших поселках. Потому что они-то как раз голосуют почти с советской монолитностью. Как уж там, в тишине, начальство добивается нужных ему результатов, мы можем только догадываться.

Хотя, собственно, это уже не секрет. Только за последние месяцы принято несколько законодательных инициатив, сильно упрощающих задачу по достижению нужных результатов. И именно подальше от крупных центров.

Все они, как одна, объясняются чисто гуманными побуждениями. Во-первых, разрешено позволить голосовать по старым советским паспортам образца 1974 года. Ну, ради забывчивых людей, так и не удосужившихся за 30 лет получить паспорт нового образца.

Небольшое умственное усилие позволит понять, что больше всего таких людей живет где-то за границей. Уехали, давно получили гражданство других государств, но их старые паспортные данные хранятся в файлах наших посольств. Может, кто-то из них действительно захочет прийти в посольство и проголосовать. Тогда – милости просим. Но большинство, всего вероятнее, и думать уже забыло про Россию и наши выборы. А вот чиновники в посольствах о выборах еще как помнят. Ни для кого не секрет, как организуется «голосование мертвыми душами». Если в России это можно как-то проконтролировать с помощью наблюдателей, то кто будет контролировать составление протоколов в посольстве РФ где-нибудь в Австралии или Новой Зеландии?

Раньше заграница давала на федеральных выборах примерно 300-400 тысяч голосов. Теперь, после разъяснительной кампании со старыми паспортами, мы вполне можем получить оттуда в 2-3 раза больше. Вот вам и явка, вот вам и результат. Впрочем, посмотрим.

Второе нововведение – военнослужащим разрешено голосовать без предъявления открепительных талонов. Резон опять исключительно благороден – уважение к защитникам Родины, которых служба, учения и срочные задания то и дело бросают с места на место. С другой стороны, несложно представить, что даст такая либерализация на деле. Достаточно объявить где-нибудь в глубинке учения, посадить полк в автобусы и голосовать всем личным составом сначала в одном избирательном участке, затем в следующем, и так далее вдоль дороги. При отсутствии открепительных документов и благосклонном внимании местных начальников технология практически неуязвима для контроля. В принципе, даже не обязательно возить солдат: достаточно переслать файл с их документами. Есть только одно ограничение: опять-таки нужно село поглуше, народ потише, и чтобы города и с их надоедливыми контролерами были подальше.

Подоспело и третье средство. Член Центральной избирательной комиссии России Игорь Борисов выступил с инициативой - обеспечить возможность волеизъявления людям без определенного места жительства. Тоже весьма похвально с точки зрения человеколюбия. Теперь бомжи смогут проголосовать в любом из участков – благо регистрации по месту жительства у них нет. Технически очень трудно будет проследить, где и сколько раз они это сделают. Есть предположение, что в ответ на партийную заботу они откликнутся массовым всплеском явки и сплоченными рядами отдадут свои голоса кому надо. Кто их на самом деле проверит – зарегистрировано на участке 500 человек, а проголосовало 550. Что такое?! А это, оказывается, коллектив бомжей мимо проходил и вдруг испытал прилив гражданских чувств. Что ж, бывает.
Наконец, четвертый ресурс – традиционный: голосование вне избирательных участков. Ко всем больным, престарелым, кто не способен самостоятельно добраться до урны, бюллетени доставят на дом. Очень правильно и гуманно. В некоторых районах Псковской, Ленинградской, Орловской областей на минувших региональных выборах вне избирательных участков голосовали от 15 до 30 процентов граждан. И, как правило, в таких случаях наблюдается прямая корреляция: чем больше вклад переносных избирательных ящиков, тем выше доля голосов за «Единую Россию». Поди проконтролируй, кто и как там голосует, если и на сам-то избирательный участок наблюдателей не хватает. Само собой, эта механика дает нужный результат опять-таки главным образом в глухой провинции.

Словом, явка в любом случае будет обеспечена. Вопрос только в ее качестве. Большую или меньшую долю в ней составит вклад «А-ресурса», или, грубо говоря, политической провинции?





комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика