Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

С либеральной точки зрения

Кадры решают не всё. Ежемесячное обозрение. Февраль 2009-го

01.03.2009
Максим Артемьев
В феврале получили переутверждение хорошо известные фигуры. Председателем Конституционного Суда снова был избран Валерий Зорькин; на должности омбудсмена c одобрения Государственной Думы остался Владимир Лукин. Оба события не вызвали большого общественного интереса. И это не удивительно.

Что касается неплохого человека В.П. Лукина, то его полномочия не предполагают широкого поля деятельности. Он скорее деталь антуража, необходимая для демократической драпировки. Вот, мол, видите, у нас, как в любой цивилизованной стране, есть официально ответственный за соблюдение прав человека, и выступает в этой роли не кто-нибудь, а, можно сказать, бывший оппозиционер-«яблочник». 

Конституционный Суд также вытеснен из сферы массового внимания – с тех пор, как после октября 1993 года он был проскрибирован торжествующими победителями. Валерий Зорькин сделал нужные выводы из трагичных октябрьских событий и ныне представляет собой тип человека, не лезущего на рожон. Такой деятель не вызывает проблем у кремлевской администрации. Ни одно из ее решений отменено не было. Как ни крути, но реального разделения властей у нас нет, «ветвь» судебная в принципиальных вопросах всегда учитывает пожелания «ветви» исполнительной.

Это где-нибудь в США кандидатура судьи Верховного Суда (который с 1803 года принял на себя право оценивать соответствие законодательных актов Конституции страны) пристрастно обсуждается политиками и прессой. Право президента страны назначать – с одобрения Сената - членов Верховного Суда расценивается как одно из основных властных полномочий главы государства. Кандидата рассматривают со всех сторон: подробно изучаются его политические взгляды, опыт деятельности, профессиональные навыки и моральные качества. Нередко Сенат отклоняет претендентов либо они берут самоотвод, понимая, что их шансы не велики. В любом случае, американцы придают кадровой политике в рядах служителей Фемиды огромное значение. Недаром 27-й президент США Уильям Говард Тафт, который после Белого дома возглавлял Верховный Суд, ценил свои достижения на юридическом поприще выше политических. 

Кстати, об оппозиционерах во власти. Недавно стал губернатором Кировской области Никита Белых, теперь вот Мария Гайдар пошла к нему советником, пусть и не на штатной основе. Вспоминается, как в Поволжье при Кириенко был объявлен кадровый конкурс, отбирались «нестандартные» молодые люди непонятного происхождения, в чести были разные вундеркинды-самородки. Ну и что? Все давно поросло быльем, от самого Кириенко в округе и след испарился, равно как от его юных резервистов. Увы, попытки принципиально улучшить ситуацию только за счет свежих лиц, без кардинальной смены существующих правил игры, обречены на поражение, что и доказывает пример Сергея Владиленовича. Маша Гайдар при Белых сыграет роль очередного задиристого эксперта. Поездит по краю, узнает кое-что любопытное о жизни глубинки, может быть, напишет или расскажет об этом в столичном интервью. А дальше… Дальше все пойдет по прежнему кругу. 

Для решения проблем России нужны не столько новые люди, сколько новые законы; в рамках нынешней парадигмы ничего серьезно изменить не удастся. Теория «малых дел» в наши дни не работает. Человек даже с самыми благими намерениями, попадая во власть, начинает играть по ее правилам, поскольку быстро осознаёт, что в противном случае в ней не задержится. Но вместе с этим осознанием теряется и сам смысл пребывания во власти, ибо ничего реально сделать тогда невозможно. Не люди меняют систему, а она - их. 

***

Обращает внимание, что Белых уже успел засветиться (пусть и в осторожной форме) с идеей переименования Кирова в Вятку. Мысль, безусловно, хорошая, но, боюсь, несвоевременная. Воплощение ее в жизнь вызовет бурные споры. Никита Юрьевич испугается поднятой волны, пойдет на попятный и скомпрометирует собственное предложение. Если даже тяжеловес Ткачев на казачьей Кубани не может добиться переименования Краснодара, что уж взять с новичка Белых в депрессивно-озлобленном регионе. Инициатива в подобных случаях не должна идти сверху и выглядеть насильственным навязыванием провинциалам капризов заезжих реформаторов. 

Вышесказанное не означает, что нужно ждать у моря погоды, а точнее, пробуждения у людей то ли гражданской совести, то ли исторической памяти. Сама по себе совесть не проснется, необходимы постоянные и большие усилия неравнодушной общественности. Но в приказном порядке такие вопросы не решаются. 

А вот в «отсталой» Камбодже открылся наконец-то, спустя тридцать лет после свержения режима коммунистов-маоистов, процесс над «красными кхмерами». Хотя Пол Поту удалось отвертеться от правосудия и умереть своей смертью (в джунглях, на положении полупленника), многим его подручным, похоже, теперь придется давать показания. Первым предстал перед судом начальник тюрьмы, где были замучены - во имя торжества классовой справедливости - тысячи людей… 

Нам о таком приходится только мечтать. Имена палачей носят тысячи улиц, площадей, городов, в их честь выпускают почтовые марки. «Чекист» – почетное слово, а любой разговор о трагедии страны в XX веке обрывается, не начавшись. Рот затыкают и силовики, и пиарщики, обслуживающие власть, и сытые мещане из новой буржуазии, и раздраженный обыватель, не желающий ничего знать. Страна потеряла самое себя, замкнулась в сиюминутных удовольствиях, а теперь вот сосредоточится на кризисе, опять не имея времени на то, чтобы остановиться, задуматься. 

***

Президент России дал на РТР первое интервью, посвященное кризису. Полагается, что это только начало и все ведущие каналы страны получат возможность задать вопросы главе государства. «Я считаю, что… власть обязана говорить… откровенно и прямо… и о тех решениях, которые принимает для того, чтобы преодолеть кризис, и о тех трудностях, с которыми мы сталкиваемся», - заявил, в частности, Медведев. 

Однако это всего лишь слова. По-прежнему информационное пространство подвергается жесткой цензуре, по-прежнему идет успешная промывка мозгов. Но трудности в стране нарастают как снежный ком, и рано или поздно придется говорить об истинном положении вещей.

В феврале россиян одна за другой ошарашивали мрачные экономические новости. Аркадий Дворкович сообщил, что дефицит бюджета к следующему январю может составить 10% ВВП. Международное рейтинговое агентство Fitch расценило перспективы состояния российской экономики как негативные. За первый месяц года число безработных в России выросла на 300 тысяч и достигло 6,1 миллиона. Что касается инфляции, то среди 11 крупнейших стран мы в 2008 году со своим показателем 13,3% вышли в лидеры. 

По словам министра финансов Алексея Кудрина, отток частного капитала из России в январе 2009 года составил около 40 миллиардов долларов. А за весь минувший год от нас утекли 129,9 миллиарда долларов. Между тем еще в 2007 году был отмечен рекордный приток капитала в страну - 83 миллиарда долларов. Объем невозврата кредитов тридцатке крупнейших российских банков в 2009 году прогнозируется Минфином в 10% от общего объема кредитного портфеля. То есть каждый десятый взятый в долг рубль не будет отдан назад. Промышленное производство в январе упало на 16%. Экономика России в январе 2009 года сократилась на 8,8% по сравнению с первым месяцем прошлого года. Соответственно, доходы федерального бюджета в 2009 году снизятся на 42% по сравнению с ранее утвержденными, а расходы увеличатся примерно на 500 миллиардов рублей.

Успокаивать соотечественников на таком фоне будет весьма затруднительно. Это понимает, кажется, и сам президент, который предупредил на встрече в Иркутске: «…Если сейчас опуститься ниже плинтуса, ниже какого-то уровня, то потом можно столкнуться с такой же ситуацией, как в 1990-е годы».

***

Едва в телеинтервью прозвучали слова Дмитрия Анатольевича о том, что власть не станет закрывать глаза на упущения в работе, а также на «бездарность, расхлябанность, разгильдяйство в деятельности тех или иных начальников», как последовали оргвыводы. Четырех глав регионов заменили. В Орле, Воронеже, Пскове и Ненецком автономном округе теперь начальники новые. Отставники - политический долгожитель, член еще горбачевского Политбюро Егор Строев, два выходца из спецслужб – Владимир Кулаков и Валерий Потапенко и экс-банкир Михаил Кузнецов.

Почему именно их избрали для показательной порки, остается лишь гадать. Конечно, старик Строев давно растерял свою былую хватку и аппаратную хитрость. В постперестроечное время он словно сорвался с поводка, дойдя до того, что продвинул собственную дочь в сенаторы. Хвост начал крутить собакой - скандалы среди членов губернаторской команды шли беспрерывной чередой. Кандидаты на роль наследников возносились и ниспровергались. В свои семьдесят два он был не самым старым по возрасту руководителем региона. Лужкову - семьдесят три, Рахимову – семьдесят пять. Люди, сформировавшиеся как руководители еще при Хрущеве, упорно цепляются за власть, образуя тромбы в кадровой политике страны. Им не помеха ни выборы, ни назначения. Кремль спокойно мирится с подобными феодалами, пока те помогают ему. Но стоит кому-то, подобно Строеву, утерять административное чутье, как от него безжалостно избавляются.

Потапенко и Кулаков лишний раз подтвердили простую истину, что хороший чекист не всегда хороший губернатор, скорее, наоборот. В первые путинские годы в стране была мания толкать во власть ребят из КГБ-ФСБ. Первым губернатором-чекистом, потерявшим свой пост, стал Маслов в Смоленске, с таким трудом пропихнутый в 2002 году. За ним последовал Зязиков, тоже усаженный в президентское кресло с большими усилиями. Теперь вот еще двое не оправдавших доверие. 

Президент резюмировал свои кадровые решения так: «Это и момент истины для самого губернаторского корпуса. … Ведь никакого снисхождения быть не может». А Владислав Сурков добавил, что «в условиях финансово-экономического кризиса нужно по-новому посмотреть на качество госуправления». Опять общие слова, мало что проясняющие.

Строева сменил невыразительный Александр Козлов, который, несмотря на многолетнее пребывание в верхах, сумел остаться не замеченным не только широкой публикой, но также журналистами и политологами. Для шестидесятилетнего замминистра новое назначение хорошая возможность на четыре года продлить свою активную деятельность, пусть и в провинции. Алексей Гордеев, отправившийся в Воронеж, безусловно, проигравший, и для него губернаторство – очевидное понижение. Думается, рано или поздно мы узнаем о причинах немилости, постигшей недавно бодрого министра сельского хозяйства. Сенатор Андрей Турчак, которому от роду всего тридцать три года, компенсирует молодость внушительными отцовскими связями. Его направляют в Псков для обкатки и соответствующей строки в биографии. Единственное деловое назначение - в Ненецком АО, где бывший замгубернатора Игорь Федоров поднимается до роли первого лица, опираясь на реальный практический опыт. А вот в Удмуртии решили оставить президентом Александр Волкова, правящего уже шестнадцать лет и дико непопулярного среди местной интеллигенции. 

***

Словно в подкрепление слов о требовательности к руководителям на местах, Кремль опубликовал список так называемого «президентского кадрового резерва» из ста человек. СМИ день-два пережевывали «важную новость», но так и не пролили свет на смысл данного начинания. Между тем это очередная бюрократическая затея в духе имитации демократии. Глава президентской администрации Сергей Нарышкин рассказал, какая титаническая работа была проведена, чтобы отобрать заветную сотню. В специально созданную комиссию вошли полпреды, представители федеральных органов исполнительной власти, науки, образования, общественных организаций, политических партий и т.д. В основу отбора были – представьте себе! – положены новаторские принципы. Например, метод использования экспертов. Или, как гордо отметил Нарышкин, «лучшие выбирают лучших». Эксперты предложили своих кандидатов. «И по рейтинговому принципу от этого массива была сформирована первая сотня…»

Вышеизложенный механизм очень похож на способ формирования Общественной палаты. А суть одна: вместо того чтобы граждане сами избирали своих представителей на честных выборах, предлагается передоверить это дело неким посредникам, и то пропустив «лучших» через многоразовое сито. Зная некоторых «финалистов», могу представить, какие интриги плелись и плетутся за право попадания в новую обойму, чтобы потом кто-то мог с гордостью щеголять членством в престижном клубе - подобно мещанам во дворянстве. Через десяток лет вряд ли кто из них вообще вспомнит о том, что существовали такой «кадровый резерв» и комиссия по его «формированию».

***

В феврале президент США Барак Обама объявил о своем решении ограничить зарплату руководителей компаний, получающих правительственную финансовую помощь. Зарплата топ-менеджеров вместе с различными бонусами отныне не должна превышать 0 тысяч в год. Министр финансов Великобритании Алистер Дарлинг предостерег руководителей британских банков, которым оказывается государственная поддержка, от традиционных поощрительных выплат своим ведущим сотрудникам. Социологические службы провели по свежим следам опрос российских менеджеров об их отношении к этим инициативам – все высказались против. 

Факт весьма примечательный. Конечно, рынок не любит подобного вмешательства, принудительных ограничений со ссылкой на моральные обязательства. Но показательно другое – полное пренебрежение наших новых русских мнением общества, уверенность в том, что бизнес не должен соотносить какие-либо действия с настроениями и чувствами простых людей. На Западе подобный цинизм мало кто решится демонстрировать, зато в России его называют реализмом и упрекают Европу в наивном идеализме. Над словами о «солидарности», необходимости в равной мере переносить тяжесть кризиса вообще принято смеяться. Господствует право сильного и безжалостность к слабейшему.

***

После убийства Анны Политковской, а затем Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой много говорилось, что глава государства, де, не должен, конечно, встречаться с родственниками каждого убитого в стране, но вот с родными и близкими жертв подобных политических преступлений встретиться обязан. Мысль вполне простая, равно как и далекая от российских реалий. Иное дело испанская действительность. В январе в Севилье пропала 17-летняя девушка; позже выяснилось, что ее убил близкий друг. Возмущение людей преступлением было так сильно, что они вышли в Мадриде на демонстрацию с требованием вернуть в качестве наказания пожизненное заключение. Премьер-министр Хосе Луис Сапатеро пригласил родителей погибшей девушки к себе в резиденцию, выслушал их, заверил в своем сочувствии. Принял их также лидер оппозиции. Никому и в голову не пришло сказать: «Если премьер будет принимать родню каждого убитого, у него времени ни на что другое не останется». 

Наше российское равнодушие, особенно потрясающее в представителях власти, коренится в коммунистическом прошлом, когда любая общественная активность пресекалась в корне, а выражение человеческих чувств высмеивалось и подавлялось. Это хорошо было показано Михаилом Шолоховым, чутко улавливавшим пожелания вождей, в «Поднятой целине». Со школьных лет нам вдалбливалось в голову: «Не ной, не строй из себя обиженного, не качай права». Сопереживать людям на официальном языке называлось «строить из себя добренького». Непонимание Кремлем важности проявления человечности, страх, что отзывчивость и сострадание равнозначны слабости, идет оттуда. 

А что касается провала суда по делу об убийстве Анны Политковской, то это еще одна пощечина власти, не способной докопаться до организаторов и исполнителей нашумевшего (главным образом на Западе) преступления. Лишний раз стало понятно, как слаба российская Фемида, как плохо работают следственные органы.

В феврале в той же Испании министр юстиции вместе со знаменитым судьей Бальтазаром Гарсоном (он вел дело о прослушке телефонов оппозиции, добивался процесса над Пиночетом) принял участие в охоте на оленей. Итог – скандал и отставка судьи. Общественность решила, что на досуге он мог обсуждать с министром деликатные служебные темы. Этого было достаточно для заката карьеры. Кроме того, с лицензией на отстрел тоже не все оказалось чисто. Нам бы их заботы, подумают многие о щепетильных европейцах.

***

На должном уровне поддерживалась весь месяц перебранка с Украиной – вероятно, дабы Киев не расслаблялся. Виктор Черномырдин, дающий грубые комментарии и бесцеремонные оценки деятелям украинской политики, ведет себя как римский проконсул в подчиненной провинции. Украинский МИД пригласил нашего посла на беседу и пригрозил объявить его персоной нон грата, обвинив в «недружественных и крайне недипломатичных» высказываниях в адрес Украины и руководства страны. Эта угроза министра иностранных дел Владимира Огрызко касалась также генконсулов РФ в Харькове и Одессе. Российский МИД, естественно, с возмущением отверг все обвинения. 

Объективных причин для такого позора не было и нет. Все дело в идеологических установках, глубоко укоренившихся у российской элиты и широких слоев российского населения. Маниакальная вера в то, что вступление Украины в НАТО и Евросоюз – угроза для России, невероятна сильна. В дрейфе соседки на запад видится основание для утраты нашей страной идентичности. Одновременно где-то в глубине сознания живет убежденность, что однажды все вернется назад и восточнославянские народы воссоединятся. Кремль ловко играет на этих страхах и надеждах, опасаясь потери управляемости внутри собственной страны и дурного примера для подданных.

Думается, России предстоит пройти долгий путь, пока наше сознание окончательно примирится с «потерей» Украины и с ее неизбежной инкорпорацией в структуры Запада. Путь этот будет болезненным, но благотворным, поскольку его конец ознаменует наше собственное освобождение от разного рода утопий и мифов, нашу открытость внешнему миру и современности. Михаил Горбачев и Борис Ельцин оба были правы по-своему в конце 1991-го года, когда утверждали, что без Украины Союз немыслим. В годы тяжелых экономических реформ наш разум не успел это постичь, полное осознание «непоправимости» раскола пришло лишь в 2004 году, во время «оранжевой революции», когда появился интерес к происходящему в Украине. Тогда же и вспыхнула с новой силой украинофобия, превратившись кое у кого чуть ли не в профессию.

***

20-летие вывода советских войск из Афганистана прошло под аккомпанемент завуалированных упреков в адрес США, которые дружественная нам Киргизия лишила авиабазы в Манасе. Как считается, произошло это не без российского совета. В наших СМИ модно критиковать Запад: мол, вы нас ругали за ту войну, а зачем сами влезли в эту? Разницу, что «мы» помогали диктаторскому марксистскому режиму ломать привычный образ жизни афганцев, а теперь «они» пытаются дать афганцам жить по собственному разумению, дабы талибы не навязывали всему народу свою версию исламофашизма, у нас стараются не замечать. 

В российских масс-медиа вообще популярны трактовки мировых событий, заимствованные из леволиберальных западных кругов. В данном случае, «США (плохие по определению) из собственных эгоистических соображений оказывали помощь злобным душманам, которые позднее превратились в Аль-Каиду и стали угрожать всему миру». СССР, соответственно, предстает чуть ли не провозвестником борьбы с исламским фундаментализмом. В этой причинно-следственной цепочке упускается из виду только одно, но ключевое обстоятельство – все началось именно с Апрельской революции и установленного ею режима, который и спасали десять лет советские войска. 

Официальные поздравления в связи с этой датой были полны двусмысленностей, присущих нашему времени. «Сегодня мы отдаем дань глубокого уважения… всем, кто проявил стойкость и мужество и с честью выполнил поставленные командованием задачи. И, конечно, вспоминаем тех, кто исполнил долг перед Родиной ценой собственной жизни», - заявил президент. Госдума отметила, что «советские солдаты, сержанты, офицеры и генералы честно и самоотверженно выполняли свой воинский долг в Афганистане, проявляя в невероятно сложных условиях взаимовыручку, демонстрируя высокий моральный дух, стойко перенося все тяготы и лишения». А вот губернатор Самарской области Артяков утверждает: «На рассказах об Афгане, на фильмах и документальных свидетельствах выросло целое поколение советских людей. На этой необъявленной войне побывали многие наши солдаты и офицеры… Об их героизме и мужестве, о благородстве шурави до сих пор помнит многострадальная афганская земля». Последнее звучит то ли как черный юмор, то ли как издевательство.

Между тем почти половина россиян (47%) считают войну в Афганистане политической авантюрой, в которую советское руководство безответственно втянуло страну. Такие данные получены в ходе опроса Всероссийского центра изучения общественного мнения. 18% наших сограждан полагают, что присутствие советских войск в Афганистане было необходимо для защиты геополитических интересов СССР. Лишь 16% полагают, что советские войска выполняли в Афганистане интернациональный долг.

***

Блоггеры в феврале живо обсуждали тему исключения высшей математики из программы средней школы. Предложение внес министр образования и науки Андрей Фурсенко. Чтобы поддержать здоровье детей, объяснил он, необходимо уменьшить нагрузку на старшеклассников, а также ввести пятидневку и заменить учебные субботы «днями здоровья». Что касается высшей математики, то, по мнению министра, она «убивает креативность». «Мы должны ориентироваться не на гениальных учителей, которые могут объяснить высшую математику в пятом классе, а на 13,5 миллионов учеников, живущих как в городе, так и в селе», – добавил он. 

Фурсенко поддержал ректор МГУ Виктор Садовничий. Удивительно, потому что господин Садовничий традиционно считается принадлежащим к лагерю «консерваторов» в великом споре об образовательной реформе, поляризующем российское общественное мнение. Когда политические разногласия вытеснены на периферию общественного внимания, не грех прислушаться к дебатам внешне вроде бы от злобы дня далеким, но на самом деле весьма и весьма политизированным.

Реформа образования идет в России едва ли не десятый год. Тем не менее она далека от своего завершения, несмотря на формальное введение ЕГЭ, и по-прежнему вызывает яростные протесты - не только в педагогической и родительской среде. Министр Фурсенко, напомним, начинал отнюдь не как безусловный поклонник ЕГЭ и прочих инициатив своего предшественника Филиппова. Однако, проработав определенный срок, он стал ярым сторонником углубления курса на единый госэкзамен и аналогичных новаций. Думается, в этом сыграл роль не столько конформизм, сколько анализ реальной ситуации. 

Российская образовательная система – вопреки ходячим представлениям о ней - страшно архаична. Косность пронизывает почти все ее звенья. Но чем сильней желание осовременить ее, тем больше сопротивление. Ситуация напоминает конец XIX века, когда разыгрался спор между сторонниками классического и реального образования. Первые отстаивали примат классических языков - латыни и древнегреческого, доказывая, что именно они должны лежать в основе образования. Вторые предлагали сделать упор на естественные науки – математику, физику, химию. Тогда победили «классики»; представитель их лагеря граф Дмитрий Толстой стал министром народного просвещения и сделал зубрежку мертвых языков базой гимназического курса. Сегодня, как и сто с лишним лет назад, мы продолжаем жить в культурной изоляции, подпитываясь мифами о величии российского образования. Удивительно то, что в спорах о нем в своем нежелании что-либо менять объединяются порой и «патриоты» и «западники». 

Легенда о самом лучшем в мире образовании очень живуча, и, соответственно, попытка Фурсенко что-то изменить воспринята многими как святотатство. Чтобы показать неосновательность такого мнения, приведу лишь одно соображение. Принято считать, что после запуска «спутника» в 1957 году американцы переполошились, признали свое поражение и обратились к изучению советского опыта образования. Это совсем не так. Напротив, именно с того момента пути советской и американской школ разошлись кардинально. В США началась эра «новой математики» с ее броским лозунгом «Долой Эвклида!» И так во всех науках – упор делался на занимательность изложения, сугубую практичность получаемых знаний, принцип тестов, а главное, на воспитание личности, способной самостоятельно ориентироваться в окружающем мире. 

А сам факт запуска «спутника» - побочного следствия военной ракетной программы СССР означал не более чем свидетельство способности тоталитарного государства бросить неограниченное количество ресурсов ради достижения амбициозной цели. 

К моменту перестройки советская школа напоминала «классическую» гимназию XIX века с ее жесткой дисциплиной, зазубриванием материала, впихиванием в голову учеников множества знаний, неиспользуемых впоследствии. Она ориентировалась на выпуск «образованцев», исходя из приоритета потребностей ВПК, что объясняло перевес точных предметов над гуманитарными. Последние служили в основном идеологической индоктринации детей. В такой школе не учили главному – самостоятельности, уверенности в себе, уважению к окружающим и самоуважению. 

Но признать это, расстаться с мифом о школе, давшей Гагарина и кого-то там еще, чрезвычайно трудно. В таком случае почва уходит из-под ног, рушится мировоззренческая основа. Потому даже столь пустяковый для судеб страны вопрос, как отмена преподавания высшей математики в средней школе, вызывает массовое озлобление и отпор. 

И как тут не отметить, что Дмитрий Медведев в феврале признал: «По индексу развития так называемого, "электронного правительства" мы были в пятом году на 56 месте, а в 2007 году достигли 92-го. О чем это говорит? Это говорит о том, что у нас никакого "электронного правительства" нет. Все это химеры». А крошечная Эстония давным-давно ввела у себя «электронное правительство» с безбумажным оборотом. Но перенимать эстонский опыт у нас считается постыдным. Куда интересней разоблачать «эстонский фашизм» - еще одна фобия наших дней… 

***

Не будучи уверенным в крепости позиций России в мире, режим ищет способы защитить их хотя бы внутри страны. Несколько лет назад кремлевский политолог Алексей Чадаев запустил идею: сделать победу во Второй Мировой войне краеугольным камнем всей государственной идеологии. Мол, память о великой цене победы - вот что способно сплотить всех граждан России. Ныне Алексей Чадаев уже оттерт от властного стола, но идея вполне успешно эксплуатируется. Глава МЧС, один из лидеров «Единой России» Сергей Шойгу предложил ввести уголовную ответственность «за отрицание победы СССР в Великой Отечественной войне». И был поддержан рядом представителей правящей элиты – вплоть до генпрокурора.

Интересно, как предполагается сформулировать соответствующий законопроект. Ведь в победе СССР сомневается разве что сумасшедший. Даже Виктор Суворов не ставит под сомнение военный триумф СССР и союзников. Или закон будет трактоваться так, что уголовным преступлением могут быть объявлены любые поиски новых фактов историками и журналистами? Напишет кто-нибудь, что людские потери в какой-либо битве или военной операции были слишком высоки, – и его уже отправлять на скамью подсудимых?

Кроме того, Шойгу недвусмысленно выразился в адрес глав зарубежных государств: «Тогда бы президенты некоторых стран, отрицающие это, не смогли бы безнаказанно приезжать в нашу страну. А мэры некоторых городов, прежде чем сносить памятники, несколько раз подумают об этом». При такой «ранимости» мы изолируем себя от контактов с ближайшими соседями по причине того, что нам не нравится их точка зрения. (Подобно тому, как в Иран запрещен въезд лицам с израильскими визами в паспорте.)

При реставрации Бурбонов был принят закон о «святотатстве», призванный охранить религию и нравственность и восстанавливавший во Франции XIX века средневековые наказания типа отрубания руки. Закон породил ожесточенные споры, которые вскоре и доконали монархию окончательно. Но наши власти предержащие, похоже, все не теряют надежды установить, пользуясь формулировкой бессмертного Козьмы Пруткова, «одно господствующее мнение по всем событиям и вопросам». Ведь, как учил тот же сатирик, «истинный патриот должен быть враг всех так называемых "вопросов"!».




комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика