Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

Наши проекты

Важнее, чем политика

11.05.2009
Проект «Важнее, чем политика» возник по инициативе Евгения Ясина в 2007 году; сквозная идея: ключ к модернизации страны – в модернизации культуры. Руководит проектом публицист, телеведущий, профессор НИУ ВШЭ Александр Архангельский. Раз в месяц со студентами Вышки (а также МГИМО, МГУ, Школы-студии МХТ и др.) встречаются писатели, режиссеры, издатели; среди гостей были Людмила Улицкая, Евгений Гришковец, Петр Вайль, историки Сергей Иванов, Эмиль Паин, режиссер Александр Прошкин, поэты Тимур Кибиров, Сергей Гандлевский, Татьяна Щербина, Елена Фанайлова, Александр Малис, Антон Носик, Александр Гаврилов. Раз-говор начинается либо с небольшой лекции, либо с некоторых тезисов – и затем переходит в режим живого диалога; так или иначе он всегда выходит на проблему ценностей, традиционной картины мира, вызовов нового времени, свободы, ответственности, этики и возможности для России стать закономерной частью мировой цивилизации. Аудитория в основе своей продвинутая, это будущие экономисты, политологи, журналисты. Стенограммы встреч вывешиваются на сайте фонда «Либеральная Миссия» и обсуждаются в ЖЖ.

2016 год

Человек человеку врач

Стенограмма

Пятая власть культурной реальности

Стенограмма

Искусство с пределами и без

Стенограмма

Классическое наследие сегодня: «Весь Толстой в один клик»

Стенограмма

2015 год

Добро пожаловать, или посторонним вход воспрещен

Стенограмма

Арзамасское братство на просторах мировой паутины

Стенограмма


2014 год

Культура имеет значение: факты, оценки, прогнозы

Стенограмма

Московский дом Евгения
Бунимовича: математика,
лирика, правила жизни

Стенограмма

Возвращение к классике или проект технологичного будущего?
Музейные будни и праздники Марины Лошак

Стенограмма


2013 год

       

Сергей Гандлевский.
"Блажен, кто молча был"?
Переломные эпохи истории:
культурные смыслы протеста
и эскапизма"

Стенограмма

Борис Акунин: Умное  
чтение: удел избранных
или необходимость для
многих.

Стенограмма
Видеозапись

 

Кирилл Серебренников:

"Культура и современный

человек: взаимодействие

или взаимное упрощение

Стенограмма

 

Денис Драгунский.
Моральные векторы
культуры: запреты или
самоограничения?

Стенограмма

    
       
Встреча из цикла 
«Важнее, чем 
политика». 
Гость: Алексей Иванов
Видеозапись
Встреча из цикла 
«Важнее, чем 
политика». 
Встреча с лингвистом 
Максимом Кронгаузом
Видеозапись

Стенограмма
Встреча из цикла 
«Важнее, чем 
политика». 
Встреча с писателем
Ольгой Славниковой

Стенограмма
 

 

2012 год 

     

Лев Рубинштейн: «Благие
призывы или иронические
фигуры? Язык и стиль
жизни «креативного класса»

Виктор Ерофеев:
«Сценарии развития
российской культуры:
каноны и апокрифы» 
 

Вячеслав Иванов
«Целесообразность
человека»

Видеозапись
стенограмма

Видеозапись
стенограмма 

Видеозапись
стенограмма
репортаж на
портале ВШЭ
«Будущее человечества
должно быть нашей
повседневной заботой»

 

 

 

 

 


 

 

 

 

 

 

 

 

 

     

Виктор Рыжаков: Нужно ли
руководить культурой?
Современный театр:
творческая практика и
социальное измерение 

Константин Райкин:
«Не дорого ценю я
громкие права…»

 
Культурная политика в
современной России (Кто
при слове «культура»
хватается за пистолет?)

Видеозапись, репортаж на
портале ВШЭ «Культуре
необходим менеджмент,
а не руководство"

Видеозапись,
стенограмма,
репортаж на
портале ВШЭ
«Не дорого ценю я
громкие права…»

 
Видеозапись, репортаж
на портале ВШЭ
«Культурная политика
в отсутствие культуры»


 

2011 год

Алексей Венедиктов:
Свобода слова в
кольце компромиссов
Телевидение:
кризис жанра
Виталий Манский:
Утопия после утопии
Видеозапись

Стенограмма
репортаж на портале ВШЭ
"Телевидение, потерявшее
умных зрителей"
Видеозапись

Репортаж на портале ВШЭ

 

     
 Сергей Сельянов:
Как делается русское
кино?
Людмила Улицкая:
Разговор под «Зеленым
шатром»
 
Павел Бардин:
Над кем смеемся? 
  Стенограмма
репортаж на портале ВШЭ
Людмила Улицкая:
«По-настоящему взрослых
людей мало» 
 


2010 год

     

Борис Ельцин:
современник уходит

в Историю 

«Подстрочник»:
история течет
сквозь нас 
 

Вальдемар Кучиньский:
Это было при нас

Видеозапись  Видеозапись   Видеозапись 
     

Сергей Пeтров:
Ценности – свобода –
успех

 

Вечер памяти
Егора Гайдара

 
Дмитрий Быков:
Любовная лирика
 
Видеозапись  Видеозапись  Видеозапись 

2009 год

Адам Михник.
Солидарность
как ценность
Сергей Юрский.
Ужин у товарища
Сталина
Даниил Донудрей.
Культура сильнее
экономики
Видеозапись

Николай Усков vs
Александр

Архангельский.
Что такое современная
культура?

Виталий Манский.
Чистота как товар?
Мариэтта Чудакова.
Свобода и патриотизм
Видеозапись
Видеозапись
Павел Бардин. Россия 88 Петр Тодоровский.
Право на правду
Видеозапись

 

2008 год

Тимур Шаов.
Авторская песня:
культура демократии
Олег Басилашвили.
Культура и свобода
Теодор Шанин.
1968 год в мировой истории



 

 

 

 

 

 

 

 

Ирина Карацуба.
История России в гимнах
Александр Архангельский.
Зачем нужна культура?
Юрий Лотман. Просветитель
Александр Гаврилов.
Apocalypse now или Пять
вопросов о чтении,
которые вы даже не
собирались задавать
Интернет:
пространство свободы
Поэзия как свобода

 

2007 год

Александр Прошкин.
Интеллигенция, история,
ответственность
Эмиль Паин.
Культура – это судьба?
Петр Вайль.
Ценности закодированные
в языке

 

 

 

 

 

 

 

 

>
Евгний Гришковец.
О главном без фальши
Сергей Иванов.
2007 год на оси мировой
истории

Людмила Улицкая.
Даниэль Штайн:
праведник, изгой,

победитель

 





комментарии (1)

blesna 05 августа 2015 15:38:21 #
Ключ от бездны 1. Вместо вступления.

В 1942—1944 году, будучи в эвакуации в Сталинобаде (теперь Душанбе) Евгений Львович Шварц написал пьесу «Дракон». По ее мотивам режиссёр Марк Анатольевич Захаров снял всем известный и многими любимый, кинофильм «Убить дракона». Это было в 1988 году.
В 1988 году уже можно было показывать зрителю президента свободного города, прекрасно сыгранного Евгением Павловичем Леоновым, который цитировал тогдашнего руководителя СССР: «Сами товарищи, сами, не ждите указаний». Но, как Шварц не угодил в места не столь отдаленные? Это загадка. Хотя, видимо тогдашние руководители страны советов даже и не догадывались о том, что Шварц, в образе дракона, видит, в том числе и пролетарское государство, созданное для защиты интересов рабочих и крестьян. Для тогдашних руководителей партии и народа, драконом могло быть исключительно капиталистическое государство, и вся пьеса аккуратно укладывалась в логику классовой борьбы.
О том, что по Шварцу, дракон это образ государства, причем любого, независимо от классовой направленности, ярко свидетельствует «нить цыган» проходящая через всю пьесу. Помните, в начале, монолог Шарлемани о цыганах, столь не любимых и запрещаемых драконом, где последние объявляются врагами государства: «Это бродяги по природе, по крови. Они – враги любой государственной системы, иначе они обосновались бы где-нибудь, а не бродили бы туда-сюда». Затем, сам дракон утверждает, что странствующие рыцари нечем не лучше цыган, и в конце пьесы, риторический вопрос одного из героев: «А может уже пора цыган разрешать?».
В этом контексте, не могу не вспомнить замечательное произведение Михаила Михайловича Жванецкого «Государство и народ», написанное в форме диалога между государством и народом. Вот наиболее яркий отрывок:
…– Что ты плетешь? Тебе вообще все равно. Какой ужас, тебе вообще все равно – есть государство или нет.
– А что, нам не все равно?
– Как? Постой! Мы твое государство, ты это знаешь?
– Знаю.
– А то, что ты народ, ты это слышал?
– Слышал.
– И веди себя, как должен вести народ.
– Как?
– Ты должен бороться за свою родную власть.
– С кем?
– С сомнениями… Это твоя родная власть.
– Вот эта?
– Эта-эта. Другой у тебя нет. И не будет, я уж позабочусь. Так что давай яростно поддерживай. Это не просто власть. Это диктатура твоя. Вы рабочие и крестьяне, и тут без вас вообще ничего не делается, и нечего прикидываться.
– Вона…
– А как же. Это ж по твоему желанию реки перегораживаются, каналы строятся, пестициды…
– Вона…
– Ты же этого хотел…
– Когда?
– Вот тебе на… Что ты прикидываешься, ты же всегда этого хотел.
– Хотел, конечно. Ой, разговор какой тяжелый… Позвольте на минутку.
– Стоять! Отвечай по форме.
– Глуп, ваше сиятельство.
– Не сметь! Я твое родное народное государство. Отвечай: «Слушаюсь, гражданин начальник!»
– Слушаюсь, гражданин начальник.
– И знай, если кто поинтересуется, ты сам всего этого хотел. Ясно?
– Так точно. Ясно.
И государство тепло посмотрело на народ.
– Заправь рубаху как следует, пуговку застегнуть. Вот так. Нам друг без друга нельзя, – сказало государство.
– Почему? – сказал народ. – Конечно. Хотя…
– Нельзя. Нельзя. Ты не вздумай отделиться… Ты обо мне подумай. Что это за государство без народа. И так уже сплетни, мол, насильно живем.
– Да что вы. Я только хотел на минутку отделиться и назад.
– Нельзя. Стой на глазах. Не вертись. Ну, чего у тебя?
– Можно власть отменить?
– Так это же твоя власть.
– А отменить нельзя?
– А враги, а друзья?
– Какие враги, какие друзья? Что-то я их не видел.
– Напрасно. Они нас окружают. Врагов надо донимать. Друзей надо кормить, иначе никто дружить не будет.
– И чего? Все время?..
– Все время, иначе все разбегутся. И враги не будут враждовать, и друзья не будут дружить. А нам они пока нужны. Обстановка сложная. Ну, иди, корми друзей, врагами я само займусь, и чтоб все понимал. А то стыд. Ни у одного государства такого бестолкового народа нет… Иди. Стой! Ты меня любишь?
– Ага.
– Пошел!..
Здесь, собственно и комментировать нечего. Все предельно ясно, безусловно, весело, и где-то чуточку грустно.
У читателя может сложиться мнение, что автор призывает к анархическому переосмыслению нашего бытия. Это не так. Говоря образами, возникает вопрос – а нужно ли нам государство в виде дракона, может нам достаточно овчарки? Натаскать ее на охрану от чужих и своих дураков, на наркотики и прочие неприятности. Как защищаться от соседского дракона? Практика свидетельствует о том, что с драконами соседей воевать всем миром приходится и защищать не только себя, но и собственного дракона.
Хотя, не спорю, драконы бывают разные. Некоторые и большие и сильные и справедливые и хозяев своих любят. Посмотрите на того звезднополосатого, ну того, что свободный город Америку держит. Красавец. Предмет национальной гордости горожан. Жрет конечно, много, но не ворует у своих, почти. Его научили промышлять, как говорят, на стороне. Частенько сам себе харчи добывает. Как узнает, что где-то его горожанина прижали, сразу туда. За любого горожанина, где бы он не находился, хоть даже в чужом городе, порвет на части кого угодно. Любит остальных драконов учить жить. Ну что ж, имеет право, вон какая махина, при этом, относит себя к разряду драконов-демократов. Ярый сторонник демократии. Трехголовый. Три головы вырастил себе сам. Назвал их законодательная голова, исполнительная и судебная. Правда, многие горожане утверждают, что головы эти не настоящие, а виртуальные и видны только по телевизору, в то время как по жизни у дракона голова одна. Однако, эти же граждане с нескрываемым удовольствием наблюдают по тому же телевизору за тем, как эти виртуальные головы ссорятся, а иногда и покусывают друг друга, он то дракон-демократ, ему без этого никак нельзя. Кстати, всем своим сородичам настоятельно рекомендует отрастить такие три головы. Голова же реальная, меняется раз в четыре года. Процесс замены драконьей головы — торжество демократии, реальное шоу, затмевающее образ самого дракона. Если спросить у горожан, не боятся ли они его, ну не опасаются ли случаем? Ответят вопросом на вопрос, — как же его можно бояться, он же наш, родной, мы ж его кормим. И потом, у него ведь три головы, не могут же они одновременно сойти с ума.
Аргументы эти конечно весомые. А задать бы этот же вопрос жителем свободного города Германия этак, в году 1933-м. Думаю, ответ, был бы таким же.
А вот жители свободного города Китай вырастили совершенно другого дракона. Нет, ну тоже со всеми драконьими атрибутами. Тоже предмет национальной гордости горожан. Каждый из горожан за своего дракона готов умереть не задумываясь. Ну и дракон в ответ на такую преданность готов кушать горожан без разбору. В том городе вообще все как-то сместилось, горожане стали вторичными по отношению к дракону и очень этому рады. А что? Хорошо. Думать ни о чем не надо, пусть дракон думает, на то у него и голова одна, большая, за то его и кормят. В общении с другими дракона сдержан, держится в стороне и всегда, как говорят, сам себе на уме. Демократию не признает, но об этом, прямо не говорит. Вообще, многие драконы его опасаются. Даже звезднополосатый последнее время перестал донимать со своими нравоучениями. Сильный звероящер — диктатор. В своем городе уже не помещается, стал заглядываться на другие города. Боятся ли его горожане? Еще бы! За то и любят, практически боготворят.
Вот еще дракон. Неудачная попытка скрещивания дракона-демократа с драконом-диктатором. Живет, как хочет, сам по себе. Творит что хочет, не оглядываясь по сторонам. Как его понимать и что с ним делать, не знает никто. Отвергает все, иногда даже себя. Крайне прожорлив, не брезгает кушать собственных хозяев. Вообще большой специалист в этой теме. Был в его истории период, когда пожирание горожан стояло, как говорят, «на потоке». Вор, ну это даже не то слово, – разбойник. По холодильникам не шастает, он их просто уносит. Одним слово – беда и своим и чужим. Но, горожане, в основном, его любят, умеет он о себе рассказать да других драконов похаять. Многие горожане так же считают его предметом национальной гордости, гордясь видимо выращенным ими драконом, а точнее не драконом, он то есть у всех, а какими-то особыми свойствами своего дракона. Есть правда и другие горожане, которые, мягко говоря, стесняются раскрывать свою принадлежность к этому творению. У него две головы – виртуальная и реальная, раз в пять лет они меняются местами. Горожане полагают, что это результат их волеизъявления и с удовольствием переставляют головы местами. Во взаимоотношениях с другими драконами не предсказуем. Все кто может, стараются держаться от него подальше. Последнее время стал претендовать на особое место в истории и драконьей семье. Видит себя творцом истории. Говорит, что мол звезднополосатый ему не по чем и постоянно дергает его и его друзей за хвосты. Последний пока терпит и добродушно огрызается, но уже даже жители свободного города Америка обеспокоены происходящим и просят не донимать звезднополосатого, ибо с приближением выборов у их дракона может случиться нервный срыв с непредсказуемыми последствиями. С более слабыми соседскими драконами двуглавый сумасброд не церемонится. Вообще, достал уже всех. Никакого покоя от него нет. Его уже и так и этак уговаривали, а он все свое продолжает талдычить, мол великий я и все меня должны боятся. Особенно безобразен с похмелья. В этом состоянии начинает устанавливать новый мировой порядок и чертить новые границы. За этим процессом, с тылу, или как говорят в народе «с заду» с неподдельным интересом наблюдает дракон свободного города Китай и какие он сделает выводы можно только догадываться. Что можно сказать о взаимоотношениях с горожанами? Боятся ли они его? Дракон думает, что боятся, а мы сомневаемся. Скорее, горожане свободного города Россия себя боятся больше чем своего дракона. Боятся они, как говорил классик, бунта бессмысленного и беспощадного, потому и смотрят на чудачества своего дракона, что называется «сквозь пальцы».
Разные они все драконы – любимые и не любимые, чужие и свои, пушистые и чешуйчатые, вороватые и относительно честные, огнедышащие и дышащие чуть заметным радиоактивным излучением, в общем – разные и в то же время такие похожие, потому, что драконы. Дракон он и есть дракон, в любое время может начать поедать своих хозяев. И эту драконью сущность не исправит ни чем и никогда. Выход только один – отказаться от его услуг, заменить на менее агрессивное, но более преданное животное.
Понятно, что упоенные образом своего дракона жители свободного города Америка, сегодня, не согласятся с этим предложением. Не согласятся с этой идеей и жители сводного города Россия, ведь их дракон, при всех его недостатках, это их последняя радость и надежда. Жители свободного города Китай просто не поймут сути предложенного.
А вот жителям свободного города Германия объяснять суть проблемы не нужно. Еще свежа история своего, родного и такого казалось симпатичного, но в итоге взбесившегося дракона. С тех пор немцы очень осторожны в обращении с драконом. Его не боготворят. Периодически контролируют вес. Строго следят за тем, что бы он не болтал лишнего. Думаю, немцы таки размышляют о замене дракона на овчарку. Почему на овчарку? Очень просто. Овчарка может покусать жителей города, или его гостей, но не съесть. Кого-то, конечно, может и загрызть, но горожане ей этого не попустят. А что если соседский дракон решит заглянуть в город? Ну, тут как все и всегда – всем миром, вместе прогонять будут.

2. Постановка проблемы.
XXI век. Человечество входит в глобальный кризис. В связи с этим, вера в бесконечный «прогресс», которая считалась неоспоримой догмой, перестала быть абсолютной и всеобщей. Мы осознали, что наша цивилизация, в какой-то момент, прекратила прогрессивное развитие, начались процессы ее деградации, ведущие к гибели.
В чем причина? Только ли чрезмерное потребление ведет нас к гибели? Может ли человечество погибнуть не от эпидемий, комет, недостатка энергоносителей и продуктов питания, а в результате «сбоя» в механизме управления обществом, то есть не по объективным, а по субъективным причинам, проще говоря – совершить самоубийство? Ответ, к сожалению, положительный.
Доказательства? Автор не станет строить свою версию Апокалипсиса. Смысл не в том чтобы убедить читателя в реальной возможности катастрофы по причине обмена ядерными ударами между, так называемыми, «сверхдержавами». Об этом и о других сценариях Апокалипсиса уже достаточно написано. Нет, смысл не в этом. Куда более интересен и важен вопрос о том, можно ли эту, пусть гипотетическую катастрофу, предотвратить, или хотя бы отсрочить? Автор убежден, это возможно.
Вспомним Откровение святого Иоанна Богослова. «И увидел я Ангела, сходящего с неба, который имел ключ от бездны и большую цепь в руке своей. Он взял дракона, змия древнего, который есть диавол и сатана, и сковал его на тысячу лет, И низверг его в бездну, и заключил его, и положил над ним печать, дабы не прельщал уже народы, доколе не окончится тысяча лет».
Тысячелетнее правление Иисуса Христа. Если это вопрос будущей истории человечества, то это означает, что лучшие годы рода человеческого еще впереди. Но это означает и другое, — «дракон, змий древний, который есть диавол и сатана» пока на свободе и он угрожает нашему будущему. Кто он? В каком облике? Что есть бездна, в чем выражается ключ от бездны, цепь и печать? Ответ на эти вопросы крайне важен. Живущие в современном мире люди, верующие и не верующие, воспринимающие события Откровения буквально или с иносказательным подтекстом, не могут не понимать, — человечество движется к катастрофе, но у нас есть шанс, шанс разобраться в своем грешном бытии и если не предотвратить катастрофу, то максимально отсрочить ее.
Что есть дракон, змий древний, он же диавол и сатана? Другими словами, что есть зло угрожающее человечеству?
Парадоксально, но мы, люди, покоряем космос, проникли в тайны атомного ядра, гена, научились лечить, казалось, неизлечимые болезни. И в то же время, именно мы, люди, создали арсеналы оружия, способного несколько раз уничтожить все живое на планете Земля. Если, к примеру, экологические проблемы вполне объяснимы, ибо связаны, в основном, с производством необходимых человеку средств существования, то, как объяснить появления ядерного оружия, которое точно не является средством жизнеобеспечения человека? Если мы сжигаем миллиарды тон топлива и этим удовлетворяем свои физиологические потребности, то какую такую потребность мы удовлетворили, изобретя атомную бомбу? Кто подтолкнул нас к этому безумию?
Нет, автору, хоть и в общих чертах, но известна история появления ядерного оружия. Мы сейчас не о том. Здесь важно другое. Если мы говорим о том, что человечество подошло к небезопасной черте, то мы должны совершенно четко осознать и разделить два принципиально разных явления, которые нас к нему привели. Первое – явление объективное, связанное с удовлетворением естественных потребностей человека и второе – явление субъективное, ибо оно является результатом постоянного соперничества разных частей человеческого общества между собой.
Вы скажете, а ведь это соперничество, говоря простым языком — войны, по сути, являются средством решения первой задачи – перераспределения средств существования между отдельными частями человечества. Согласимся, но, если мы сегодня не можем не сжигать органическое топливо, то решать вопросы владения и распоряжения этим топливом без применения силы мы точно можем и должны.
Полагаю, что последний тезис не вызывает никаких сомнений. Подавляющее большинство человечества, безусловно, за то, что бы решать возникающие противоречия без применения силы. Но, как же так происходит? Мы все за мир, а войны не прекращаются. Кто их развязывает? Частью нашей истории стала Вторая мировая война с миллионами безвинно погибших. Мы продолжаем ежедневно убивать друг друга в так называемых «локальных конфликтах». Мы продолжаем тратить огромные ресурсы на изобретение все новых средств уничтожения самих себя, и это в то время, когда часть из нас просто умирает от голода. Кто стоит за этим очевидным злом? Можем ли мы на это влиять?
Войны, большие и маленькие, развязывают государства. Конкретно, те люди, которых мы избираем, или, которые, по разным причинам, считают себя избранными и на этом основании позволяют себе решать жить нам или умирать. Без нашего согласия, потому, что они так решили. Они решили, что вопросы войны и мира не могут быть предметом референдума. И так, не только в вопросах войны и мира, так во многом, если не во всем. Мы же начали с вопросов войны и мира, поскольку именно здесь достаточно ярко видна опасность «автономного плаванья» государства без ориентации на «маяки» выставляемые обществом. Проблема контроля общества над государством в вопросах войны и мира является сегодня вопросом выживания человечества. Такая же тенденция, к сожалению, просматривается практически во всех сферах.
Людям необходимо осознать, что современное государство это сложный, мощный и, к сожалению, неподконтрольный ему механизм социального управления. Этот механизм может быть использован как во благо обществу, так и во вред ему. Опасность в том, что все зависит от субъективной воли того, в чьих руках находится руль управления этим механизмом. В этом, основная опасность. Это крайне опасно, и история, равно как и сегодняшний день, имеют тому множество подтверждений. Не будем вдаваться в примеры.
Выход один – упростить этот механизм до максимально безопасного для общества состояния. Низвергнуть дракона в бездну. Хвост не должен вилять собакой и уж точно не должен оказаться удавкой на ее шее.
Безусловно, упрощение механизма управления обществом, или ослабление механизма государственной власти повлечет потерю некоторых полезных, а может пока еще и очень необходимых нам функций государства. Это так, но нужно либо чем-то жертвовать, либо жить в постоянном страхе.
Здесь, при желании, мы можем погрузиться в теоретическую дискуссию, которая длится уже много сотен лет. От полного анархического отрицания государства до его восприятия как некого божественного дара. От зла полного и абсолютного до зла необходимого, единственной силы способной подавить зло в нас самих. Мы не станем вступать в эту дискуссию. Истина, видимо, где-то по средине. Да, мы еще не настолько совершенны, что бы отказаться от услуг государства во всем, но и не настолько сильны наши низменные порывы, чтобы безоглядно доверять государству свое будущее. Пришло время разумного компромисса. Мы не можем, пока, убить дракона, но можем его сильно ограничить — низвергнуть в бездну и положить над ним печать.
Что есть эта бездна? Имеет ли она свое выражение в нашем сегодняшнем дне?
Видимо, это нечто, чего государство сильно опасается. А для государства нет ничего страшнее четких правил, по которым оно должно работать. Там, где начинаются всем понятные, общепризнанные, четкие правила, нормы, возведенные в ранг права и законов, заканчиваются государственный произвол и вседозволенность. Однако, заметите вы, как же право может служить бездной для государства, если само же государство формирует право?
Да, действительно, пока само государство формирует право, оно никак не может стать средством, ограничивающим государственный произвол. В этом и заключается способность государства сеять зло. Перебрав на себя функцию формирования обязательных для нас всех норм, государство превратилось в абсолютное зло. И тут вы снова спросите, а кто же должен формировать право?
Здесь, необходимо небольшое пояснение одной детали, ибо в деталях, как известно, кроется диавол. Проблема в том, что между понятиями «формирование права» и его «закрепление в законах» существует принципиально важная разница. В идеале, правило, которое в последствии преобразовывается в право, закон формируется самой жизнью. Иными словами, сначала люди поняли, что, к примеру, убивать себе подобных это зло, и большинство людей приняли эту догму, как правило поведения. Однако, не все. Для не согласных с этим постулатом, государством, по поручению большинства, был создан закон, устанавливающий наказание за убийство. Закон есть выражение общей воли. То есть, сначала появилось признанное и выполняемое большинством правило, затем, для не согласного с этим меньшинства, появился закон. Следовательно, правило родилось из жизни, человеческого бытия именуемого в отдельных науках общественными отношениями. Государство, лишь возвело это правило в ранг права, закона и взялось контролировать его исполнение. Это, кстати, касается далеко не всех правил. Отдельные правила соблюдаются людьми без всякого участия государства и его законотворчества. К примеру, мы уступаем место пожилым людям в общественном транспорте, мы занимаемся благотворительностью, волонтерством и так далее.
Государство не должно «рождать» обязательные для всех нас правила. Эти правила рождаются жизнью, человеческим бытием, может, именно в этом сакральный смысл известного всем «на все воля Божья». Государство должно лишь выявлять, изучать эту волю (признанные большинством правила), придавать ей форму закона и обеспечивать его исполнение меньшинством. Отсюда и известный юридической науке тезис о том, что право не формирует общественные отношения. Все должно происходить с точностью до наоборот.
Что же мы имеем сегодня? Сегодня, чиновники убеждены, что именно оно и есть источники права. Сегодня, государство, без лишней оглядки на объективные реалии развития общества, активно формирует обязательные для последнего правила поведения и придает им форму закона. При этом, государство, как правило, преследует только, собственно интересы государства. И это в лучшем случае. В худшем, преследуются интересы так называемой правящей элиты, кланов, корпораций, монополий и всего того, что вложило деньги в продвижение во власть. Между тем, как известно, государственная сила необходима для гарантии прав человека и гражданина; она создается в интересах всех, а не для личной пользы тех, кому она вверена.
Но, дьявольщина на этом не заканчивается. Дальше, государство, используя все более изощренные средства пропагандистского, психологического воздействия в виде средств массовой информации, убеждает нас, что придуманные им и возведенные в ранг закона правила защищают нас. Защищают нас, когда отбирают в виде налогов 70% от заработанного, защищают нас, когда отправляют наших детей на войну государством же и развязанную, защищают нас, борясь с коррупцией, живительной основой которой сами же эти правила и являются. И мы, очарованные «голубым экраном», верим этому.
Автор убежден, именно придуманные государством, а не рожденные жизнью правила, которым мы (большинство) вынуждены подчиняться, есть абсолютное зло. Соответственно, совокупность правил рожденных жизнью, бытием человека, в том числе возведенных в ранг закона и сознательно исполняемых нами есть бездна способная поглотить дракона, змия древнего, который есть диавол и сатана.
И так, мы знаем, что есть бездна, или должное место существования змия. Змий должен быть в пределах определенных правом, причем, правом, не созданным им самим, а правом происходящим из совокупности правил бытия человека. Но, чем отличается право созданное змием и право происходящее из бытия человека? Право происходящее из бытия человека, или воли Божьей признается большинством людей и сознательно, без государственного принуждения ими исполняется. Все остальное – от лукавого.
Далее. Представим себе, что змий низвергнут в бездну. Или, говоря другими словами, построено так называемое «правовое государство». Но, где гарантия того, что змий не станет перестраивать бездну «под себя»? Следовательно, одной бездны недостаточно, нужна надежная цепь, которой можно сковать змия.
Если мы исходим из того, что бездна есть право и понимаем, что к формированию права государство так или иначе имеет доступ и может использовать этот доступ во зло людям, то цепью, должно быть нечто, к чему государство не имеет доступа вообще, либо имеет очень ограниченный доступ. Однако, это нечто, опять таки не может быть ничем иным как определенными правилами, по которым обязано существовать государство. Причем, исходя из выше сказанного, эти правила не должны формироваться и утверждаться государством, государство не должно иметь возможности формировать эти правила «под себя».
Из выше сказанного следует, что цепь, это некая часть права, имеющая наивысшую силу, сформированная и утвержденная обществом и подлежащая изменению только непосредственно обществом. Да, цепь для змия это конституция для государства принятая и изменяемая только всенародным референдумом. Немаловажны употребляемые нами словосочетания «цепь для змия», «конституция для государства». Принципиально важно понимать, что конституция принадлежит государству, так же, как цепь принадлежит змию, — конституция принадлежит народу, нации, так же, как цепь принадлежит Ангелу. Видимо, исходя из этих соображений авторы Конституции США в завершении преамбулы употребили предлог «for» вместо предлога «of», — «…провозглашаем и учреждаем настоящую Конституцию для Соединенных Штатов Америки».
Что же происходит, если конституция утверждается не обществом, а государством? Говоря иносказательно, в этом случае змий сам определяет длину цепи и способ ее ношения, соответственно у змия появляется возможность «рыть» бездну по своему усмотрению и рано или поздно, бездна, от лап дракона, превращается в удобное «лежбище» с многочисленными выходами. Если, некто стал президентом в парламентско-президентской республике, он будет подвергнут соблазну устроить президентско-парламентскую республику. И наоборот, тот, кто понимает, что нет шансов быть избранным на второй срок из президентско-парламентской республики постарается устроить парламентско-президентскую. Все выше обозначенное сопряжено с внесением изменений в конституцию и чем проще механизм внесения таких изменений, тем большему соблазну будут подвергаться власть имущие. И так во многом, — от государственного устройства до полномочий конкретных должностных лиц.
Соответственно, эти процессы сопровождаются накалом политической борьбы, политическим подкупом, коррупцией и прочими негативными явлениями порождающими социальную нестабильность. Не случайно в наиболее экономически развитых странах конституции не меняются на протяжении многих десятилетий, а в не «самых успешных» странах, каждая новая власть «приспосабливает» конституцию «под себя».
Принцип неизменности конституции и соответствия законов, издаваемых государством, основному закону – конституции, является, по мнению автора, печатью Откровения, которая охраняет неприкосновенность бездны и наш покой. Именно по целостности этой печати общество может судить о том, пытается ли дракон, змий древний сорвать «большую цепь» и покинуть пределы своего существования, вырваться на волю, дабы прельщал народ и сеять зло.
Что же являет собою ключ от бездны? Если бездна, цепь и печать это некие правила, по которым должно жить государство, некие пределы обитания дракона, то ключ от бездны, это, собственно, понимание того для чего нужно государство, для чего нам нужен дракон? Бездна, цепь и печать это «процессуально-рамочная» сторона существования дракона, но ведь должна быть и содержательная сторона, должна быть цель, должно быть назначение, именно ему должно подчиняться все бытие государства.
В статье 12 Декларации прав человека и гражданина 1789 года сказано буквально следующее: «Для гарантии прав человека и гражданина необходима государственная сила; она создается в интересах всех, а не для личной пользы тех, кому она вверена». Что здесь ключевое? Гарантия прав человека и гражданина, или интересы всех, или то и другое? Для чего создается государство?
С гарантией прав человека и гражданина, в целом, все понятно. Этот тезис абсолютно отражает идею о том, что государство необходимо для защиты нас от нас самих. И в этом смысле, государство, еще некоторое время, будет считаться явлением необходимым. А вот что означает тезис о том, что оно создается в интересах всех? Что есть интересы всех? Видимо, это некие вполне объективные явления, в существовании которых одинаково заинтересованы все члены конкретного общества. Именно для реализации этих интересов конкретное общество выделяет из своего круга часть сограждан, именуемых государством, и поручает им реализовать эти интересы, при этом, снабдив всеми необходимыми материальными ресурсами.
Немаловажно также, что интересы всех по своему объему не совпадают с личной пользой тех, кому вверена государственная сила. Интересы всех, более общая категория.
Есть ли сегодня у нас, у общества ответ на вопрос о том, что есть наши общие интересы, что особо ценно для нас всех? Свобода, равенство, братство, права человека, собственность, безопасность и сопротивление угнетению? С этими, казалось бы незыблемыми ценностями дракон, змий древний давно нашел «общий язык». Вспомните, сколько за последнее столетие было развязано войн во имя защиты свободы, демократии и прав человека. Во имя всеобщей безопасности были изобретены самые изощренные виды оружия массового поражения. А сколько невинной крови пролилось в процессе сопротивления угнетению, за всеобщее равенство и братство?
Это, так сказать, универсальные ценности, которые дракон, змий древний может использовать при обосновании почти всяких своих действий, как полезных и необходимых обществу. Но, есть в его арсенале и ценности специальные – расизм, антисемитизм, коммунизм, фашизм и так далее. Дракон с легкостью превращает людей мирных в людей жаждущих крови своих соплеменников. При этом, кровь соплеменников проливается якобы в «интересах всех», для защиты неких наших общих наивысших ценностей. Этим манипуляциям человеческим сознанием нет конца, поскольку нет ответа на вопрос, — что есть «интересы всех», как их измерить и оценить? А значит всякое зло, облеченное в изощренные логические формулировки, может подаваться как совершенное в интересах всех. При этом, те же «все» от этого зла и страдают.
Мы видим, как со временем, в период интенсивного развития средств массовой информации, манипуляции человеческим сознанием становятся все более изощренными. Это реальная дьявольщина. Мы видим белое, но нас убеждают, что это черное и мы верим этому. Мы видим войну, а нас убеждают, что это борьба за свободу и мы верим. Нас постоянно обворовывают и убеждают, что это для нашего же блага, и мы верим. Нас убеждают, что источник наших бед, где-то там, за кордоном, а наше государство ни в чем не виновато, и мы верим. Мы верим слепо, бессознательно, фанатично. Мы перестали думать. Нас пичкают готовыми выводами, а мы думаем, что это мы сами пришли к таким выводам. За нас думаю телеканалы, телеведущие, эксперты, аналитики и кто только за нас не думает, только не мы сами.
Но почему мы верим? Потому, что мы глупы? Нет. Гипноз? Мало вероятно. Внушение, или самовнушение? Тоже из области фантастики. Ответить на этот вопрос можно, разобравшись с тем, что положено в основу манипуляции, как змий обольщает народы?
Технология работает следующим образом. Возьмем, к примеру, вопрос пенсий и иных социальных выплат. Змий, с голубого экрана, говорит о необходимости увеличения размера пенсий. Благое намерение. Те, кого это непосредственно касается, или будет касаться в скором времени, дружно одобряют такое добро. Но, на другом телеканале, тот же змий говорит, — если у нас есть возможность увеличить пенсии, так может, давайте пока не будем их увеличивать, а сократим налоги, что даст толчок развитию бизнеса и последующему увеличению пенсий. Благое намерение. И многие поддержат, это, опять таки, добро.
Что сделал змий? Он разделил нас. Разделяй и властвую. Змий давно и хорошо усвоил это правило. Разным социальным слоям общества змий говорит то, что они хотят слышать. Заметьте, речь не идет о том, что будет сделано уже сейчас, речь идет лишь об обещаниях. Попутно, все эти обещания густо «перемазываются» разного рода пустой, ни к чему не обязывающей игрой слов о свободе, правах человека и т.д.
И то и другое добро, но для разных частей общества. Именно эта «вилка» между интересами разных слоев общества создает змию реальную возможность поступать исключительно по своему усмотрению и то, что будет сделано в реальности, зависит исключительно от змия. Что интересно? В итоге, ни повышения пенсий, ни уменьшения налогов может не произойти вообще и это в лучшем случае.
Вы спросите, но как же по-другому? Пенсионеры всегда будут хотеть повышения пенсий, а люди бизнеса, — уменьшения налогов. Ведь в этом и суть демократии. Победит интерес того, чей интерес на выборах наберет больше голосов.
Вы правы. Именно так и понимается современное демократическое устройство государства. Но наши ли это общие интересы, это ли «интересы всех», наши наивысшие ценности для реализации которых, существует государственная сила? Простая формальная логика говорит о том, что это интересы, в первом случае, — пенсионеров, а во втором, — бизнесменов. А ведь есть еще и дети, которые, в случае если будет реализовано первое, или второе могут остаться, к примеру, без надлежащего питания в школах и дошкольных учреждениях. Ведь есть их родители, которые вполне аргументировано, могут заявить о том, что дети наше будущее и о них нужно беспокоиться в первую очередь. И они тоже будут, безусловно, правы.
«Игра» интересами и ценностями разных слоев общества позволяет дракону быть свободным от всяких обязательств, от всякой ответственности. Однако, бывает, что «заигравшись», дракон перестает замечать, что его деятельность идет в разрез с интересами всех слоев общества. Это тот единственный случай, когда за содеянное приходится отвечать. Но, не всегда, не везде и не долго.
Какой выход? Во-первых, мы, граждане того или иного государства, должны абсолютно четко осознать, — пока у нас, у граждан, нет понимания того, что есть наши общие жизненно важные ценности, государство само будет определять содержание своей деятельности. Оно само будет решать что важно, а что не важно для каждого из нас, оно не будет нести ответственности перед теми, кто его нанял и содержит. В итоге, государство может погубить всех нас.
Во-вторых, пока мы, в качестве наших общих ценностей воспринимаем не измеряемые, аморфные абстракции типа демократия, свобода, права человека, всякое зло содеянное государством может быть истолковано как содеянное во имя этих ценностей и от нашего имени.
В-третьих. Остановить дракона можем только мы сами, закрыв бездну ключом, — осознанием и нормативным закреплением наших, общих жизненно жизненно-важных ценностей, интересов, для реализации которых мы и нанимаем государство. Именно на реализацию этих ценностей должна быть сориентирована вся деятельность государства. Все остальное – лишнее, от лукавого. Оно должно умереть. Государству необходимо обозначить цели его существования и по достижению, или не достижению этих целей судить о его добросовестности.
Соответственно, вопрос о ключе от бездны есть вопрос основной. Это не простой вопрос. Но мы обязаны дать на него ответ. Мы постараемся также ответить на вопрос о том, как этот ключ работаем.
Но, для начала, посмотрим на организацию современной демократии, как на наиболее прогрессивную форму управления общественными делами. Может там есть готовые ответы?

3. Парадокс демократии.

В 1992 году на Международной конференции ООН в Рио-де-Жанейро была сформулирована концепция устойчивого развития человеческой цивилизации. Определено, что устойчивое развитие человечества возможно при следующих основных условиях:
а) замена современных технологий более чистыми и менее энерго и ресурсоемкими;
б) замена невозобновляемого сырья возобновляемым;
в) снижение темпов прироста численности человечества;
г) увеличение производительности труда, что приведет к повышению качества жизни;
д) рост надгосударственного регулирования и управления (через ООН и ее организации), а также государственное управление, которое обеспечит достижение перечисленных выше условий на основе смещения «центра тяжести» от частных (в основном, эгоистических) интересов к общественным интересам.
Если пункты «а» — «г» не вызывают каких либо вопросов, то пункт «д» требует пояснений. На примере, это выглядит приблизительно так. У вашего государства (правительства) имеется некий ресурс и три варианта его использования:
1. Увеличить пенсии.
2. Построить сеть электростанций использующих энергию ветра.
3. Существенно улучшить питание и медицинское обслуживание в учреждениях дошкольного образования.
ООН в 1992 году призвало государства мира, в подобной ситуации, выбирать вариант 2, то есть абстрагироваться от своих внутренних, частных проблем до уровня проблем общечеловеческих или общественных, если, к примеру, речь идет об экологических проблемах конкретного государства. Как поступит ваше правительство? Смоделируем ситуацию.
В государстве с недемократическим устройством выбор будет сделан в пользу варианта 2. Причина в том, что для таких государств характерен высокий уровень коррупции. Это означает, что выделенные средства будут разворованы. Экологические проблемы будут использованы как механизм вывода средств из государственного бюджета в карманы чиновников.
В государстве переходного типа, возможен выбор между вариантами 1 и 2. Все зависит от того, как далеко зашли процессы демократизации. Другими словами, правительство будет оценивать ситуацию исходя из конкретных условий – если риск проигрыша очередных выборов невелик, тогда вариант 2 и ресурсы будут разворованы, если же «кресло шатается» тогда вариант 1, но в ущерб общечеловеческим или общественным интересам, поскольку в такой ситуации удовлетворяются интересы только одной части общества.
В демократическом государстве, возможны все три варианта в зависимости от целой совокупности факторов: накал политической борьбы, сроки очередных выборов, уровень поддержки населением конкретного правительства, приоритеты правительства в контексте общечеловеческих интересов или интересов конкретного социума и так далее. Но, прежде чем принять решение, правительство обязательно постарается ответить на вопрос о том, как такое решение отразится на его рейтинге и никакие общечеловеческие или общественные интересы не будут приняты во внимание, если слишком велика угроза потери власти.
Таким образом, ожидать, что государственное управление в современном его состоянии, может обеспечить смещения «центра тяжести» от частных интересов к общественным интересам это утопия, поскольку современное государство изначально не нацелено на удовлетворение интересов общественных.
Может надгосударственное регулирование и управление нам чем то помогло?
В том же 1992 году, в результате подписания Маастрихтского Договора, был создан Европейский союз (ЕС) – образование с полномочиями надгосударственного управления, а уже в 2008 году мы услышали о «кризисе еврозоны».
Экономический кризис в Евросоюзе продолжается. На его преодоление, по состоянию на 2012 год была потрачена гигантская сумма — 4,5 трлн. евро, или 37% совокупного ВВП стран ЕС. На сегодняшний день уже не вызывает сомнений тот факт, что нынешний экономический кризис, скажется не только на состоянии мировой экономической системы, а и на процессах развития цивилизации в целом. Вспомним Великую Депрессию 1929 года, когда сначала США, а затем и весь мир погрузились в кризис, и экономика планеты по объему производства была отброшена на уровень 1898 года. По большому счету, результатом упомянутого кризиса стала Вторая мировая война. Масштаб происходящих потрясений, по мнению автора, свидетельствует о том, что усиление надгосударственного управления не есть ответом на имеющиеся вызовы и никоим образом не может быть предпосылкой для смещения «центра тяжести» от частных интересов к общественным интересам и, как следствие, устойчивого развития человечества. Скорее наоборот, усиление надгосударственного и государственного управления является одним из источников современного кризиса. Подлежит проверке гипотеза, исходя из которой, усиление государственного регулирования, а точнее «автономизация» института государства относительно института общества, порождает глубокие социально-экономические проблемы в обществе.
Уточним, под государством, автор понимает совокупность граждан наделенных обществом полномочиями по управлению общественными делами, или обладающих такими полномочиями по другим основаниям. Таким образом, государство, по сути, это система управления обществом, деградация которой, является ничем иным, как деградацией института государства.
О некоторых причинах деградации института государства. На упомянутой конференции ООН прозвучала идея, которая вызвала достаточно широкий резонанс. Обосновывая свои технократические взгляды, известный писатель Станислав Лем сказал, что необходимость выбора между цивилизацией, как глобальным правлением знатоков-экспертов и цивилизацией, как правлением политических лидеров-демагогов, которые обещают все, а на деле не способных дать почти ничего, — будет все более острой.
Интересная мысль, но не новая. Еще Платон в своей наиболее известной работе «Государство» выделяет философов в особую группу, на которую практически не распространяются законы, по которым живут другие люди. Философия — удел избранных: толпе не свойственно быть философом, говорит он. Философы, по мнению Платона, наделенные высшими способностями видеть не только перед собой. Мир должны строить те, кто прошел долгий путь познания, считает Платон, причем начинать они должны с тех наук, которые придают стройность мысли, глубину и ширину мышлению. Напротив, те, кто из-за своей неспособности блуждают среди множества разнообразных вещей, уже не философы. Такие люди не способны, подобно художникам, выявлять высшую истину и, не теряя ее из виду, постоянно воспроизводить ее с максимальной тщательностью, и поэтому им не дано, когда это нужно, устанавливать здесь новые законы о красоте, справедливости и благе, или сохранить уже существующие.
Вопрос о компетенции тех, кто занимает, или желает занять публичные должности, решался и в более поздние времена, в том числе на уровне законодательных актов, действующих и сегодня.
Так, в важнейшем документе Великой французской революции — Декларации прав человека и гражданина, в частности в статье 6 указывается, что все граждане равны перед законом, и поэтому все в равной степени допускаются на все публичные должности или места, соответственно своим способностям и без каких-либо различий, кроме, обусловленных их добродетелями и талантами.
Как видим, Декларация прав человека и гражданина, которая стала основой и неотъемлемой частью не только современного конституционного законодательства Франции, а и современной демократии в целом, предусматривает ограничение в правах по допуску лиц к публичным должностям в зависимости от «способностей, качеств и талантов».
Вместе с тем, основы демократии в XX веке претерпели изменения. Так, в статье 21 Всеобщей декларации прав человека отмечается, что каждый человек имеет право принимать участие в управлении своей страной непосредственно или через свободно избранных представителей. Каждый человек имеет право равного доступа к государственной службе в своей стране. Следовательно, право доступа к государственной службе не ставится в зависимость от «способностей, качеств и талантов».
По Платону, пренебрежение упомянутыми характеристиками лица, допускающегося к публичной должности, объясняется так. Демократическое устройство, нисколько не волнует, кто и от каких занятий переходит к государственной деятельности. Человеку оказывается почет, лишь бы он обнаружил свою приверженность толпе. В демократическом устройстве нет места философу, у власти — народ, который не в силах понять философа, считает Платон. Главный же недостаток демократии по Платону — свобода, вернее, ее избыточность и люди, которые не умеют пользоваться своими правами. Поэтому, свободу заменяет произвол. Платон выделяет три части демократического общества: трутни, богачи и народ. При демократии, по мнению Платона, трутни, за редким исключением, почти стоят у власти: наиболее ядовитые из трутней произносят речи и действуют, а остальные усаживаются как можно ближе к помосту, жужжат и не допускают, чтобы любой говорил иначе. Получается, что при таком государственном устройстве всем, за небольшим исключением, распоряжаются подобные люди.
Третий разряд при демократическом устройстве, по Платону, составляет народ — те, которые трудятся своими руками, и чужды делячеству, и имущества у них немного. Они всех многочисленнее и при демократическом устройстве всех влиятельнее, особенно когда соберутся вместе.… Но у них нет желания делать это часто, если им не достается их порция меда. И тогда — из недр народных вырастает тот, под чьим руководством народ сметет трутней. И это тот, кто станет тираном, которого народ с восторгом возведет на трон. Он тот, кто поднимает восстание против тех, кто владеют собственностью. Когда же он примирится с некоторыми из своих врагов, а других уничтожит, так что они перестанут его беспокоить, первым его заданием будет постоянное привлечение граждан в какие либо войны, чтобы народ чувствовал потребность в вожаке. А если он заподозрит кого в вольных мыслях и в отрицании его правления, то таких людей он уничтожит под предлогом, будто они предались неприятелю. Ради всего этого тирану необходимо постоянно будоражить всех посредством войны.
Действительно, история развивается по спирали и события, время от времени, повторяются. Или что-то изменилось? Все те же «трутни и болтуны» во власти и около нее, правда аристократы уже не те и «забавы» у них другие. Но не будем проводить исторических параллелей, и анализировать пророчества Платона в контексте новейшей истории и современности. «Видящий, да увидит! Слышащий, да услышит!». Отметим только то, что эти проблемы периодически обостряются уже на протяжении трех тысячелетий. При этом, следствием таких обострений становятся общественно-политические и экономические кризисы, войны, упадок как отдельных наций и народов, так и цивилизационных процессов в целом. По большому счету, с этими процессами можно было бы мириться, если бы не одно но, — в современном мире, каждое следующее такое обострение может стать последним в истории человечества.
Выделим главное противоречие. С одной стороны, имеем необходимость смещения «центра тяжести» от частных интересов, в том числе эгоистических интересов определенных слоев населения, к общественным и привлечения к государственному управлению «знатоков-экспертов» (по Лему), или философов (по Платону), с другой стороны, имеем устойчивые убеждения и желание дальнейшего развития демократии, что, мягко говоря, не исключает привлечения к государственному управлению «политических лидеров-демагогов» (по Лему), или «трутней и болтунов» (по Платону). Понятно также, что политические лидеры-демагоги не могут реализовать задачи по смещению «центра тяжести» к общественным интересам, ведь их главной целью является власть и ее удержание любой ценой, в том числе «путем выявления своей приверженности толпы» (по Платону ), или «раздачей пустых обещаний» (по Лему). Это, в свою очередь, предполагает ориентацию не на общественные интересы, а на интересы и потребности только тех слоев населения, говоря словами профессиональных продавцов «целевых клиентских групп», которые могут дать наибольшее количество голосов на выборах.
И все бы ничего, если бы получив власть, таким образом, политики все же руководствовались общественными интересами, однако, получив власть сегодня, они уже начинают думать о выборах, которые состоятся через пять лет. Не теряя времени, они начинают «заигрывать» с будущими избирателями. Дракон непрерывно разделяет нас. Согласно предвыборным обещаниям повышаются так называемые «социальные стандарты», появляется все больше общественных отношений, где государство гарантирует те или иные блага или их увеличения исходя исключительно из теории естественного права, согласно которой человек должен быть социально защищен государством. Как следствие, качество жизни повышается не пропорционально к увеличению производительности труда, что приводит к возникновению дефицита общественных благ, обладание которыми, собственно, и определяет качество жизни того или иного человека или прослойки населения. Государственное же управление, «поскольку власти могут отобрать собственность у зажиточных и раздать ее народу, оставив, правда, большую часть себе», сводится исключительно к поиску наиболее оптимального варианта перераспределения общественных благ с целью обеспечения победы на предстоящих выборах тех, кто во власти сегодня. Вопрос же увеличение производительности труда не решается. Создается иллюзия повышения социальных стандартов в обществе в целом, хотя реально они повышаются только для отдельных слоев населения и только за счет искусственного перераспределения общественных благ (общественного продукта) безотносительно к процессам повышения производительности труда, что является главным условием увеличения общественного продукта и, соответственно, повышение социальных стандартов. Возможен так же вариант, когда упомянутые стандарты повышают исключительно «на бумаге», то есть возникает дефицит общественных благ в обществе в целом.
Параллельно в обществе распространяются патерналистские установки, когда люди ожидают от государства выполнения таких обещаний, которые оно объективно не в состоянии выполнить. При этом, общество находится в состоянии «ожидания и вымогательства» и не осуществляет активных действий в направлении реализации своих потребностей за счет роста производительности труда.
Нас постоянно убеждают, что государство помнит о каждом украинце, французе, американце или немце, оно вот-вот дойдет до каждой семьи, позаботится о каждом ребенке и личности пожилого возраста, защитит каждого предпринимателя, преодолеет коррупцию и так далее. Эти обещания можно понять. Политики стремятся к власти. Так было и будет. Были и будут люди, свято верующие в эти «заклинания», как и в то, что государство — это творение рук Божьих. Но, в конце концов, рано или поздно, мы осознаем, что государство не в состоянии выполнить эти обещания, даже если оно очень захочет этого. Государство — это институт, который реализует общественные интересы только на коллективном, общественном уровне. Интересы же на индивидуальном уровне — на уровне лица, группы лиц, предпринимательской структуры, реализуются именно указанными субъектами, то есть своими силами и возможностями. Государство на этом уровне может и должно лишь создать необходимые условия для реализации указанными субъектами своих природных возможностей. Основной задачей государства является создание условий для реализации социальных, культурных и экономических прав человека, содействие самостоятельности и ответственности каждого человека за свои действия, оказание социальной помощи тем гражданам, которые по независящим от них обстоятельствам не могут обеспечить достаточный уровень жизни для себя и своей семьи. Именно совместные усилия государственных органов и учреждений, структур гражданского общества и отдельных граждан образуют систему реализации национальных интересов на двух уровнях — индивидуальном и коллективном.
Таким образом, человечество попало в «замкнутый круг». Для того, чтобы сместить «центр тяжести» от частных интересов к общественным к власти должны прийти «специалисты-эксперты, философы», но демократическое устройство приводит к власти «политических лидеров-демагогов», для которых пребывание во власти является самоцелью. Последние активно распространяют в обществе патерналистские установки, что приводит к снижению предпринимательской активности, уровня конкуренции и деградации цивилизации в целом. С другой стороны, на сегодня фактически отсутствует разумная альтернатива демократическому устройству. Круг замкнулся. И если 23 года тому назад мировое сообщество видело угрозы существованию человечества исключительно в области объективной — в области потребления и его регулирования, а средством решения этой проблемы виделось усиление надгосударственного и государственного управления, то сегодня, очевидно, что само демократическое государство составляет угрозу обществу как в следствии отсутствия альтернативы, так и в следствии собственного несовершенства.
Где выход? Круг необходимо разорвать. Если государство — это институт, который реализует общественные интересы только на коллективном, общественном уровне, может, для начала, определится с этими высшими общественными интересами и сформировать на этой основе наше волеизъявление государству? Ведь есть же что-то, что в равной мере важно для нас всех, независимо от расы, пола, вероисповедания, социального положения и даже государства в котором мы живем?
Вернемся к всеобщей декларации прав человека. Пункт 3 ст. 21 гласит -воля народа должна быть основой власти правительства; эта воля должна находить себе выражение в периодических и нефальсифицированных выборах, которые должны проводиться при всеобщем и равном избирательном праве путем тайного голосования или же посредством других равнозначных форм, обеспечивающих свободу голосования.
То, что воля народа должна быть основой власти правительства не вызывает никаких сомнений, а вот тезис о том, что эта воля должна находить себе выражение в периодических и нефальсифицированных выборах, это большой вопрос. Нет, автор не против демократических выборов, как и не против демократии в целом. Вопрос в том на выборах ли должна определяться воля народа или те высшие общественные интересы (национальные интересы) для реализации которых мы избираем власть? Может, волей народа должен определяться лишь оптимальный путь реализации этих интересов, а сами общественные интересы являются некой константой?
И с другой стороны, являются ли современные демократические выборы волеизъявлением народа? Судите сами. Если политическая сила идущая к власти предлагает повысить пенсии, то видимо, она испрашивает волю пенсионеров. Если кандидат в народные депутаты обещает проложить дорогу из пункта «А» в пункт «Б», то видимо, это действие интересует, в основном, тех, кто проживает в этих пунктах. Разве это волеизъявление народа в целом? Разве это и есть общенациональные интересы? При этом, мы давно перестали позитивно реагировать на обещания типа: «повысить эффективность системы здравоохранения», хотя, казалось бы, это нужно и важно для нас всех, это где-то и есть наш общенациональный интерес. Да, люди стали прагматичны, они хотят конкретных действий, а не пустых обещаний.
И тут снова парадокс. На начальных этапах становления демократических государств, идущие во власть дают пустые, ни к чему не обязывающие обещания, которые, со временем, вызывают у избирателя «аллергию». Далее, кандидаты во власть переходят к такой же простой конкретике, — до уровня мы дадим вам нечто, за то, что вы проголосуете за нас, и начинают делить общество на отдельные части и уже не все общество, а отдельные его части начинают голосовать за свои частные, но никак не за общественные интересы. Разделяй и властвую, все просто и давно известно. Еще в условиях афинской демократии и власти демоса в народном собрании, значительное количество политиков и лиц, рвавшихся к власти, использовали введение новых денежных раздач или увеличение предыдущих выплат в качестве действенного средства привлечения демоса на свою сторону. Политическая борьба за власть сопровождалась в Афинах своеобразной эскалацией раздач.
Так что, увы, воля народа не может находить свое выражение в периодических и нефальсифицированных выборах, она находит свое выражение всего лишь в выборе среди тех несущественных альтернатив, которые, предлагаются драконом (политиками, рвущимися к власти). И эти альтернативы не есть выражением общенациональных интересов.
Следовательно, вывод очевиден, с общественными, общенациональными интересами, или основой власти правительства мы должны определиться самостоятельно, пути же реализации этих интересов, — вопрос выбора, вопрос альтернатив, которые нам могут предложить те, кто хочет называть себя государством.
Ответ на этот вопрос требует максимально абстрактного, упрощенного рассмотрения института государства, нам необходимо понять природу его возникновения. Вполне возможно, что именно там мы найдем ключ к ответу на вопрос об общенациональных интересах.

4. О происхождении государства.

Как возникло государство? Вопрос, казалось бы не новый. Вкратце, вспомним основные теории.
1. Патриархальная теория. Согласно данной теории государство произошло в результате исторического развития семьи. Разросшаяся семья превратилась в государство. Сторонниками патриархальной теории являются: Аристотель, Конфуций, Р. Филмер и др.
2. Теологическая теория. Это теория о божественном начале в происхождении государства. Согласно данной концепции государство было создано и существует в современном мире по воле Бога, при этом право считается божественной волей. Сторонники теологической теории: Ф. Аквинский, Ф. Лебюфф, Д. Эйве и др.
3. Договорная теория. По этой теории государство является продуктом человеческого разума, но не проявлением воли Бога либо следствием существования отца-патриарха. Государство возникло вследствие заключения людьми общественного договора между собой, для того чтобы обеспечить общую пользу и интересы. Сторонники договорной теории: Т. Гоббс, Дж. Локк, Ж.Ж. Руссо, А.Н. Радищев и др.
4. Материалистическая теория. В соответствии с этой теорией образование государства стало результатом трансформации общества под действием социально-экономических причин. Сторонники материалистической теории: К. Маркс, Ф. Энгельс, Г.В. Плеханов.
5. Теория насилия. Сторонники теории насилия считают, что государство возникло как результат насилия, через завоевания более слабых и беззащитных народов более сильными и организованными племенами. Представители теории насилия: Е. Дюринг, К. Каутский и др.
6. Психологическая теория. Данная теория состоит в том, что возникновение государства связывается с особенными свойствами человеческой психики, а именно с тягой к власти одних над другими и потребностью одних подчиняться другим. Сторонники психологической теории: Л.И. Петражицкий, Д. Фрезер, 3. Фрейд и др.
Формирование и развитие выше указанных теорий происходило в разные исторические периоды, и, по большему счету, решало вполне конкретные задачи удержания или получения власти. Автор ни в коем случае не подозревает Аристотеля или Конфуция в сговоре с их отцами-патриархами на предмет создания учения, которое бы цементировало власть последних. Но, человек рационален. Юношеские годы, к примеру, Аристотеля пришлись на время начала расцвета Македонии. Аристотель получил греческое образование и был носителем этого языка, он симпатизировал демократическому образу правления, но в то же время он был подданным македонского правителя. Это противоречие сыграло определённую роль в его судьбе и, видимо, в формировании его позиции в вопросе о происхождении государства. Аристотель утверждал, что именно монарх приходится отцом (патриархом) всем своим подданным, которые обязаны его слушаться и относиться к нему с большим почтением. Обязанность же монарха – забота о своих подданных и справедливое управление ими.
В свою очередь теологическая теория ставила во главу угла церковь. Считалось, что власть церкви имеет более высокое положение, находится над светской властью, монарх при вступлении на престол освящался церковью, почитался представителем Бога на земле. Зададимся вопросом, а мог ли Фома Аквинский служитель церкви и ученый-теолог иметь другую точку зрения?
В итоге, соглашаясь с первой или второй позицией, общество, в разные периоды своей истории, давало ответ на вопрос о том, кто есть верховная власть – власть светская в лице монарха, или власть церковная. Ну, и само собой разумеется, что если факт существования церкви или отца-патриарха является причиной возникновения государства во всем его величии и красе, то и церковь и отец-патриарх — явления незыблемые, неприкосновенные, в высшей власти которых, сомневаться не следует.
Однако, нашлись люди, которые, по разным причинам, в том числе по причине рациональной природы человека или тех конкретных исторических условий, в которых они жили, все же усомнились в верховенстве власти, как церкви, так и отца-патриарха. В этой связи им нужны были аргументы в пользу того, что ни церковь, ни патриарх не являются первопричиной существования государства, соответственно и источником власти. Нужен был третий источник. И он был найден – народ, ибо если государство возникает в результате заключения людьми общественного договора между собой, то и источником власти является именно народ. Более того, если же будут нарушены или не выполнены условия общественного договора, то народ вправе расторгнуть его, причем, даже через революцию.
И все же, договорная теория, невзирая на ее прогрессивность, так же стала инструментом борьбы все за ту же верховную власть. Однако, если патриархальная и теологическая теории решали задачу скорее удержания или распределения власти между патриархом и церковью, то договорная теория решала задачу отъема власти у последних. Это была теория, обосновывающая социальную революцию. Ее распространение позволило человечеству переступить очень мощный психологический барьер, основанный на вере в то, что все от Бога, в том числе и патриарх и государство в целом.
На пути к власти, возможность революции и насилия воспринимается вполне оправдано, но когда долгожданная власть получена и оформлена в виде демократии, нужно думать о том, как эту власть удержать, ведь объявив демократию, новая власть вручает обществу те же инструменты ее свержения, которыми пользовалась сама. Нужно «охладить горячие головы», нужна новая теория, которая, отрицая церковь и отца-патриарха как источник власти, в этом качестве «зачеркнет» и народ. Нужен новый источник власти, а доказывание его существования, как и раньше, находится в плоскости поиска ответа на вопрос о возникновении государства. И такой источник опять таки был найден, это общественные отношения результатом развития которых явилось государство. Соответственно источником власти есть общественные отношения, которые развиваются по объективным законам. Следовательно, исходя из материалистической теории, любая власть — явление объективное, которое не зависит от воли людей. Смена власти, так же явление – объективное, которое не зависит от воли людей и не может произойти раньше или позже созревания необходимых условий. Интересно, что такой подход, в целом, устраивает обе стороны, — и тех, кто у власти, поскольку всегда есть возможность найти объективные аргументы в пользу действующей власти, и тех, кто идет к власти, поскольку существуют и противоположные не менее объективные аргументы. Но к этой теме мы вернемся позже. Здесь, лишь отметим, что К. Маркса и Ф. Энгельса с одной стороны сложно заподозрить в том, что они были «детьми своего времени и своего государства», ведь они утверждали, что смена формаций и, соответственно, смена власти, как в итоге, так и в процессе, неизбежны, но с другой стороны, классики призывали «не торопить события» и ждать созревания объективных условий.
Решая ту же задачу, возникла теория насилия, которая так же склоняет нас к «молчаливому дрейфу по реке жизни», поскольку источником власти есть война, а война есть явление объективное, ибо всегда есть слабые и сильные, а человек, по своей природе, — агрессор. К этой теории, по сути, примыкает и психологическая теория, которая утверждает, что «все так, потому, что мы такие», при этом, полностью подменяя причину и следствия, ибо если и есть у нас психологическая потребность подчиняться или управлять, то она возникла вследствие существования государства, а не была причиной его возникновения.
Таким образом, развитие учений о происхождении государства, в конечном итоге, это развития учения об источнике власти: отец-патриарх, церковь, народ, общественные отношения, войны и психологические особенности людей. При этом, каждая новая теория всего лишь создавала новые возможности для отъема или удержания власти. Со временем, на этих теориях возник «толстый слой» всевозможных общественно-политических течений, — демократия, либерализм, социализм, коммунизм и так далее. Ну а последние, в свою очередь, являются «питательным грунтом» современной политики, опять таки – инструмента получения, или удержания власти.
Все выше сказанное позволяет автору усомниться в истинности названных теорий. Заметьте, современная наука не дает окончательного ответа на вопрос о происхождении государства, а ведь это не вопрос о происхождении жизни на земле. Почему же нет ответа? Представьте, что мы станем решительно отрицать патриархальную теорию. По сути, это означает, что мы поставим под сомнения устои Британского государства и других государств монархий. Усомнимся в теологической теории. А что скажут в Ватикане и тех мусульманских странах, которые не признают светское государство? Хотите попробовать на крепость договорную теорию? Правильно, не стоит. Да и за материалистическую теорию вместе с теорией насилия в современном мире еще есть кому заступиться. К примеру, Китай, если мы говорим о материалистической теории. А если вникнуть в детали, то Россия, сама о том не подозревая, заступиться за теорию насилия, ведь именно здесь главной проблемой официально объявлены внешние враги.
Именно по этому и нет окончательного ответа на вопрос о происхождении государства. Окончательный ответ на этот вопрос, в принципе, никому не нужен, и не интересен. Каждое политическое течение основывается на своей теории происхождение государства и в итоге занимает свое «место под солнцем». Главное, что места, пока, хватает всем.
Но нас с вами этот вопрос не интересует в контексте поиска «своего источника власти» и борьбы за власть. Мы хотим понять для чего нужно государство, а значит нужно разобрать с истоками государства, процессами его возникновения.
Сразу хочу успокоить читателя. Сложных теорий не будет. Мы «оставим за кадром» всю тяжесть и нагромождения того, что уже знаем об этом и максимально абстрагируемся. Мы не станем вступать в дискуссию о понятиях «власть», «государство». Пойдем более простым и понятным путем.
Думаю, вы согласитесь с тем, что все общество, в какой-то момент времени, по отношению к процессу производства товар и услуг, условно, можно поделить на три большие категории. К первой категории мы отнесем тех, кто может производить и производит товары, услуги необходимые для удовлетворения повседневных физиологических и психологических потребностей каждого человека и потребляют их. Ко второй, мы отнесем тех, кто может производить такие товары и услуги, но не производит их, однако так же принимают участие в потреблении. И третья категория, это те, кто не могут производить товары и услуги, не производят их, но потребляют.
Узнали? Проще говоря, первая категория это те кто пашут, сеют, строят, учат, пишут, лечат, возят, кормят, убирают и так далее. Они делают то, что нам необходимо в повседневной жизни. Они же и потребляют эти товары и услуги используя как простой обмен, так и деньги. Третья категория, это старики, дети, инвалиды и другие категории граждан, которые по объективным причинам не могут производить необходимые всем нам товары и услуги, но, по понятным причинам, потребляют их.
И вот вторая категория. Они могут производить необходимые нам для повседневной жизни товары и услуги, но не производят их, однако потребляют и иногда в очень не скромных количествах. Именно эту часть общества мы называем государством. Понятно, что такое определение достаточно схематично и упрощено, но не в нем дело. Здесь нам важно понять, что есть часть общества, которая не производит товары и услуги необходимые нам в повседневной жизни, но может их производить и потребляет их. Возникает вопрос – почему? Почему мы делимся с ними произведенными нами товарами и услугами? Как часто в своей повседневной жизни мы пользуемся услугами Администрации Президента, Кабинета министров, разведки, контрразведки, оборонного ведомства? Более того, бывает так, что когда услуги оборонного ведомства нам нужны сегодня и сейчас, это ведомство не может нам их предоставить и нам не остается ничего кроме как бросить свое основное занятие и взять в руки оружие.
Ответ будет таким. Они заботятся о нашем общем благе, они делают нечто для того, чтобы мы могли пахать, сеять, строить, учить, писать, лечить, возить, кормить и убирать. И мы с этим согласимся. Однако, остается два вопроса, что есть наше общее благо и что они такое делают?
Если мы начнем искать ответ на этот вопрос копаясь в нашей сегодняшней жизни, мы, безусловно, утонем в дискуссии. Именно по этому нам необходимо вернуться к вопросу о происхождении государства, точнее нам необходимо понять, когда и почему возник первый человек, который, не произведя конкретного необходимого людям в данный момент продукта или услуги, был вознагражден этим продуктом или услугой? За что же с ним поделились тем, что добывалось горьким трудом и риском для жизни?
И так. Ранний (нижний) палеолит. Время охотников и собирателей. Начало кремневых орудий, которые постепенно усложняются и специализируются. Живущие в эту эпоху люди существовали преимущественно за счет мяса павших животных и собирательства дикорастущих растений, так как охота в это время не была еще распространена. Социальная организация людей находилась на стадии первобытного стада (неустойчивое, формировалось с целью охоты, для защиты от врагов, животных, стихии). Хозяйство состояло из собирательства и охоты, люди вели кочевой образ жизни.
Около 1,5 млн. лет назад появился более развитый человеческий род Homo erectus. Представители данного вида (синантропы) научились использовать огонь и создавали более сложные рубящие инструменты из камня, а также расширили ареал своего обитания за счет освоения Азии.
Вместе с тем, использование огня без навыков его получения, а также накопление разного рода имущества подвигли древнего человека к более оседлому образу жизни. Если раньше, человеческое стадо, передвигаясь, одновременно занималось охотой (больше поеданием падали) и собирательством, «все свое всегда имея при себе» то теперь, добыча пропитания происходила в определенном радиусе вокруг стоянки. На месте стоянки оставался нехитрый, но жизненно-важный скарб, запас продуктов, огонь, дети, часть женщин и другие люди, которые, по тем или другим причинам не могли принять участия в добывании пищи.
Отсутствие «обоза», безусловно, сделало более «мобильными» и группы охотников, что способствовало смещению акцентов с подбирания падали к охоте.
Рассмотрим этот момент более детально. В один прекрасный день, люди, испытав все прелести огня и не имея возможности воспроизвести его, решили, что, поохотившись, нужно вернуться к месту, где горит огонь. Вернувшись с добычей, люди поняли, что часть того, что они носили с собой на охоту, так же безболезненно можно оставить на месте, куда они все равно возвратятся. Собственно и от стариков, детей с беременными женщинами на охоте толку мало, потому было решено и их оставить возле огня. И раненного на охоте соплеменника не нужно было «таскать» за собой, он мог остаться там же. Кроме прочих удобств такого решения, оставшиеся люди, могли поддерживать огонь.
Но однажды, случилось непредвиденное. Вернувшись на стоянку с богатой добычей, люди увидели, что их дети и женщины, больные товарищи и старики зверски убиты, кремневые инструменты, шкуры, запас еды разграблены, огонь потух. Продолжение рода поставлено под угрозу, отсутствие огня ставит под угрозу их выживание. Видимо именно тогда пришло понимание того, что охота и собирательство теряют всякий смысл, если гибнет стоянка. Мы не говорим об осознанном осмыслении ситуации. Такое понимание стало результатом реализации инстинкта сохранения и продолжения рода, который у многих живых существ является сильнее инстинкта самосохранения.
И вот, перед человеком мыслящим возникла задача. Был вариант вернуться к прежнему, стадному, кочевому способу жизни и многие племена так и продолжали жить. Но, мы понимаем, что такие изменения не происходят одномоментно. Навыки кочевой жизни были уже утрачены. Что же делать? И человек мыслящий нашел выход. Было решено, что часть из тех, кто может, и, по большому счету, должны пойти на охоту следует оставить на месте стоянки, с тем, что бы в случае угрозы они могли защитить стоянку, а вместе с ней соплеменников, огонь, орудия труда и запас продуктов. Естественно, что выполнение этой задачи не означало, что оставшиеся останутся без куска мяса. Между теми, кто пошел охотиться, собирать корни и теми, кто остался охранять стоянку, возник договор – вы охраняете наших женщин, детей, огонь, наши орудия труда и запасы, мы приносим добычу и делимся ею с вами.
Именно так, по мнению автора, возник первый человек, который мог производить необходимые людям для повседневной жизни товары и услуги, но не производил их, однако потреблял. Видимо именно задача по охране стоянки была первым предметом того общественного договора, той общей пользой и интересом, о которых говорили Т. Гоббс, Дж. Локк, Ж.Ж. Руссо.
Таким образом, где-то на границе раннего (нижнего) палеолита и среднего палеолита, около 150 тысяч лет тому назад появился первый человек, который выполнял охранную функцию государства и получил за это вознаграждение. Еще нет институтов государства, еще нет власти как таковой. Этот человек еще не подчинен жрецам или колдунам и собственно охрана стоянки это не его основное дело, он охраняет ее по очереди со своими соплеменниками и, по-прежнему, остается охотником. Именно в это время из хрупкой социальной организации первобытного человека, которая совсем еще недавно представляла собой элементарное стадо, возникает пока еще еле заметная, совершенно безобидная и такая нужная человеку «собака» под названием государство.
Это было разумное и прогрессивное решение. Жизнеспособная система работала. Но, увы, в наши дни она не просто дала сбой, а фактически превратилась в пародию на первоначальный вариант. Сегодня государство это уже не верный слуга работающих членов племени. Всего за 150 тысяч лет истории эта «собака» превратилась в мощного, неуправляемого дракона, который станет сметать на своем пути все и всех, в том числе тех, для защиты кого он был «выведен» человеком из недр собственного бытия.
Однако, здесь важно подчеркнуть другое, — содержание договора между теми, кто остался охранять стоянку и теми, кто пошел добывать пищу. Те, кто остались, приняли на себя обязательство охранять территорию стоянки со всем ее содержимым, — людей, запас продуктов, орудия труда, огонь. Они остались охранять то, что было жизненно важно для племени. И племя кормило их именно за это. Каждый же отдельный человек, априори, не мог выжить вне племени.

5. О содержании общественного договора.

Что такое Родина? Видимо сложно найти человека, который хотя бы мельком не задавался этим вопросом.
Ответы бывают разные. На различных ток шоу и в декларациях от дракона мы слышим и читаем: независимость, территориальная целостность и суверенитет государства, свобода, демократия, права человека и верховенство права, благополучне, мир и безопасность и т.д.
Есть и такие варианты ответа. Даю цитату: «Я тоже доброволец, и у меня двое детей. Для них, бросив всё, пошел воевать. И еще — я люблю свою землю, свой народ. Не государство, не власть, не «царей» наших разноцветных. А землю, которую нужно защищать от внешних и внутренних врагов. И врагов ни автоматом, ни бюллетенем пока победить не выходит. Ни то, ни другое, нам просто не дают сделать! – горячится артиллерист Андрей, натягивая новые теплые берцы, которые к нему дошли аккурат в госпитале».
Какой ответ вам больше нравится? Только честно. Второй? А почему? Ведь в первом ответе такие красивые, правильные и в общем то понятные слова. Почему артиллерист Андрей не упомянул ни одного из них? Думаете, он не знает этих понятий? Знает, он мог их «озвучить», но не стал. Почему?
Видимо потому, что проливать кровь хоть и за правильные, но достаточно абстрактные и не наполненные конкретным смыслом понятия как-то не совсем оправдано. Ведь война это не ток шоу и не парламент, где защищая некие абстракции типа «демократия», «свобода», можно, в крайнем случае, получить в лоб. Более того, если понятие не наполнено конкретным смыслом, то его начинают использовать вполне в конкретных целях.
Нужно разобраться. Сразу оговоримся. Речь не идет о том, что «независимость» или «свобода» это плохо. «Права человека», «верховенство права», кто же против? Суверенное, независимое, демократическое, социальное, правовое государство. Эти понятия встречаются в конституциях многих стран мира. Уточним, в основном законе государств. Следовательно, если мы говорим о суверенитете и независимости, то эти понятия автоматически «подтягиваются» к понятию «государство». А что есть государство? Имеется сто и один вариантов ответа. Поставим вопрос по-другому. Что мы понимаем под этим понятием исходя из тех мировоззренческих ценностей, которые превалируют в современном мире?
Вспомним. Когда на одной шестой части суши дружно строили коммунизм, его «строители» четко знали, что государство это инструмент классовой борьбы в руках пролетариата. По К. Марксу и В. И. Ленину – машина для поддержания господства одного класса над другим, возникшая в результате общественного разделения труда, появления частной собственности и антагонистических классов. Соответственно, крайне важным был вопрос об удержании этой «машины» в руках пролетариата.
Именно по этой причине, безопасность государства стояла в основе всех основ. Именно по этому предлагалась триада ценностей в следующей последовательности: государство, общество, человек. Помните? А что было дальше, тоже помните? Поменяли местами понятие «человек» и «государство». Теперь эта триада выглядит так: человек, общество, государство. И все дружно возрадовались, — человек у нас на первом месте! Как говорят в Одессе, — таки да. За 23 года развития «капитализма» на постсоветском пространстве, сформировался вполне конкретный пофамильный список этих «человеков» и, в нашей конкретной исторической ситуации, мы можем привнести уточнение в марксистско-ленинское определение. Государство – машина для поддержания господства одного олигархического клана над другим в процессе распределения и перераспределения собственности.
Но, не будем о грустном. Это, как говорят, суровая реальность. Вернемся к нынешним превалирующим мировоззренческим ценностям. В конституционном праве европейских государств под государством подразумевается совокупность официальных органов власти (правительство, парламент, суды и др.), действующих в масштабе страны или субъекта федерации, либо пользующихся законодательной автономией территориального сообщества (напр.: область в Италии) с местными агентами (представителями) этих органов (префектами, комиссарами и т.п.). Отсюда известный тезис о том, что государство это всего лишь совокупность чиновников (менеджеров) нанятых нами для управления общественными делами.
В этом контексте обратимся к понятию независимость и суверенитет государства. В сухом остатке получается, что независимость государства, это возможность наших чиновников действовать в масштабе страны (управлять общественными делами) независимо от воли иностранных чиновников, руководствуясь исключительно волей и в интересах избравшего их народа. Здесь уточним, что наши чиновники, в основном, помнят о первом посыле, но частенько забывают о втором. Суверенитет означает, что только наши чиновники и никакие другие могут управлять общественными делами на нашей территории.
Что же независимость и суверенитет означают для нас, для народа? Это означает, что только мы сами можем избирать себе власть (чиновников) и готовы подчиняться только нами и из нас избранной власти. Если коротко, — избирать и быть избранными или иметь собственное государство.
Почему возможность иметь собственное государство так свято ценится народами? Потому, что это государство не чужое, оно родное и по этому должно действовать исключительно в интересах собственного народа, а не соседнего. И снова уточнение. Многие наши чиновники, полагают, что, став частью государства, в зависимости от должности, они получают возможность «иметь» собственный народ. Народ же, периодически, пытается восстановить «природный» порядок вещей и, в разных формах, в том числе путем революции, начинает «иметь» государство в лице нанятых им чиновников. Именно в этот период, на передний план выходят такие понятия как: свобода, демократия, права человека, верховенство права, благополучне, мир и безопасность и т.д. Новые старые лидеры, в доходчивой форме «открывают» нам глаза на то, что мы были лишены всех этих, безусловно, важных благ и вот именно теперь, после того как мы все вместе отнимем власть у одного клана и передадим его другому, все у нас наладится.
Вот и получается, что право народа на суверенитет и независимость, для нас, до последнего времени, означало возможность выбирать между несколькими списками «человеков» олицетворяющих собою наивысшую социальную ценность.
Да, не любит артиллерист Андрей «государство, власть, «царей разноцветных». А за что их любить? И уж тем более кровь проливать. Андрея можно понять. Нет, автор не пытается «обесценить» ценность государства, его независимости, суверенитета, территориальной целостности и тому подобного. Свое, а не чужое государство, оно априори лучше чужого. Вопрос в другом.
По мнению автора, существуют ценности, которые куда более ценны выше обозначенных. Существуют некие наивысшие ценности, угроза которым, ставит нас всех на грань жизни и смерти. Именно для защиты этих ценностей мы создаем государство и дорожим мы им именно потому, что оно, по идее, должно и может защитить эти ценности. Об этих ценностях говорит и артиллерист Андрей. Я же, попробую облечь мысль Андрея в форму применимую для конституции (общественного договора).
И так, Андрей любит своих детей, свой народ и воюет за них. Почему для Андрея важен его народ? Автор заранее приносит свои извинения, за то, что при пояснении этого, вызывающего безусловное уважение и восхищение чувства, будут использованы несколько «приземленные» понятия, граничащие с обыкновенными инстинктами. Уйдем от эмоциональных объяснений, ведь нам важна суть, истина, а истина стоит того, чтобы поставить под сомнение, казалось бы, священные понятия.
Всякий род, вид, семейство, отряд, стая, группа (далее общность) стремится к тому, что бы сохранить и преумножить свою численность. Почему? Вы скажите — заложенные природой инстинкты. В целом, это так. Но, ведь инстинкты не возникают самопроизвольно. Они возникают в процессе эволюции той или иной общности. А процесс эволюции в живом мире, это, по сути, процесс борьбы за выживание, в котором возникают не только инстинкты, но и видоизменяются сами живые организмы, приобретая новые формы, более совершенные, с точки зрения обеспечения выживания.
Развитие всего сущего подчинено одной идее – выживания. Следовательно, инстинктивное стремление сохранить и преумножить свою общность, подчинено той же идее – выживания. Вместе выжить всегда легче, чем по одиночку. Если нечто угрожает общности, то это нечто однозначно сводит к минимуму шансы на выживание отдельной особи, которая, как правило, может выжить только в среде своей общности. Отсюда и инстинктивное стремление каждой особи к сохранению и преумножению своей общности.
Здесь, имеется и еще один момент — инстинкт продолжения рода. Кроме физиологической части этого инстинкта существует еще и поведенческая часть. Произведя на свет потомство, всякая особь, беспокоясь о выживании собственного потомства, беспокоится и о выживании своей общности, ибо будущее собственного потомства напрямую связано с будущим его общности.
В живом мире, особенно в той его части, которая живет группами, мы имеем массу примеров преобладания инстинкта сохранения общности, в которой живет особь, над инстинктом самосохранения. Человек не есть исключение, но у него есть одна особенность – свой выбор человек, хоть и подталкиваемый инстинктами, делает осознанно. Именно по этой причине, людей, у которых инстинкт сохранения общности преобладает над инстинктом самосохранения, мы, называем героями.
Отсюда вывод – мы, люди, совокупная живая субстанция, объединенная территорией проживания, средствами существования, субъективными и эмоциональными связями, являемся наивысшей ценностью для каждого из нас. Причина в том, что эта совокупная живая субстанция, является важнейшим условием выживания каждого из нас.
Выше обозначенную совокупную живую субстанцию принято называть населением, народом, нацией, хотя сама градация указанных понятий является чисто политологическим явлением. Для дальнейшего понимания, без втягивания в дискуссию по этому вопросу обозначу, что под населением автор понимает совокупность людей проживающих на определенной территории. Если население, проживающее на определенной территории, смогло организовать собственное государство, то такое население мы назовем народом. Ну и если этот народ научился контролировать собственное государство, так, что государство действует исключительно в интересах народах, то такой народ называется нацией. Не будем развивать эту мысль. Здесь лишь отметим, что в контексте нашего предмета исследования нам не важен уровень политического развития нашей совокупной живой субстанции. Нам важна ее количественная характеристика. По этой причине мы употребим понятие «население».
Действительно, мы можем говорить о гражданском обществе и правах личности и гражданина, чести и достоинстве, неприкосновенности и безопасности конкретного лица. Но при этом необходимо помнить, что в основе все же находится население, его количественное измерение. Продолжительность жизни — это наиболее конкретная мера безопасности личности. Именно через создание условий для роста численности населения можно обеспечить соблюдение прав и свобод конкретного лица. Именно нормальное воспроизводство населения страны является наиболее четким и конкретным показателем отношения государства к личности.
Населения, его количество, по мнению автора, является интегрированным показателем соблюдения прав и свобод каждой отдельной личности в обществе. При предложенном подходе одним из основных вопросов в функционировании государства является вопрос о том, кто и что должен сделать, чтобы люди в вашей стране жили дольше, рождались чаще и работали на благо своей, а не соседних стран. Здесь мы можем иметь дело с конкретными цифрами, экспертным оценкам, прогнозам и планам действий, а не с бесконечной болтовней о правах человека и чрезвычайных достижениях в области их защиты на фоне вымирания и уничтожения нации.
Отсюда первый пункт общественного договора — государство отвечает перед нацией за сохранение и преумножение населения.
Далее. Наш герой воюет за «свою землю». И это так же почти инстинктивное явление. Для любой живой общности, как в природе, так и в человеческом обществе важно, где жить и что кушать. При чем, как вы понимаете, это не праздные вопросы, а вопросы опять таки выживания. По большому счету, население может выжить без собственного государства, но оно однозначно подвергается угрозе уничтожения без собственной территории.
Что означает лишить население, народ или нацию ее территории? Это означает разорвать физическую связь между населением и территорией. Существует три известных способа разрыва такой связи. Способ первый – физически уничтожить население в местах его компактного проживания на нужной территории. Способ второй – насильственная депортация (переселение) населения на другие территории преимущественно населенные представителями других народов. Способ третий – создание определенных экономических, политических, экологических и иных условий способствующих добровольному переселению населения в места компактного проживания других народов. Опасность второго и третьего способа заключается в так называемой ассимиляции, когда, со временем, переселенные лица становятся частью принявшего их населения и, соответственно, перестают быть собой.
Подчеркнем, ликвидация суверенной политической власти населения над его территорией еще не означает, что население потеряло свою территорию. Другими словами, потерять государство еще не означает потерять территорию. Потеря собственного государства создает лишь непосредственную угрозу для потери территории, поскольку именно собственное, суверенное государство является средством защиты физической связь между населением и его территорией.
Отсюда второй пункт общественного договора — государство отвечает перед нацией за целостность и неприкосновенность территории. Вы спросите, а можно ли так, — государство отвечает перед нацией за неприкосновенность и приумножение территории? Можно, конечно. Если, вы полагаете что имеющегося «жизненного пространства» не достаточно, вы можете поставить своему государству задачу по приумножению вашей территории. Однако, в этом случае, вы должны быть готовы к тому, что вам или вашим ближайшим родственникам придется взять в руки оружие со всеми вытекающими из этого последствиями. Не следует, при этом, забывать, что те за счет кого вы собираетесь приумножить свою территорию, так же, рано или поздно, однозначно возьмут в руки оружие. Но суть, даже не в этом. Нужно, значит нужно. Важно другое. Решать, что это действительно нужно, должны вы, а не ваш дракон. Для этого необходимо исключить из компетенции государства вопрос о приумножении территории путем вынесения его в предмет общественного договора (конституции). Следовательно, только от вас будет зависеть, будет ли ваш дракон беспокоиться исключительно о сохранении целостности и неприкосновенности существующей территории, или он будет помышлять также и о расширении существующих границ со всеми вытекающими из этого последствиями.
Так то оно так, скажите вы. А вот наш дракон с голубых экранов говорит о том, что для того, что бы сохранить целостности и неприкосновенности вашей территории, необходимо повоевать на территории соседей. То есть, способом сохранения своей территории является война на чужой. Как вам ответить? На то он и змий дабы прельщать народы. А народы должны понимать, что если они не ставили змию задачу по приумножению их территории, то, скорее всего, змий лукавит. Значит, есть у него свой интерес в предлагаемой войне, который никак не совпадает с интересами вашего народа.
Следующий вопрос о том, что кушать? Если у населения, не отбирая территорию, отобрать средства к существованию, оно вымрет. Эта истина не раз подтверждалась историей народов бывшего СССР.
В масштабах народа, нации средства к существованию называются национальным богатством. Национальное богатство — это сумма материальных благ, которые есть в распоряжении нации. Оно накапливалось народом на протяжении всей истории его производственной деятельности. Основную его часть составляет материальное богатство, то есть совокупность накопленных средств производства и предметов потребления. Кроме того, национальное богатство включает также нематериальные ценности, такие как производственный опыт, образовательный потенциал, достижения научно-технической мысли, информационные ресурсы и тому подобное.
В структуре национального богатства выделяются, прежде всего производственные фонды (основные и оборотные), основные фонды социальной сферы (школы, больницы, культурно-образовательные и спортивные объекты, жилые дома), а также личное имущество населения. Кроме того, важным компонентом национального богатства являются природные богатства — полезные ископаемые, леса, земля, вода, атмосфера.
Названные материальные компоненты национального богатства являются совокупными возможностями нации, которые обеспечивают физическое существование населения.
Поэтому, третий пункт общественного договора — государство отвечает перед нацией за сохранение и преумножение национального богатства.
Подведем промежуточный итог. Он прост. Для населения, народа, нации первое и главное просто «быть», иметь выражение в форме живой субстанции. Чем нас больше в целом, тем лучше для каждого в отдельности. Но для того, что бы «быть» нужно место для этого бытия – территория и средства для существования – национальное богатство. Это, срез материальный, он важен для любого народа, любой нации. Но есть еще нечто, что позволяет отличить один народ от другого, одну нацию от другой. Нет, это не только и не столько цвет кожи и форма лица, или уровень развития политической организации общества. Это субъективное содержание (наполнение) народа, нации его национальное самосознание.
Народ как родовое понятие является относительно широкой социальной группой, члены которой обладают чувством принадлежности к ней благодаря общим чертам культурного и исторического сознания. Люди, которые принадлежат к определенному народу, имеют более или менее выраженное осознание вхождения в отличную от других общность. Национальное самосознание предполагает отождествление себя с национальными и культурными ценностями, а также наличие эмоциональных солидарных связей между лицами, принадлежащими к одной нации. Национальное самосознание — это форма ментального постижения своего характерного психологически — культурного содержания.
Более того, национальное самосознание является средством политической мобилизации народа, это средство его сохранения. Так, за годы советской власти, несмотря на ассимиляцию, социально-культурную деградацию, население стран бывшего СССР сохранило высокую степень национального единства. Это произошло благодаря обращению к собственным культуре и языку, традициям и религии, которые, как свидетельствует история, не раз оказывались действенным средством восстановления национального государства. К сожалению, уже новейшая история свидетельствует, что ненадлежащее отношение к проблемам формирования национального самосознания на отдельных территориях может привести к фактической потере суверенитета национального государства над упомянутыми территориями.
Таким образом, артиллерист Андрей, по мнению автора, говорит о четырех жизненно важных ценностях народа, нанесение ущерба которым грозит гибелью нации — это население, территория, национальное богатство и национальное самосознание народа.
Жизненно важной ценностью народа (нации) первого уровня следует считать население. Потеря населения, означает безусловное уничтожение народа, нации. На втором уровне находятся: территория, национальное богатство и национальное самосознание. Это базовые ценности, обеспечивающие существование нации.
А как же государство, спросите вы? Да, это безусловное важный атрибут народа и тем более нации. Не вызывает сомнений и то, что такая форма самоорганизации общества как государство является важнейшим инструментом защиты выше обозначенных ценностей. То есть само по себе государство также является ценностью, но, ценностью третьего уровня. Согласитесь, нельзя ставить в один ценностный ряд то, что защищаем и то, с помощью чего защищаем. Тем более, что бывают ситуации, когда инструмент защиты оказывается, мягко говоря, не совсем пригодным для использования по прямому назначению.
Размышления над этими вопросами приводят к выводу о необходимости изменения самой идеологии функционирования государственного механизма. Во имя безвинно погибших и во благо грядущих поколений народы должна заложить принципиально новые параметры функционирования государственного механизма, в основе которого должны быть наши жизненно важные ценности. И, для начала, нация, гражданское общество, должны четко задекларировать государству свои жизненно важные ценности, защита которых должна составлять содержание деятельности государства и, собственно, того общественного договора, который заключается между нами и нанимаемым нами государственным аппаратом. Совокупность этих ценностей и есть ключ от бездны, которым мы «закроем» нашего дракона.
В простой форме это выглядит следующим образом.
Чего я, как один из тех, кто нанимает менеджеров под названием государство, хочу от них получить? Я хочу, что бы решалась задача со следующими условиями. Есть население и его численность. Есть факторы, которые влияют на это число: смертность, рождаемость, миграция. Есть, условно говоря, первые пять причин высокой смертности, первые пять причин низкой рождаемости и первые пять причин оттока населения за кордон. Есть пятилетний период на который мы нанимаем власть и есть предполагаемый ресурс, которым государство может распорядиться в течении пяти лет. Вопрос: кто, что и каким ресурсом будет делать, чтобы люди в моей стране жили дольше, рождались чаще и работали во благо своего народа, а не соседнего? Кроме этого, я хочу знать, какого показателя государство планирует достичь: замедлить темпы сокращения населения до некоего показателя, остановить сокращение населения, или преумножить его? Не надо защищать мои права, свободу, независимость и так далее. Не надо «пафоса, слюней и громких слов». Что конкретно будем делать в течении ближайших пяти лет, что бы снизить уровень сердечно-сосудистых заболеваний, как главного фактора высокой смертности? Сколько потратим не это? И так далее.
Территория. Опять таки, господа, что планируете и какими ресурсами? Что конкретно будете делать для достижения поставленной вам задачи – сохранить территорию в неизменном виде? Сколько из имеющегося ресурса планируете потратить?
Национальное богатство. Сколько его в абсолютных цифрах вы приняли? Сколько планируете передать следующей власти? Что конкретно для этого будете делать, и сколько это стоит?
Национальное самосознание. Нет, я не хочу слышать о том, как вы любите мой язык и мою культуру. Что будете делать для того, что бы люди, живущие в моей стране, уважали мой язык, культуру, традиции, религию? Что будете делать для того, что бы каждый живущий в моей стране чувствовал себя частью великого целого – нации? Какие ресурсы планируете для этого использовать?
И еще. Мне будет очень интересно посмотреть на соотношение между затратами на защиту наших фундаментальных ценностей. Меня мало интересуют ваши политические убеждения и ваши политические программы. Подготовьте и дайте мне оценить четыре программы: программу защиты населения, программу защиты территории, программу сохранения и приумножения национального богатства, программу сохранения и развития национального самосознания. Эти программы я хочу видеть в разрезе измеряемых целей, способов их достижения и планируемых ресурсов.
Я хочу, что бы в бюджете государства были только эти четыре программы. Я хочу, что бы предложения к проекту бюджета по финансированию государственных институтов обосновывались не подсчетом всего того, что необходимо для содержания их существующей структуры, а тем, какие действия, в соответствии с программами, осуществит государственный институт, защищая жизненно важные ценности нации.
Ну, что ж, если вы не против, сформулируем наш общественный договор.
Государство несет ответственность перед нацией за численность населения, целостность территории и неприкосновенность границ, сохранность и приумножение национального богатства, сохранность и развитие национального самосознания народа.
Хорошо, скажите вы. И что, наступит счастье? Дальше, то что?
Дальше, более сложные «материи», но, вполне доступные для понимания. Разберемся? Разберемся. Должны же мы знать, — в какую сторону вращать ключ от бездны. Ключ то ведь, в наших руках, значит и вращать его нам.

6. Куда вращаем ключ?

Если вы, все-таки решили, что для вашего народа нет ничего важнее кроме его самого (его физической субстанции), вашей территории, вашего национального богатства и национального самосознания, значит, это, безусловно, должно быть отражено в вашей конституции.
Однако, ваш дракон, чувствуя неладное, а он, поверьте, не дурак, и сразу сообразит к чему вы его склоняете, станет саботировать дальнейшее «разворачивание» указанных положений в законодательстве вашей страны. Следовательно, опять таки, вы сами должны проследить за последовательным совершением вашим драконом ряда необходимых действий.
Здесь, для начала, нам необходимо будет, разобраться с некоторыми положениями теории государства и права. Никак без этого, но не волнуйтесь, это не так сложно и не так долго как кажется.
И так, что означает «развернуть» положения конституции в законодательстве вашей страны? Это означает, что, то, или иное положение конституции, должно найти свое отражение в должностной инструкции каждого чиновника. Нет, оно не должно быть просто переписано, к примеру, «соблюдать права человека», оно должно быть реализовано в конкретных действиях, которые должен выполнять чиновник.
Происходит это следующим образом. Есть конституция, в которой фиксируются так называемые нормы начала, — общественный договор, некая задача которую мы ставим государству. Далее, под, эти задачи, формируются законы, — нормы принципы, в них закрепляется система государственных органов, которая будет реализовывать поставленные задачи (право-субъектное и функциональное законодательство), а также система взглядов и идей на пути выполнения поставленных задач (системо-образующее законодательство).
На следующем уровне формируются определительно-установочные нормы. Это уровень подзаконных нормативно-правовых актов. В них отражаются: целы и задачи отдельных государственных структур в конкретных условиях конкретного периода, предмет их деятельности, организация и порядок взаимодействия.
И вот – нормы правила поведения. В них решается вопрос о том, кто, когда и какими ресурсами будет выполнять те, или другие мероприятия. Это бюджеты, планы мероприятий, должностные инструкции и тому подобная конкретика.
Если максимально упростить, то, на примере, это выглядит следующими образом. В вашей конституции указано, что государство обязано защищать права человека. Вы открываете закон о некоем госоргане и видите, что этот госорган также обязан защищать права человека. Далее, вы открываете бюджет этого госоргана на текущий год, программу работы правительства и этого госоргана и видите, что в этом конкретном периоде и за вполне конкретные деньги исследуемый госорган опять таки обязан защищать права человека. Вы доходите до должностной инструкции конкретного служащего этого госоргана и видите до боли знакомый постулат — защищать права человека.
Если описанная ситуация имеет место, знайте, вас обманывают. Задекларированное конституцией положение так и осталось не наполненной конкретным содержанием декларацией. В итоге «разворачивания» этого положения конституции в законодательстве вашей страны, в должностной инструкции указанного чиновника, в зависимости от его функций, должно появиться конкретное действие. К примеру, рассмотреть жалобу в течении трех дней, проверить изложенную информацию и подготовить ответ, подать запрос, обязать устранить нарушение и т.д.
Другими словами, постулат «защищать права человека» может звучать только один раз в конституции, далее, через законы, подзаконные нормативный акты и акты право применения, эта норма должна наполняться конкретным смыслом, конкретными измеряемыми целями, задачами, действиями.
С теорией закончили. Усвоили и возвращаемся к нашему практическому вопросу. Что конкретно нужно делать после фиксации общественного договора в вашей конституции?
Начать необходимо с законодательства регулирующего деятельность политических партий. Там имеются положения отражающие требования к программам политических партий, которые, предлагаются избирателям. Дело в том, что программа политической силы, это, по сути, «оферта» обществу от кандидатов в драконы. Логика такая, — вы нас изберите, доверьте нам управление нашими общими делами, а мы вам за это… И чего только нам за это не обещали. Однако, технология всегда была одна, найти свою «клиентскую группу» и наобещать чего угодно, лишь бы собрать голоса.
Но, вы меняете подход. Поскольку вы определились с вашими общими ценностями, вы имеете право потребовать у кандидатов в драконы подать вам не просто набор неких обещаний, а их конкретное виденье по следующим вопросам: о том,
1. Как сохранить и приумножить население, какого конкретно показателя численности населения они планируют достичь?
2. Что будет сделано для обеспечения целостности и неприкосновенности вашей территории?
3. Что будет сделано для сохранения и преумножения национального богатства? При этом, очень не плохо понимать в какой абсолютной цифре измеряется это богатство на момент выборов и какого показателя планируется достичь в будущем?
4. Что планируется делать для сохранения и развития национального самосознания?
В виде нормы закона, это выглядит приблизительно так, — программа политической партии является изложением целей и задач этой партии по защите населения, территории, сохранению и приумножению национального богатства, сохранению и развитию национального самосознания, а также путей их достижения.
Теперь, программа политической силы не будет «обо всем и не о чем». Это обязательные вопросы, которые должны быть отражены. Это потребует от политической силы привлечения специальных экспертных знаний для подготовки программы. Но это, возлагает ответственность и на вас. Нужно будет, как минимум, ознакомиться с программами и включить элементарную логику для ее анализа.
Уже сейчас можно предположить, что кандидаты будут обещать «сохранить и преумножить» и будут называть конкретные цифры. В чем же разница и, соответственно, выбор? Выбор в том, что пути достижения поставленных целей будут у всех разные. Вы сможете так же получить ответ на вопрос о том, а находится ли вообще предложенное действие в причинно-следственной связи с желаемым результатом.
К примеру. Ваши кандидаты, с целью борьбы с безработицей, предлагают жестко ограничить привлечение рабочей силы из соседних стран. Но мы то знаем, что это интерес тех, кто потерял, ищет работу или опасается увольнения. Именно на их голоса направлено это обещание. «Пропустим» это действие через общенациональные интересы.
И так. Если стоит задача сохранить и приумножить население вашей страны, то, видимо, ограничение на миграцию из вне не будет способствовать ее решению.
По отношению к сохранению территории, такое решение, будет, где-то нейтральным.
Национальное богатство. Привлечение более дешевой рабочий силы, безусловно, будет способствовать росту производства национального продукта со всеми вытекающими из этого последствиями. Соответственно, если вы не допускаете на рынок труда более дешевую рабочую силу, то такими действиями, вы не способствуете сохранению и преумножению национального богатства.
Национальное самосознание. Это, пожалуй, наиболее не однозначный вопрос в решаемой задаче и решать его необходимо исходя из того, насколько привлекаемая рабочая сила способна безболезненно ассимилироваться в вашей стране, то есть безболезненно воспринять вашу культуру, религию, язык и национальные традиции.
Полагаю, что подобное несложное действие, всякий дееспособный избиратель способен «проделать» с основной массой наиболее распространенных обещаний кандидатов в драконы. Это и есть, по мнению автор, осознанный выбор избирателя, который исходит из общенациональных, а не личных интересов. Важно понимать, что конкретные личные интересы могут быть эффективно реализованы только через реализацию общенациональных интересов. Если лучше станет всем, то лучше станет и вам. В противном случае, даже если вам и дадут какое-то из обещанных благ, то неминуемо отберут другое благо, которое было обещано другим вашим согражданам.
И так, нашли время, напряглись, почитали, подумали и сделали выбор. Как можете, как умеете, в следующий раз будет легче и понятнее. С чего-то нужно начать. Да, не просто, не привычно, но нужно, ведь это ваша страна и вам нужно решать самим, иначе решат за вас, а вам и вашим детям придется с этим жить.
Что дальше? Дальше дракон должен реализовать свою программу. Сделать он это сможет только тогда, когда такая программа является реально исполнимой. Исходим из того, что так оно и есть. Все просчитано до основания.
Если это так, то дальше, система государственных органов «выйдет» из привычной «зоны комфорта» и начнутся реальные изменения или если хотите, реформы.
Вопрос будет стоять так. Если на период в пять лет, к примеру, стоит задача остановить сокращение населения, то, на конкретный год, должна стоять задача достичь конкретного показателя темпов сокращения населения.
Соответственно, центральное правительство должно задать своим министерствам, ведомствам и иным госорганам вопрос о том, кто и что конкретно, может сделать для реализации поставленной задачи, исходя из своего функционального назначения, и какие ресурсы для этого необходимы. Ответ должен содержать конкретные показатели. К примеру, министерство внутренних дел может сократить смертность «на дорогах», до некоего показателя. Оно же может сократить смертность в результате предупреждения насильственных преступлений, распространения наркотиков и т.д. При этом, МВД декларирует, что, для решения этих задач эму необходима некая сумма. Заметьте, речь не идет о том, что для выплат зарплаты необходимо много миллионов. Изначально ставиться конкретные цели и уже «под них» определяется необходимая численность ведомства.
Понятно, что в вопросе сохранения численности населения основным «действующим лицом», видимо, будет министерство здравоохранения, так же как в вопросе защиты территории основным будет министерство обороны. Однако, тоже МВД, в силу специфики своей деятельности, имеет реальные возможности принять участие в решении этих задач. Это же касается и всех остальных госорганов. Исключение составляет законодательная и судебная ветви власти, которые, призваны обеспечивать процесс государственного управления.
Безусловно, выяснится, что имеются некие ведомства, которые как бы и чем-то занимаются, но их деятельность никак не влияет на численность населения, сохранение территории и национального богатства, защиту национального самосознания. Такие ведовства подлежат ликвидации.
Выяснится также, что есть дублирование функций, неоправданное расширение штатов и т.д. Но это потом. А пока, все министерства и ведомства, в силу своего функционального назначения, подали свои предложения по указанному выше вопросу. При этом, формируя их, они понимали, что от этих предложений будет зависеть их численность и бюджетное финансирование. Они также понимали, что, между ними, по ряду вопросов, возникает вполне конкретная конкуренция. А значит, они должны будут «включить мозги», иначе, завтра, можно остаться без работы.
И так, предложения собраны. Минздрав, с целью сохранения численности населения, предлагает провести всеобщую диспансеризацию, а космическое агентство, предлагает высадиться на Луну и начать там разработку лекарств в условиях невесомости. Министерство обороны предлагает строить глубоко эшелонированную оборону на направлениях вероятного наступления противника, а пограничники предлагаю натянуть колючую проволоку вдоль границы для реализации той же цели. Для сохранения и развития национального самосознания министерство культуры предлагает провести дни культуры соседнего государства в местах компактного проживания представителей этой культуры на вашей территории, а министерство образования предлагает увеличить численность национальных школ на той же территории. И так далее.
Дальше, или параллельно, необходимо привлечь общественность и средства массовой информации. Это означает, что на многочисленных «ток шоу», руководители министерств и ведомств должны будут обосновать свою позицию и в «пограничных» вопросах вступить в дискуссию. То есть, предлагается уйти от уже порядком поднадоевшей темы «кто дурак, коррупционер, враг и т.д.» к конкретным вопросам о том, как жить дальше и на что тратить бюджетные деньги.
Параллельно в работу должна включиться группа реальных экспертов, видимо, это должно быть что-то вроде института стратегического планирования. Цель работы – подготовка четырех, согласованных между собой программ: защиты населения, защиты территории, защиты и приумножения национального богатства, защиты и развития национального самосознания. Программы, как вы понимаете, рассчитываются на один год, и формируются исходя из полученных от министерств и ведомств предложений. Безусловно, при формировании программ, должны быть учтены ресурсные возможности вашего государства, ибо можно много и красиво предлагать, но если на реализацию предложенного нет средств, то такие предложения придется оставить до «лучших времен». Жить нужно по средствам. Необходимо «закупать» только те административные услуги, которые вы можете себе позволить купить, все остальное станет вопросом самоорганизации граждан. Соответственно, не может быть речи о содержании в текущем периоде госаппарата, который может понадобиться в будущем, при наступлении «лучших времен».
Указанные программы, плюс расходы на содержание законодательной и судебной власти, плюс обязательные социальные выплаты, в сумме, дают годовой бюджет вашего дракона.
В результате, в обозначенных программах, должна быть построена иерархия конкретных целей и задач, которые обусловлены их объективной значимостью для защиты и реализации жизненно важных интересов нации и объективными ресурсными возможностями государства.
Такой подход, по понятным причинам, открывает огромные возможности для гражданского общества в плане контроля над государством. И простому гражданину будет интересно, на досуге, взять в руки издание под названием «Программа защиты населения» и, без лишних слов и пояснений, в табличном виде, посмотреть, какой госорган и что конкретно планирует сделать для зажиты сограждан, какого результата планирует достичь и сколько это будет стоять в денежном эквиваленте. Это же намного интереснее чем, читать сухие цифры о том, что, к примеру, на содержание МВД выделено энное количество миллионов. Возникает масса вопросов, — а много это или мало, а почему в МВД именно такое количество персонала? И главное, а в итоге то что? Всем выплатим зарплату. Здорово конечно. А что получим взамен и как это можно оценить? Ведь свои то, кровно заработанные, мы именно так и тратим, а бюджетные деньги, они разве не наши?
И так, имеем четыре программы, утвержденные, скажем, парламентом. Далее, эти программы направляются в министерства и ведомства. Ведомство, после получения программ выбирает из них те позиции, исполнение которых поручено ему. Каждая из этих позиций будет содержать объем бюджетного финансирования. В сумме, ведомство получит свой годовой бюджет. Будут и такие ведомства, которые не найдут своих позиций. Соответственно, ведомство прекращает свое существование. Будут и такие, которые найдут одну, две, три позиции чего будет не достаточно для самостоятельного существования. Значит, с имеющимся бюджетом, придется искать близкое по функциям, ведомство и «вливаться» в его структуру.
Просуммировав свой бюджет и получив конкретную цифру, ведомство должно будет подумать о том, как максимально эффективно его использовать и, главное, решить поставленные задачи. Здесь, ведомству необходимо предоставить максимум свободы, но в приделах бюджета. Конкретный госорган должен самостоятельно определять необходимую для решения поставленных задач численность персонала и размер заработной платы. Безусловно, подавая свои предложения в программы, госорган уже предварительно должен был все просчитать. Но, это не означает, что, получив свой бюджет, госорган не может проделать эту работу повторно, тем более, что все поданные предложения точно не пройдут и расчет сил и средств придется таки произвести повторно, исходя из реального, а не планируемого бюджета.
По мнению автора, государственные структуры должны быть поставлены в такие условия, при которых необходимо постоянно доказывать свою необходимость и эффективность. Они должны бороться за «место под солнцем», в том числе между собой. К примеру, вопрос борьбы с коррупцией. Какие правоохранительные структуры или спецслужбы должны этим заниматься? Ответ простой. Те, кто в текущем году делали это лучше, получат «подряд» и на следующий год. Значит, они смогут развивать эту свою «компетенцию», в том числе путем набора персонала и увеличения заработной платы. Следовательно, наиболее подготовленный персонал из мене успешных структур, потянется к более успешным и все «станет на свои места».
Рынок и ничего другого. Если государство предоставляет нам некие услуги по управлению нашими общими делами, в широком понимании скажем, административные услуги, значит, по возможности, необходимо сделать так, что бы между теми кто, потенциально может предоставить такие услуги, существовала конкуренция. Безусловно, будут и монополисты, но это не означает, что им не нужно постоянно доказывать обществу свою необходимость и эффективность, ведь от этого будет зависеть объем их бюджетного финансирования.
Предложенная постановка вопроса, кроме всего прочего, будет способствовать формированию госструктур как эффективных команд, где каждый чиновник понимает, что от его работы зависит общий результат, который будет определять будущее каждого конкретного чиновника.
Безусловно, сформулированные положения носят достаточно схематичный характер и могут вызвать массу вопросов по частностям и деталям, но ответы будут найдены, здесь важен принцип. Да, это даже не шоковая терапия. Да, это вопрос о судьбах конкретных людей. Но другого пути нет. Вопрос об эффективности государства, или вопрос об эффективности использования общественного продукта, в ближайшее время, станет вопросом номер один. Именно от способности каждой отдельной нации решить этот вопрос будет зависеть ее будущее и будущее человечества в целом.

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика