Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

Листая прессу

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" президент фонда "Либеральная Миссия", бывший министр экономики РФ, научный руководитель Государственного университета Высшей школы экономики Евгений Ясин

25.05.2000
Евгений Ясин
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" президент фонда "Либеральная Миссия", бывший министр экономики РФ, научный руководитель Государственного университета Высшей школы экономики Евгений Ясин


А.КНЯЗЕВА: Традиционно наша беседа построена по хронологическому принципу. Обычно мы обсуждаем этапы большого пути нашего государства, построение его экономики. Но сегодня я бы хотела несколько отступить от традиции и воспользоваться текущими горячими событиями, всем тем, что произошло сегодня в правительстве, где обсуждались поправки к налоговому кодексу. Уже стало традицией делить экономические периоды на периоды до и после кризиса, на периоды до выборов и после выборов. Теперь мы ждем новую программу. У нас была жизнь до экономической программы и после. Чего мы ждем?
Е.ЯСИН: Я бы сказал, что программа – это всего лишь бумага. И я бы не стал разграничивать эпохи на «до программы» и «после программы». Кризис – это дело, действительно, серьезное.. А программа… Я в своей жизни написал много программ и знаю, что после их написания и утверждения обычно ничего не происходит. В данном случае, может быть, будут какие-то отличия, потому что и программу стали выполнять еще до того, как ее прочитал Михаил Касьянов, судя по его заявлению в Думе. Во всяком случае, уже видно, что последний раздел, посвященный реформе государственной власти, уже стал осуществляться. Свидетельством тому стали федеральные округа и наместники президента, пакет законов, который предстоит вскоре рассматривать Государственной Думе. Но в основном, я думаю, можно сказать теперь с уверенностью, что курс либеральных реформ будет продолжен. И это тешит мое сердце. Я знаю, что это не всем нравится, но лично я глубоко убежден, что мы должны доделать начатую работу и только в этом случае мы сможем пожать плоды. Если же мы остановимся на полдороги, то дело будет плохо. Насколько я понимаю, программа, которая до сих пор носила имя Грефа, в основном посвящена тем реформам, тем новым преобразованиям, которые России предстоит пройти в ближайшие несколько лет. Так что единственное мое замечание будет такое: что в более совершенной форме в этой программе представлено то, что предлагалось еще в 97-м году. Тогда правительство младореформаторов предлагали все эти реформы, которые уперлись в парламент и в информационные войны, из-за чего тогда дело застопорилось и закончилось кризисом. Сейчас, я надеюсь, ситуация гораздо более благоприятная.
А.КНЯЗЕВА: На следующей неделе запланирована встреча на высшем уровне между руководителями нашей страны и Америки. Как сказал сегодня экономический советник нашего нового президента Андрей Илларионов, формат встречи будет меняться и мы перестанем выступать в роли просителей, мы будем разговаривать на равных. Как Вы считаете, возможно ли это? Перестанем ли мы просить и можно ли нам не жить в долг?
Е.ЯСИН: Я думаю, что Андрей Николаевич прав в том смысле, что мы в долг брать не можем. Может быть, и хотелось опять что-нибудь попросить. Но если учесть, что мы имеем уже долги объемом в 158,8 млрд. долларов и это больше, чем годовой ВВП (правда, благодаря тому, что была девальвация рубля. Раньше мы имели более сносные показатели)… Тем не менее, я думаю, что нам надо остановиться. И уже это обстоятельство свидетельствует о том, что мы больше не окажемся в роли просителей. А просили мы в основном как раз кредит. Но есть один вопрос, который, мне кажется, должен быть поставлен ребром. Это то, что в свое время было обещано Клинтоном в Хельсинки, когда он встречался с Ельциным – вопрос о вступлении России во Всемирную торговую организацию. И здесь, конечно, мы тоже можем выступать не в роли просителя, а в роли страны, которая потребует от США исполнения ее обязательств. Потому что они обязались содействовать нашему вступлению в ВТО. Между тем, эта практика была немного иная, и американский представитель далеко не всегда руководствовался установками своего правительства, хотя, возможно, были и другие установки.
А.КНЯЗЕВА: Да, стоит вспомнить последние антидемпинговые разбирательства по стали и ряду других наших продуктов. Действительно, в этом можно с Вами согласиться… В одном из своих интервью Вы назвали цифру в 2 триллиона долларов. Именно столько понадобится нашей стране для восстановления промышленности и сельского хозяйства за 25 лет. Из чего Вы исходили?
Е.ЯСИН: Это был расчет, который делался в свое время в министерстве экономики. Делал его очень квалифицированный человек, Юрий Владимирович Белецкий, начальник департамента, пригласите его к себе когда-нибудь. Он владеет методикой. Главным образом, расчет основывался на том, что производственный аппарат России, то есть оборудование и технологии, – все это устарело, все это не обновлялось в течение 10 лет. А мир в это время уходил быстро вперед. И оценки строились на том, каким должен быть процесс обновления оборудования и производственных мощностей с тем, чтобы мы имели мощности, позволяющие нам конкурировать хотя бы в определенных отраслях на внутренних и внешних рынках с нашим основными конкурентами. И вот этот расчет показал, что порядка 2 триллиона 8 миллиардов долларов – примерная стоимость реструктуризации российской экономики. Можно спорить насчет того, насколько правильна эта цифра. Она, кончено, очень приблизительна. Но, предположим, нам нужно не 2 триллиона, а 1,5…
А.КНЯЗЕВА: А где мы будем их брать?
Е.ЯСИН: Как раз эти расчеты сопровождались оценкой того, насколько нам хватит своих внутренних источников накопления. Мы убедились в том, что как минимум 2/3-3/4 от этой суммы мы получим в доходах от нашей экономики, от промышленности, от других отраслей. А остальное – мы должны будем привлекать иностранные инвестиции. Внутренние источники – это прибыль предприятий, это амортизационные отчисления. Если эти амортизационные отчисления действительно отчисляются, то есть вы имеете денежную экономику, там производятся расчеты с отчислениями в реальных деньгах, а не бартером или еще как-то, то это очень серьезный источник. Сегодня-то мы делаем примерно 500 млрд. рублей инвестиций в год – это в основном доходы наших предприятий. Причем сейчас инвестиции начали быстро расти. Я уже боюсь ошибиться или слишком рано радоваться, но у нас рост инвестиций за первые 4 года составил 13%, при объеме роста промышленной продукции на 11%. В докладе, который я презентовал в начале апреля в фонде «Либеральная миссия», мой прогноз строился на том, что мы сначала будем завоевывать доверие, у нас будут низкие темпы роста и низкие инвестиции, будем создавать инвестиционный климат, затем будет период роста инвестиций, тогда инвестиции будут расти медленнее, чем ВВП, и только на третьем этапе будет быстрый рост инвестиций. А потом оказалось, что прямо сейчас этот процесс - опережающий рост инвестиций - начался. Я не уверен, что это будет устойчивой тенденцией, но это ясный факт. Но я его расцениваю следующим образом: реформы, которые все поносили и про которые говорили, что они провалились, начинают приносить плоды.
А.КНЯЗЕВА: Будем надеяться, что они принесут свои плоды. Я напомню, что большая часть поправок ко второй части налогового кодекса была поддержана правительством. Кроме того, Касьянов констатировал удивительное единодушие позиции правительства и депутатов Государственной Думы. И если поправки пройдут все этапы, будут поддержаны депутатами и Советом Федерации, вероятно, следует надеяться, что налоговая нагрузка на наши предприятия уменьшится и это тоже станет источником инвестиций.
Е.ЯСИН: Да, на это можно рассчитывать. Я бы обратил внимание на одно обстоятельство. В этих переменах, которые грядут в нашей налоговой системе, предполагается реализовать принцип равного обложения различных факторов производства. Например, у нас налог на прибыль составляет 30%, сумма налогов на фонд оплаты труда оставляет примерно 41-42%. Если такое неравное положение, то возникают определенные мотивы для того, чтобы уходить от обложения того фактора, где нагрузка выше. И у нас как раз с оплатой труда хуже всего положение. Так вот, сейчас нагрузка на фонд оплаты труда должна снизиться с 41% до 35%, а налог на прибыль тоже будет 35%. Поэтому достигается равная нагрузка, и это позволяет рассчитывать на то, что уход от налогов будет сокращаться. То есть сегодня мы собираем порядка 60-65% от того, что должно было бы быть собрано. А так будет меньше мотивов уклоняться от налогов, тем более что в целом налоговое бремя должно сократиться уже в следующем году примерно на 2% ВВП.
А.КНЯЗЕВА: Скажите как потребитель и как обычный человек, чем для всех нас может завершиться повышение акцизов на бензин? Герман Греф говорил о том, что самый дорогой бензин будет стоить 9,5 рублей, но при этом повысятся зарплаты. Но мы знаем, жизнь показала, что когда повышается бензин, изменяется в цене и все остальное, жизнь становится дороже.
Е.ЯСИН: Сколько вы сегодня платите налогов от вашей заработной платы? Я плачу много – 35% за прошлый год. Я думаю, что многие находятся в таком же положении. Единственное, что спасает – это то, что не все суммы записываются в ведомости. Поэтому мы ведем двойную жизнь: зарплата по ведомости маленькая, налог 12% и т.д. Сейчас в действительности для людей, которые получают зарплату среднюю и выше, налог подоходный сократится. Ставка будет единой для всех и будет составлять 13%. Это не повышение для всех, кто получал низкие зарплаты, и это существенное снижение для тех, кто имел более высокую оплату труда. Расчет на то, что при этом мы будем все записывать в ведомость и все платить. Доход у государства повысится, но и мы не останемся в накладе. Теперь что касается бензина. Во-первых, это не все граждане. Их много, но все-таки и не самые бедные. Во-вторых, бензин у нас существенно дешевле, чем в других странах. И если мы не хотим превратиться в страну, где больше не добывается нефть, газ и не производится электроэнергия, то нам приходится мириться с тем, что цены будут выравниваться. Они будут намного ниже, чем в Европе, но все равно они будут выше. И должны быть выше - чудес в экономике не бывает. Кроме того, говорят: «Сейчас все подорожает из-за того, что подорожает бензин». Может быть. Я хочу сказать, что у нас в последние месяцы инфляция составляла примерно 05,-0,6% в месяц. Может быть, будут какие-то колебания, осенью повысится до 1%. А больше не повысится. Потому что регулируется денежная масса, причем она растет намного быстрее, чем растут цены. У нас растет монетизация экономики, это благоприятные события. И самое главное – мы живем в рыночной экономике. Поэтому цены будут такие, которые соответствуют соотношению спроса и предложения. Больше с нас никто содрать не сможет. Предположим, некая фирма тратит большие деньги на автомобильные перевозки. Значит, платит много за бензин. Эти расходы все равно не составляют больше, чем 4-5% всех ее расходов. Повышение цены на бензин на 20-30% в общей сумме издержек не будет столь существенным. Эта фирма должна будет задуматься, ей захочется сократить свой оборот, потерять часть рынка или оставить прежние цены. Поэтому я не ожидаю сильного повышения цен.
А.КНЯЗЕВА: Переводя на язык потребителей, все мы будем с относительно высокими зарплатами, с относительно средней и доступной ценой на бензин. И я надеюсь, что Ваш оптимистический прогноз все-таки сбудется.

В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» был бывший министр экономики РФ Евгений Ясин





комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика