Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

С либеральной точки зрения

Максим Артемьев

Потешные страсти. Ежемесячное обозрение. Октябрь 2011-го

01.11.2011
Если порой я, приступая к очередному обзору, думал, о чем же написать, ибо политическая жизнь не радовала разнообразием и активностью, то в этом октябре проблема была другая: от чего можно отказаться, дабы не утонуть в фактуре? Перед выборами «движуха», как сейчас принято выражаться, налицо.

Власть наша, чувствуя, что из-под ног начинает уходить почва, показывает чудеса изобретательности – лишь бы ничего не менять. Так возникла откровенно бредовая идея «большого правительства», озвученная Медведевым. В свое время после отмены выборов губернаторов Путин стал инициатором создания Общественной палаты – пятого колеса в государственной телеге. Как с самого начала и утверждали все независимые наблюдатели, палата эта ничего не значит и не решает, и своего предназначения – контроля за правоохранительными органами (о чем было заявлено в момент ее формирования) не выполняет вовсе.
Теперь вот «большое правительство». Такое предложение особенно пикантно звучит в устах юриста. Конституционное право не знает такого феномена, и России, видимо, предстоит стать первопроходцем. Ведь правительство – это орган исполнительной власти, и у всех его компонентов четко обозначенные функции. Даже пресловутый малый Совнарком был рабочим органом, подготавливавшим документы к заседанию обычного Совнаркома.
Как я понимаю, «большое правительство» – такой же предвыборный пиар, как Общероссийский народный фронт. И оба они не то, чем себя объявляют. «Фронт» этот у нас ни народный, ни общероссийский, да и осталась от него одна видимость. «Большое правительство» в представлении Медведева – некий совещательный орган, непонятно кем и из кого формируемый, с самыми неопределенными и расплывчатыми полномочиями. Если его и создадут, будет просто Общественная палата №2 (чуть не написал «палата №6»).
За всем этим ощущается желание власти не допустить свободные выборы. А ведь «большое правительство» затевается как механизм коммуникации с общественностью, привлечения разных политических сил и выявление различных взглядов и подходов к проблемам, стоящим перед страной. Но для этого и существуют выборы! Зачем изобретать велосипед и  сооружать в итоге некую уродливую колымагу?
Впрочем, мой вопрос – риторический. Никакое «большое правительство», советующее и консультирующее, Кремлю даром не нужно. Цель у него одна, технологическая, – победить. А раз по требованиям сегодняшнего дня условием победы выступает расширение «контактов с общественностью», если есть запрос на  привлечение ее к управлению, то почему бы не подурачить эту самую общественность? Убиваются сразу два зайца – кидается подачка электорату и в то же время никаких перемен не происходит, всё под контролем, всё остается как прежде.
Ставка Кремля – по-прежнему на обман, на недопущение независимой политической жизни. Умирая и разлагаясь, власть продолжает  распространять миазмы цинизма – тем самым закладывая мины под будущее России. Ибо сегодняшний двадцатилетний циник (а им стать легко даже без всякой пропаганды «Наших» и «ЕР», достаточно пожить в реалиях современной России) уже никогда не сможет стать в полной мере ответственным гражданином свободного общества. Слишком глубоко в его сознание будет впитано презрение к любым идеалам.

***
Наш дуумвират сделал в октябре несколько публичных заявлений, попахивающих скандалом и, конечно же, допустимых только в неправовом государстве, в обществе, члены которого не уважают друг друга.
Но прежде отметим, что, как уже повелось, лидер «правящей» партии не будет участвовать в предвыборных дебатах. Это непременно утянуло бы партию на дно в любой нормальной стране, только не у нас.  Даже в избирательный сезон, когда недовольство властью и тем, что происходит в России, растет как на дрожжах,  отказ Медведева от дискуссий с оппонентами не вызывает особого гнева у граждан.
 Неучастие политика в дебатах формирует особый  типаж лидера. Саркози и Обама, Кэмерон и Меркель – все они по несколько раз в день, причем отнюдь не только в период предвыборной кампании, должны спорить, отстаивать свои взгляды, убеждать сомневающихся. Неудивительно, что у них вырабатываются соответствующие навыки и культура поведения и взаимоотношений с согражданами. У нашего же дуумвирата все наоборот. Мало того, что два первых лица никогда публично не спорили, они никогда и не проходили путь настоящих политиков, то есть людей, черпающих силу из поддержки избирателей. Путь обоих – быстрая пробежка вверх по административным постам, чиновно-бюрократическая карьера, пусть и не совсем типичная. Отсюда и специфический менталитет, привычка размышлять и действовать в парадигме властной вертикали, где царит принцип «ты начальник, я  – дурак». Отсюда же и нескрываемое пренебрежение к тем, кто внизу, либо недоверие к тем, кто не встроен в вертикаль.
Владимир Путин прямо перед телекамерами разорвал оппозиционную листовку, продемонстрировав, как нужно относиться к чужому мнению, неприятному тебе. По западным либеральным меркам, это было невыносимо грубо, цинично, с вызовом. Но у нас многие сочли данный акт типичным путинским поступком в духе воинственного «мачизма». Мол, так и должен вести себя настоящий «альфа-самец». Это, по-мужски, по-нашенски.
Не отставал по части «крутизны» и Дмитрий Медведев. Вот его слова в адрес оппозиции: «…Те, кто болтают всякую всячину, они ведь ничего не сделали пока! Те, кто обвиняют партию в различного рода нарушениях, в том, что она работает не так, как надо, они сами-то что сделали?.. Мне бы хотелось, чтобы в этот ответственный период мы больше общались с гражданами. Причем не закрывались от критики, а отвечали тем политиканам, которые сами не сделали ничего, а пытаются умничать». В обвинительном пафосе президент забыл, что оппозицию уже десять с лишним лет не подпускают к реальным рычагам управления.

***
Отругав и высмеяв оппозицию, правящая парочка принималась потешать страну. То Путин с Медведевым вместе убирали кукурузу, то учили население играть в бадминтон. Эти акции, как уже стало привычным в последние год-полтора, моментально становились объектом разнообразного пародирования в Интернете. Времена, когда молодежь могла распевать песню «Хочу такого, как Путин», ныне кажутся почти былинными. Siс transit gloria mundi. Вчерашний кумир теперь объект безудержного сарказма. Достаточно заглянуть на страничку так называемых демотиваторов. Премьера и президента там изничтожают безо всяких правил приличия. Чувствуется, что в молодежной среде накопилось огромное раздражение из-за безысходности ситуации.
При этом, конечно, не стоит преувеличивать силу гнева «рассерженных молодых людей». На выборы они ходят неисправно и политикой не живут. Позубоскалили в сети – и ладно. Ничего подобного западному вовлечению в осознанные и спланированные протесты в России не наблюдается. К счастью для Кремля, молодежь у нас пока едва ли не самая надежная опора власти. По крайней мере, так утверждают неангажированные западные исследователи, которые сами ошарашены этим выводом.
С моими предыдущими словами тут противоречия нет. Да, появились юные граждане, которые активно не принимают удушающую атмосферу путинской России. Но таких сравнительно немного, а подавляющее большинство их сверстников составляют конформисты. Более того, и у меньшинства сопротивление носит пассивный характер – дальше карикатур в Интернете оно, как правило, не простирается. Встреча Медведева со студентами в МГУ отразила эти особенности современной российской молодежи. Есть, конечно, по-настоящему неравнодушные ребята, готовые рисковать своим положением и протестовать, а есть и всем, в общем-то, искренне довольные. Но в целом, пожалуй, все же можно утверждать, что, хотя «болото» и преобладает, постепенно намечается сдвиг настроений. Тех, кто за власть, все меньше, а тех, кто против,  – все больше.

***
В связи с быстрым изменением ситуации свершаются стремительные переходы с фланга на фланг. Вчера Лужков был столпом режима, надежным локомотивом-толкачом «единоросов». А сегодня он уже почти в одном ряду с Березовским, без пяти минут политэмигрант, выступает с разоблачениями «Единой России» и Кремля. А Кремль устами Нарышкина напоминает о «запредельном уровне коррупции при Лужкове». И уже Юрия Михайловича вызывают на допрос правоохранительные органы.
Хочется спросить – а где же раньше была администрация президента? Почему, пока Лужков с его уникальным административным ресурсом был нужен, дела против него не расследовались и заминались, а сейчас ему предъявляются такие серьезные претензии? Разве это не двойная мораль, не вопиющее манипулирование законом?
Вслед за Лужковым обрел дар независимой речи и прежний преданный путинский соратник – Виктор Черкесов, выходец из вышеупомянутых органов. Теперь он тоже в числе критиков режима – поскольку баллотируется в Думу от КПРФ. Но стоит ли относиться к его словам всерьез? Прохождение в Думу по спискам коммунистов, конечно, кое к чему обязывает, но кто знает, как будет вести себя человек, попав в парламент. Не сочтет ли себя тот же Черкесов, заполучив вожделенное думское кресло, свободным от «оппозиционных» обязательств? Да и цена его обличениям, вызванным всего лишь обидой на досрочную отставку, невелика. Тем не менее, сам факт, что вчерашний соратник Путина из силовиков, критикует бывшего патрона, весьма показателен.

***
Как бы ни смеялись над «Единой Россией», как бы ни потешались над ее вождями (каждый день тому приносит множество подтверждений), альтернативы ей в сознании избирателей нет. На семинаре «Влиятельность идейных течений в современной России»», прошедшем в конце октября в Высшей школе экономики, руководитель «Левада-Центра» Лев Гудков сказал, что «ЕР» может получить в Думе до 68% мест. И это при том, что рейтинг поддержки персоналий дуумвирата снижается!
Социологи объясняют готовность отдать голоса «единоросам» надеждой избирателей на то, что в случае успехе «партия власти» подбросит народу денег, иначе, мол, вообще ничего не дадут. Я бы сформулировал это иначе – как инстинктивное стремление поддержать власть. Я не раз уже писал, что после бурных событий конца 80-х – начала 90-х годов и дальнейшей драматичной перемены всей жизни люди зареклись участвовать в публичной политике, а особенно выступать против власти. Массовый вывод был сделан примерно такой: «Мы при Горбачеве вышли на улицы, поддержали Ельцина, вопреки желанию ЦК, и что? Жить стало неимоверно трудней,  для миллионов наступила катастрофа. Поэтому пусть нас больше ни во что не втягивают, не хотим думать и выбирать между этими малопонятными партиями. Нам нужен хозяин, чтобы он сидел в Кремле и работал. И человек такой есть – Путин. Да, он не идеален, да, его министры и губернаторы воруют. Но воровать будут всегда, а вот без «царя», без авторитета, нельзя, и 90-е это показали. Поэтому как бы плоха ни была верховная власть – пусть она будет».
Шок от пережитых реформ был так силен, что люди, видимо, оглушены надолго. И в этом оглушенном состоянии они ни к какому осознанному выбору не готовы за исключением одного – любым реформам они предпочитают стабильность.
Сказывается, разумеется, и  результат зачистки политического поля от всех «несистемных» партий. Но хочется отметить еще одно обстоятельство. После презентаций социологов и диаграмм, показывающих, как люди недовольны своей жизнью, как средний класс мечтает о переменах, на фоне  привычных насмешек над «ЕР» и открытого презрения к ней, начинает казаться, что только ткни власть – и она рухнет. Но вот тут и выясняется, что ткнуть-то некому. И дело не только в зачистке как таковой. Дело в том, что оппозиция (а она не обязательно должна быть оформлена в виде зарегистрированных партий и вполне может представлять собой неформальную коалицию самых пестрых сил) полностью разрозненна. Где-то какие-то акции проводятся, но нет и намека на что-то общенациональное, звучное, резонансное. Силы были потрачены в пустопорожних дискуссиях, наподобие того, бойкотировать ли выборы, портить ли бюллетени или голосовать за любую партию, кроме «Единой России».
В итоге к федеральной предвыборной кампании у «несогласных» нет ни лозунга, ни стратегии, ни программы совместных действий. Уточним – речь не идет о «системных» партиях. Они изначально не способны на согласованные шаги в силу своего кремлевского происхождения. Я говорю об оппозиции несистемной. В ней много ярких интеллектуалов и лидеров, но крайне мало способности к конструктивному сотрудничеству, мало прагматизма, усидчивости, умения работать в команде. Нет деловитости и упорства. Судя по всему, избирательный цикл 2011 – 2012 власть пройдет легко и просто.
Правда, легкая победа может знаменовать затишье перед бурей. Киргизский президент Бакиев в 2009 году выиграл выборы с почти девяностопроцентным результатом, а менее чем через год был свергнут в результате волны мятежей. Референдум марта 91-го показал подавляющую поддержку в пользу сохранения Союза, а через полгода ни один человек не вышел на демонстрацию против его роспуска.

***
Накануне перестройки Виктор Цой пел «Перемен требуют наши сердца». Нынешняя попсовая тусовка спустя двадцать пять лет подражает ему. Ксения Собчак, ловко чуя тренд, засняла на видео главу Госкоммолодежи Василия Якеменко, экс-лидера «Наших», обедающего в дорогом ресторане.  Андрей Макаревич, человек достаточно осторожный, но тоже держащий нос по ветру,  выпустил песню «К нам в Холуёво приезжает Путин».
Можно считать и это символом назревающих перемен, а можно –  знаком застоя: верхи живут в свое удовольствие и сами над собой потешаются. Не забудем, что не так давно Макаревич подвергся осмеянию за свою встречу с Медведевым «без галстуков», сочтенную подхалимажем. Возможно, музыкант решил таким образом реабилитироваться.
Куда более свежим и искренним явлением кажется творчество андеграудной группы «Рабфак» с ее хитом «Наш дурдом голосует за Путина», ставшим сенсацией в Интернете. Успех группы – подлинный прорыв гражданской песни после стольких лет засилья попсы. Значит, есть спрос и на  музыку протеста, и на художественное обличение власти; и власть выглядит не грозной, а достойной лишь вышучивания и пародирования. Что ж, осталось дождаться соответствующей реакции наших «мастеров разговорного жанра» – эстрадных юмористов. Появится ли в их репертуаре политическая сатира? Если это случится, как случилось в перестройку, если от высмеивания «тупых американцев» Задорнов перейдет к высмеиванию хозяев Кремля, то за будущее Путина я не дам и рубля.

***
В октябре в Москве прошел митинг под лозунгом «Хватит кормить Кавказ!». На это мероприятие вместе с националистами пришли Навальный и Милов, которые (особенно Милов) считаются либералами. Малое количество участников свидетельствовало, что для народа данная тема не актуальна. Тем не менее, дискуссия о том, стоит ли либеральным и демократическим силам сотрудничать с националистами, или, говоря шире, использовать в своей тактике так называемый  «русский вопрос», состоялась. Сторонники одной точки зрения отстаивают чистоту знамен и видят в муссировании кавказской темы недопустимую уступку националистическим обывательским предрассудкам. Их оппоненты напоминают об опасности маргинализации демократического лагеря, если он не будет откликаться на злободневные вопросы.
Кто прав? Если либералы не будут откликаться на волнующие граждан проблемы, то как они завоюют доверие масс? И вместе с тем, на правом фланге либералы никогда не переплюнут националистов и все равно останутся там чужаками, а заигрывание с националистами чревато самыми мрачными последствиями.
С учетом двадцати пяти лет более или менее свободного обсуждения «русского вопроса» можно сказать следующее. Кто бы и что бы ни утверждал, русский национализм крайне слаб. В девяностые, годы сравнительно свободной политики, ни одна националистическая сила не смогла даже приблизиться к заветному рубежу в пять процентов. Естественно, ЛДПР мы не рассматриваем в данном ряду, как партию изначально прокремлевскую, созданную для того, чтобы дурачить избирателя. Тот, кто не понял этого в 1993-м, не мог не понять в последующие годы; и голосование за нее – что угодно, только не манифестация национализма или державничества.
Не будем вдаваться в объяснение этого феномена, в научной литературе все уже разложено по полочкам. Упрощенно говоря, суть тут в том, что русские, лишившись империи, почувствовали себя беспомощными и беззащитными. Они априори были неспособны к самоорганизации, тем более под националистическими знаменами. Самосознание у них было скорее имперским, нежели этническим. Поэтому их бытовой национализм не перерастает в нечто большее. Споры что о Кавказе, что о «русском вопросе» (в начале ноября состоится традиционный уже «русский марш», к которому тоже хотят пристроиться некоторые демократы)  – буря в стакане воды. Настоящей политики на этом не сделаешь.
Возьмем, к примеру, Москву. То, что она на наших глазах стала типичным мультинациональным мегаполисом, москвичи, может, еще не осознали, но по факту к этому привыкли. Ежедневно я гуляю с ребенком в своем квартале и как нечто обыденное воспринимаю то, что вокруг звучит таджикская, киргизская, узбекская, армянская, грузинская, азербайджанская, китайская, вьетнамская, румынская речь. Кроме того, в нашем дворе (самом обычном московском дворе) можно услышать и такие экзотические языки как хинди, бенгальский, пуштунский, и непонятно какие наречия Африки. У дочери в детсадовской группе едва ли не треть детей из этнических меньшинств. Подрастающее поколение будет воспринимать национально-культурное разнообразие еще проще, чем мы.
Да, шероховатости неизбежны. Но в целом интеграция разных народов, на мой взгляд, происходит весьма успешно. Случаются, конечно, катаклизмы, однако они не определяют ситуацию. Даже в толерантной априори Америке плавильный котел в эпоху великой миграции конца XIX – начала XX веков работал с куда большим трудом. Китайцы, евреи, итальянцы, даже ирландцы встречались обществом весьма неприветливо, и эмигранты первого поколения даже мечтать не могли о том положении, которого добиваются переселенцы в сегодняшней России.

***
То, что ЦИК подтвердил право Владимира Путина на агитацию в «нерабочее» время,  – не удивительно. Как не удивителен и бесконечный пиар «ЕР» с помощью первых лиц по всем телеканалам. В России мало того, что закон трактуется крайне гибко и всегда к выгоде одной стороны, так еще совершенно не действуют другие сдерживающие факторы – общественная мораль и профессиональная этика. На Западе чистоту демократического процесса они оберегают в не меньшей, а то и в большей степени, чем писаное право. 
Поэтому то, что происходит, – давление чиновников, их выступления, в которых даются установки по процентам, необходимым для получения «Единой Россией», судебными запросами не остановить. Заслон административному беспределу можно поставить только при ясно выраженной гражданской позицией миллионов россиян.
И, конечно, смешно слушать слова Путина о том, что «ЕР» после выборов пополнится новыми лицами и что Медведев привлечет в «большое правительство» свежих людей. Что даст смена шила на мыло? Иванова заменят такие же безликие Петров или Сидоров. Даже если в регионах произойдет смена губернаторов, которые правят аж с 1991 года, – как Полежаев или Кресс, – то на их место сядут не менее презирающие гражданское общество  «единоросы». Наверное, эти новые слуги народа будут лучше владеть политтехнологиями и ориентироваться в рыночных структурах. И, несомненно, они с готовностью используют весь арсенал механизмов одурачивания населения для продолжения нынешнего курса. 

Обсудить на форуме





комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика