Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

Листая прессу

Выборы как инструмент

21.08.2013
Орешкин Дмитрий


Главный редактор «ЕЖа» Александр Рыклин, рискну сказать, мой друг. Сколько лет ему пишу – он ни разу не предлагал что-то смягчить либо, наоборот, обострить. Чтоб вписаться в то, что у капиталистов называется «редакционная политика», а у коммунистов «революционная целесообразность». Даже не пытался! Довольно редкий, скажу вам, случай. То есть у человека  репутация абсолютного либерала — на уровне мечты. Точка зрения автора может не совпадать с точкой зрения редакции — и все тут.

Это не мешает нам уже лет десять вежливо переругиваться в печати насчет выборов. Я считаю, что участвовать (ничуть не обольщаясь) надо, а он считает, что участие приравнивается к соучастию. И вот, поскольку дело идет к 8 сентября, у нас очередное сезонное обострение.

Еду в машине, слушаю «Эхо». Рыклин разъясняет Плющеву (и мне заодно) свое особое мнение по случаю Навального и московских выборов.

«Нужно понимать, что единственный у него шанс — это поддержка Москвы; многотысячная активная, я бы даже сказал, в какой-то части агрессивная поддержка Москвы. Если ее не будет, он сядет на пять лет тюрьму точно. Просто — точно!»

Согласен. Навальный идет на выборы — и молодец. Не будь его, был бы стандартный компот с дохлыми мухами. Оставляем за скобками рассуждения о том,  зачем Собянин вытаскивал себе оппонента из кировской кутузки и зачем делился с ним поддержкой ручных муниципалов. Раз вытаскивал и делился — значит, считал политически целесообразным. Равным образом и Навальный принял помощь и согласился  участвовать, потому что счел политически целесообразным. Но уже для себя.

Каждый волен строить конспирологические версии: кто кого использует и зачем.  У меня по этому случаю тоже есть некоторые практические наблюдения, почерпнутые из общения с политтехнологами собянинского штаба, но они все какие-то скучно-приземленные, неинтересные для пронзительного читателя, который меньше, чем на три метра под землю, зрить не желает. Да и речь, в общем, о другом.

Факт в том, что Навальный на выборы пошел. Прекрасно зная им цену. Простите, не дурее нас с вами. И, повторю, правильно сделал. А в терминах Рыклина, значит, стал участником-соучастником. К тому же воспользовавшись подачкой с собянинского стола.  Прошу фанатов с восточной трибуны не  возбуждаться — да, воспользовался. И, опять же, правильно сделал. Ибо участие позволило ему так себя раскрутить, как вряд ли кто предполагал. Политик — это тот, кто умеет развернуть любую ситуацию себе на пользу. Навальный, похоже, умеет.

Думаю, Собянин и его политтехнологи уже локти себе слегка покусывают. Не потому что боятся проиграть (на крайний случай у них всегда найдутся проверенные технологии счета), а потому что геморрой, полученный в результате неожиданного желания изобразить «красивую честную победу», разрастается до размеров поистине исполинских. Вот уже старшим товарищам и Жириновского пришлось подключить, и Доренко. Даже на смирного счетовода Левичева нанесли боевую раскраску и вооружили, за неимением томагавка, болгаркой… То ли еще будет!

Конечно, не надо обольщаться. Реакция демократической общественности  тревожит тружеников собянинского штаба во вторую очередь. В гробу они, вообще говоря, видали демократическую общественность вместе с ее реакцией. Гораздо больше их волнует реакция сверху. А она остра:  «Говорили же вам, козлам, не выпендривайтесь, живите как люди! Мы грамотно выписали Навальному «пятерочку», чтоб у вас, дураков,  все гладко было. Так нет! Подайте вам белый фрак, демократию, состязательность процесса… А нам теперь за вас расхлебывай, перед всем белым светом дверь вышибай…  Одному Жирику сколько отвалить пришлось. Демократы, ити вашу мать! А если он миллион голосов наберет, кто отвечать будет?!»

Ох, неуютно врио мэра Собянину перед желтыми от злости глазами вышестоящего руководства. А ведь всего этого крайне поучительного цирка не было бы, если б Навальный отказался брать подачку и «соучаствовать», как ему советовали бескомпромиссные бойцы либерастического фронта.

Еду дальше, слушаю Рыклина с Плющевым. Стараюсь дышать ровно, скорость не превышать, резко не тормозить. Сдерживаюсь.

 

ПЛЮЩЕВ: Но, значит ли все тобою сказанное — ты вот сказал, для чего кампания и так далее, — что Навальный твой кандидат и ты его поддерживаешь на выборах в Москве?

РЫКЛИН: Я поддерживаю Навального. 

ПЛЮЩЕВ: И голосуешь?

РЫКЛИН: Я не хожу на выборы. 

ПЛЮЩЕВ: Но они же полезные. 

РЫКЛИН: Я не ходил на выборы ни в декабре, ни в марте. Я на эти выборы не хожу. 

ПЛЮЩЕВ: Потому что они выборами не являются.

РЫКЛИН: Совершенно верно. Мне даже оскорбительно, я считаю, что это ниже моего достоинства — извините.

Ага. То есть Навального он поддерживает. И других призывает. Но свой драгоценный голос отдать за него почитает оскорбительным. Потому что очень умный и  точно знает, что «если вдруг что-нибудь они там начнут считать и что-нибудь у них там не будет совпадать — вот, 20 наблюдателей на участок, 50 наблюдателей — они все равно все украдут». Пусть, стало быть, другие голосуют, кто подоверчивее да попроще. Такие, например, как Орешкин, который его слушает с замиранием духа и с трудом удерживается от превышения скорости.

Вот такая вот зараза, либерал моей мечты.

Однако Орешкин, он не обидчивый. Дышит ровно, резко не тормозит. Простоватый малость — это да. Пойдет, дурилка картонная, и все-таки проголосует. Вот из каких детских резонов. Стоп — ГАИ! Все-таки штраф за превышение. У-у-у! Гад буду, заставлю эту вражину с «Эха» компенсировать. Плюс моральный ущерб.

Во-первых, украдут безусловно — однако не ВСЕ. Только некоторую часть. Которая (относительно) будет тем меньше, чем выше окажется явка и больше будет наблюдателей на участках.

Во-вторых, дурак-то Орешкин, конечно, дурак, но все-таки соображает, что путинские выборы (кстати, в отличие от многократно заклейменных умными либералами ельцинских) хотя давно не являются настоящим инструментом формирования  элит, тем не менее, остаются инструментом политического давления на власть снизу. Как минимум заставляют ее шевелиться и оглядываться со своих олимпийских высот на нас, грешных.

Не будь думских выборов 2011 года и сотен волонтеров из «Гражданина наблюдателя» и «Голоса» на московских участках, город бы не узнал, что «Единой России» тогда приписали16-17% процентных пунктов (46,6% вместо реальных 30%), не вывалил бы на улицы и не заставил бы собянинскую команду сегодня вилять умищем, чтобы изобразить кампанию 2013 г. чуть более приличной. Полагаю, не было бы в мэрских списках и г-на Навального.

Не настолько уж мы богаты средствами давления, не настолько аристократы духа, чтобы гордо разбрасываться инструментами, которые нам по закону положены.

В-третьих, масштаб деяния слабовато соотносится с масштабом гордыни.

Одно дело, когда Обама бойкотирует встречу в Москве и вместо этого едет в  Стокгольм. Тут всей прогрессивной общественности понятно, что Гитлеренышем публично подтерлись и повесили на забор проветриться рядышком с г-ном Лукашенко. Ну и правильно — он давно нарывался. Это даже Проханов понимает — не зря же заявил, что Обама теперь пребывает в глубоком нокдауне. Никак, бедняга, не поднимется с колен.

Но совсем другое дело, когда бойкот выборам объявляет такой масштабный политик, как Эдичка Лимонов  (Ну, не могу же я все про своего друга!)

 

            — Яша, ты слышал? Эдуард Вениаминович Лимонов будет бойкотировать выборы!

            — Не может быть, Софочка! Какой ужас! Звони скорей Семену на базу, пусть немедленно продает бумаги «Роснефти» и Газпрома и на все берет соль и спички!

            — Таки прямо на все?

            —  О, горе, горе!  Еще пусть запасет постного масла побольше! Да, и вот еще что.  Найди срочно дядю Фиму, пусть едет в Апрелевку, там в 63-м году давали хозяйственное мыло. Может, еще осталось…

Короче, как выражался Александр Сергеевич Пушкин, комедия о настоящей беде  Московскому государству, о царе Борисе и Гришке Отрепьеве. Чует мое сердечко, не устоит кровавый режим перед угрозой лимоновского бойкота.

В-четвертых, что самое забавное, двадцать лет простодушного эмпирического наблюдения показывают, что тактика игнорирования выборов со стороны либерально мыслящих аристократов всегда была более чем по сердцу этому самому режиму. Чем меньше офисных хомяков доползет до участков, тем выше будет в составе реально голосующих доля так называемого управляемого электората. То есть военнослужащих, пациентов больниц, арестантов, которые еще не лишены права голоса, пенсионеров и бюджетников на коротком поводке. (Кстати, заметили, что наши дальновидные власти вдруг из гуманитарных соображений озаботились восстановлением избирательных прав осужденных? Вот-вот, об этом и речь. Еще плюс почти миллион голосов в составе «управляемого электората». Избиратели в тюрьмах почему-то всегда демонстрирует явку в 100%  и всегда за кого надо. Вторая Чечня!) Но если даже этот подконтрольный  контингент покажет недостаточный уровень сплоченности вокруг любимой вертикали, то при пассивности основной массы дело всегда можно поправить аккуратными точечными вбросами на участках, где процессом руководят особо доверенные  люди.

В отличие от гусарствующих либералов власть — она не гордая.Лишний раз нагнуться не побрезгует. Все, что можно, подберет и в мошну себе положит. Не уставая поддакивать громокипящим протестантам: «Ох, правда,  выборы у нас воровские. Да и сами мы не слишком симпатичные. И вообще политика дело грязное. Так что вы, голубчики, лучше уж сидите себе на интернет-кухнях, ругайте нас, сволочей, на чем свет стоит. Только не мешайте голоса считать по-нашему. Так уж свет устроен, не взыщите, родные…»

Так что же делать страдальцам демократии и либерализма?!

А не выпендриваться. Не ждать, пока дяди сделают вам честные и прозрачные выборы, не прикрывать свою аристократическую лень и брезгливость красивой фразой. Собрать стальную волю в кулак, оторвать белое тело от любимого дивана с компьютером и сходить-таки на участок. А еще лучше — записаться в наблюдатели, чтобы еще сузить простор для жуликов. Вот здесь, например: www.nabludatel.org. Небось, от вас не сильно убудет. А уж потом, воротившись в привычный круг, пожалуйста, сколько вашей негодующей душе угодно, пишите разоблачительные тексты, ходите на марши и пикеты,  клеймите режим и призывайте к немедленному преобразованию Москвы-реки в Темзу и Охотного ряда в  Вестминстер. Одно другому, на мой крестьянский взгляд, ничуть не противоречит. Уж извините  за наивность.

Теперь несколько конкретных соображений. Навальный, как к нему ни относись (я, например, отношусь настороженно), молодец уже тем, что взорвал инерционный сценарий и стратегию низкой явки, которая с лужковских времен ловко использовалась московской бюрократией для получения нужных электоральных цифр.

Бескорыстная активность сотен (теперь уже тысяч!) наблюдателей отрезала у администрации самый простой и надежный механизм «улучшения» итогов — так называемый ночной фальсификат. Это когда результаты внаглую переписывались ночью, после того как члены комиссий с положенными им по закону копиями протоколов уже разошлись по домам, но данные еще не введены в ГАС «Выборы». Результатом, в частности, стало то, что в Москве на президентских выборах Путин набрал лишь 47%.  Для сравнения: в Питере, где, по данным «Сводного протокола» Лиги избирателей, ночной фальсификат практиковался на каждом седьмом участке, у него получилось 58,8%.

Понятно, остается еще дневной фальсификат. О нем говорят чаще, ибо он творится на глазах, — но суммарная его урожайность заметно ниже. Ночью для отмороженного председателя участковой комиссии (таким, повторю, в Питере был один из семи) нет проблем приписать хоть 300, хоть 500 голосов. А днем  труднее. Все эти вбросы, «карусели», «голосования по непрерывному производственному циклу» и прочие инновационные открытия дают в полтора-два раза меньший приварок. Тем более Собянину хочется выглядеть чистым.

Вот и хорошо. Такое желание тоже не с неба упало, а вытребовано московскими протестами. У себя в Тюменской области тот же Собянин, в бытность главой президентской администрации, обеспечил в 2007 году 73,6% за «ЕР», а в 2008-м — 78,9% за Дмитрия Медведева. Результат почти кавказский. То есть мужчина отлично понимает, как машинка работает и как от нее добиваться нужных показателей. Но тут — Москва, а не Тюмень, приходится приспосабливаться. Понятно, его мастера электоральных дел прекрасно знают, что победа — понятие абсолютное, а чистота — понятие относительное.  Поэтому, кивая умной головой и глядя честными глазами в суровые очи мэра, они  в мозжечке быстренько прокручивают варианты, каким именно образом начальнику и невинность соблюсти, и голоса приобрести. Дневных вариантов осталось не так уж много.  Но остались. Из них главный — голосование на дому.

Тоже не бином Ньютона и не бозон Хиггса. Взял урну, отбился от наблюдателей, отошел за угол, впихнул пару сотен липовых бюллетеней — и вот вам результат! Ловкость рук и никакого мошенства. Наоборот, сердечная забота об инвалидах, болящих и прочих страдальцах, лишенных возможности (а часто и желания) лично добрести до избирательного участка. В иное, не электоральное, время эти люди интересуют власть существенно меньше — но такова уж жизнь.

Что делать наблюдателям? Настаивать, чтобы в соответствии с законом на участках были составлены поименные реестры лиц, заранее обратившихся в комиссию с просьбой обеспечить  голосование на дому. Обычно на среднем московском участке таких обращений бывает не более 20-30. Если выходит более 50, дело уже пахнет мухляжом.  Уверен, найдутся такие участки, где на дому (за кого надо!) проголосуют 100 и более человек. А куда денешься, если заявлены честные выборы и от привычных автобусов  с таджиками велено отказаться?! Ох, тяжела ты, шапка председателя избиркома…

Само собой, наблюдателям следует непременно встревать в выездные бригады — пусть, как требует закон, ходят по подъездам и достают реальных пенсионеров. А то ведь интересно выходит: если положить на средний визит по заявленному в реестре адресу хотя бы десять минут, то на 100 голосов уйдет как раз два рабочих дня — 16 часов без перерыва. А эти стахановцы порой за часовую прогулку собирают до 200 волеизъявлений…

Если плотно следить за шаловливыми ручонками, максимум, чего они смогут добиться — 50 сверхплановых голосов на участок. Если при этом  «вживую» на участке проголосовало, допустим, 1000 человек, получается максимальный приварок в 5%. Тоже, конечно, не пустяк. Но, во-первых, далеко не на каждом участке. Во-вторых, без привычных вбросов и каруселей на одних инвалидах далеко не уедешь.

Так что при грамотно организованном контроле, хорошо подготовленных наблюдателях и достаточной активности реальных избирателей Москва действительно  может обеспечить себе не идеальные, но самые честные за последние 10-13 лет выборы.

А там посмотрим. Собянин — значит, Собянин. Митрохин — значит, Митрохин.  Навальный — значит, Навальный. Главное, чтобы инструмент работал.

Сейчас «Гражданин наблюдатель» в союзе с «Новой газетой», «Голосом» и другими группами электоральных активистов готовит проект Народного избиркома. Нечто вроде альтернативной ГАС «Выборы» — открытой для всех желающих, прозрачной и потому более оперативной. И, что интересно, в тысячу раз более дешевой. Честно сказать, практически бесплатной. Компьютеры свои, телефонная связь своя, кадры тоже свои. Никаких бюрократических инноваций. Правда, она вообще обычно бывает  проще и эффективнее жульничества. Поэтому ее многие и не любят.

Так что дорогой товарищ Рыклин! Давай, кончай умничать и приходи на участок. А то я на гаишных штрафах разорюсь. Мы постараемся сделать так, чтобы твой голос не украли. Ну, как минимум, чтобы не украли весь целиком. Как там сказано в «Полете над гнездом кукушки»? Я хотя бы попытался…





комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика