Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

Листая прессу

Навстречу продразверстке

27.02.2015
Юлия Латынина

Регулирование цен на продукты может оказаться скорее политически мотивированным, нежели экономически целесообразным

Сетевые магазины на два месяца заморозят цены на социально значимые продукты, а аптеки — на жизненно важные препараты — таковы экономические реалии нашей вставшей с колен России.

Трудно сказать, насколько эти обещания можно воспринимать всерьез. Строгость российских законов, как известно, нивелируется их неисполнением, и к тому же эти заявления последовали после того, как цены уже выросли, а рубль — более-менее стабилизировался.

Тем не менее тенденция налицо: власть в разгар экономического кризиса переходит от одной популистской меры к другой, а венцом популизма всегда являлось регулирование цен.

К чему экономически приводит регулирование цен — совершенно понятно. Оно приводит к тому, что регулируемые товары исчезают из продажи. Так было в Париже в 1792 году, во время «законов о максимуме». Так происходит в Венесуэле сейчас.

Куда интересней, к чему политически приводит регулирование цен. А именно — к общественной истерии, в ходе которой бизнес и торговля, то есть, собственно, те, кто производит товары и доводит их до покупателя, вдруг объявляются врагами народа, а власть, чья политика и повинна в исчезновении товаров, — спасителем и заступником.

В Париже в 1792 году толпа никак не могла поверить, что хлеба в городе нет, потому что власть печатает стремительно обесценивающиеся ассигнации и заставляет продавать хлеб по фиксированной и трижды убыточной цене. Во всем были виноваты враги народа, специально прячущие муку, чтобы помогать контрреволюции.

В Венесуэле сегодня правительство посылает в магазины армию. Солдаты стоят у прилавков и смотрят, чтобы проклятые буржуи продавали товар не абы как, а по цене, предписанной великим и мудрым президентом Мадуро, который беседует с духом Уго Чавеса, являющимся ему в виде птицы. Когда товаров нет — а их нет, — то дело, разумеется, не в Мадуро. А в контрреволюционерах, которые по заданию проклятых американских империалистов хотят разрушить боливарианскую революцию.

Российский розничный рынок поразительно развит. Откровенно говоря, супермаркетами российские спальные районы насыщены куда больше, чем европейские, и происходит это за счет низкой стоимости рабочей силы (в подсобках — мигранты) и далеко не всегда рыночных арендных ставок.

Российская розница явно сейчас находится не в лучшем положении. Мигранты съезжают, заводы стоят, потребление падает. По сравнению с январем 2014 года в январе этого года продажи свежих овощей упали на 42%, фруктов — на 33,1%, молока — на 9,8%, сыров — на 25%, мяса — на 22,3%, рыбы — на 46%. На фоне этого сети и без того не поднимают без нужды цен: в условиях острой конкуренции это просто невозможно.

Как ни выросли цены на еду — они выросли куда меньше, чем доллар. С августа 2014 года по февраль 2015-го мука подорожала на 12,7%, масло — на 10,22%, пшено — на 12,22%, рыба — на 23,24%, подсолнечное масло — на 18,86%. Иначе говоря, невооруженным взглядом видно, что цены растут медленнее, чем продажи падают. И что лучшим регулятором цен, как всегда, является рынок. Проверки не способны понизить цены. Они способны только их повысить, учитывая аппетиты проверяющих.

Как я уже сказала, вполне возможно, что нынешняя попытка регулирования рассосется сама собой. Или исчезнет с прилавка сорт сыра, которому не повезло попасть в «социально значимые», а рядом в изобилии будут лежать десятки других сортов.

Но есть, к сожалению, и более печальная возможность. Российская экономика — в глубочайшем кризисе. По всей России заводы стоят, и вынужденные отпуска с сохранением двух третей заработной платы рано или поздно начнут сменяться увольнениями. Строительство остановилось — это значит, что остановятся и все смежные отрасли, от производства бетона до добычи щебня. Кредитная система парализована — никто не будет брать кредиты под 35% годовых, даже в рублях. Сокращение штатов в госучреждениях и покупательной способности пенсий — неизбежно. И то, что мы имеем сейчас, — еще цветочки по сравнению с тем, что мы будем иметь в 2016 году.

В этих условиях борьбы «с украинскими фашистами» и «проклятой Америкой» для власти может оказаться недостаточно. Как наркоману требуются все большие дозы наркотика, так Кремлю, чтобы удержать рейтинг, потребуются все большие дозы «борьбы».

И вполне может настать момент, при котором Кремлю будет жизненно важно объяснить обывателю, что есть нечего не потому, что рухнула экономика, а потому, что враги народа прячут от народа товары, чтобы подорвать власть лидера и вождя.

Поразительным образом в СССР такое объяснение было невозможно, потому что магазины были государственными, а не частными, а вот в современной России оно возможно вполне.

После того как Кремль решил подражать исламистам, которых, как известно, со всех сторон атакует растленный Запад, чтобы скомпрометировать мирный ислам, ему может показаться соблазнительным подражать и Венесуэле, где вот уже который год в магазинах пусто, а популярность президента Мадуро нисколько не падает, потому что народ знает, что магазины пустые из-за врагов.

С точки зрения экономики обвинения в том, что «враги народа» куда-то подевали продукты, является следствием регулирования цен. Но с точки зрения власти, помешанной на сохранении контроля над обществом любой ценой, борьба с целым новым классом врагов, прячущих от народа продукты, может стать целью, для которой цены и регулируются.

Постоянный адрес страницы: http://www.novayagazeta.ru/columns/67429.html





комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика