Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

Дискуссия Молдова

Эмиль Паин:

Не думаю, что мы сегодня отгадаем загадку Молдовы. Мы после каждого сюжета задаемся одним и тем же вопросом: почему в одних и тех же странах с одними и теми же выпускниками МГИМО во главе их возникают в одном случае несменяемые режимы, а в другом – люди доверяют выборам, происходит смена. Вы сказали об особенностях молдавской этничности, а вот в Приднестровье те же живут молдаване.

Алла Язькова:

Там одна треть молдаван, одна треть украинцев и одна треть русских. Кроме того, обратите внимание на преемственность поколений. В свое время я встречалась с одним очень пожилым человеком, который мне рассказывал, что он был в свое время руководителем так называемого «закордота». И вот этот закордот был для того организован, чтобы перебрасывать коммунистических руководителей через Днестр. Понимаете, и вот это чувство осажденной крепости и необходимости все время давать отпор – это Приднестровье, это совсем другой менталитет.

Эмиль Паин:

Ну, может быть, есть ответ. В одной части государства Молдовы два десятилетия существовал несменяемый Смирнов, почти как азиатский лидер, а в другой части все-таки режимы меняются.

Аркадий Липкин:

Скажите, пожалуйста, если сравнивать Молдову с Прибалтикой, параллели будут сильные или нет?

Алексей Гарань:

У меня вопрос по поводу заявления Бэсеску о воссоединении. Я хотел уточнить, в какой форме это делается. То есть это когда-нибудь, в перспективе, когда Молдова станет членом ЕС, или как? И как на это реагирует Европейский союз?

Алла Язькова:

По поводу заявления Бэсеску. Ничего здесь туманного нет, здесь есть прямые заявления. 22 июня 2011 года Бэсеску заявил, что если бы он в свое время был на месте маршала Антонеску, то он тоже отдал бы приказ «выступить в союзе с гитлеровской Германией и освободить Бессарабию». Нашей официальной реакции на это заявление не было. Европейский союз временами немного журит Бэсеску. С внеочередным визитом приезжала в 2010 году А. Меркель на один день в Бухарест, чтобы выяснить отношения с Бэсеску, но, в общем, нет такой прямой реакции. Здесь, по-видимому, играет роль не столько Европейский союз, сколько НАТО и Соединенные Штаты, которые используют Румынию в качестве плацдарма, нацеленного на Южный Кавказ и Ближний Восток. Румынский президент об этом заявлял неоднократно и соответственно подтверждал свое желание выступать в такой роли, поэтому он может многое себе позволять.

Теперь что касается Приднестровья. Россия тут играет, наверное, не самую лучшую роль, потому что, что касается Смирнова, то убрать его, на мой взгляд, давно необходимо было.
На президентских выборах в декабре 2011 года Россия поддержала Александра Каминского, который заявлял о своей полной лояльности Москве, и опять проиграла. С большим перевесом победил Евгений Шевчук, лидер приднестровских предпринимателей, который может пойти и по пути переговоров с Молдовой, и не так уж сразу же выполнять все пожелания Москвы. Что из всего этого получится, пока трудно сказать.

Про Прибалтику. Совсем разные, на мой взгляд, ситуации. С самого начала, имея активную поддержку Запада, и прежде всего Соединенных Штатов, прибалтийская оппозиция не признавала присоединения к Советскому Союзу, и сейчас это присоединение называется оккупацией. Вместе с тем они сумели достичь большого прогресса и в экономической, и в политической сфере. С Молдовой ситуация иная. В Молдове никто не говорит, что она была оккупирована, никто не подвергает сомнению ее вхождение в состав Советского Союза на основе Парижского мирного договора 1948 года. Оппозиция, конечно, вспоминает пакт Молотова – Риббентропа и 1940 год, но все-таки юридическим основанием признается Парижский мирный договор, и никто его не опротестовывает. В этом разница. И, как я себе представляю, понимая необходимость тесных торгово-экономических связей с Россией, ни один из молдавских руководителей, ни одна из общественных организаций или партий не пойдет на какую-либо конфронтацию с Россией.

Евгений Ясин:

Еще один вопрос. Здесь как раз заходил разговор относительно того, как же получается, что Молдова имеет значительные силы, тяготеющие к Румынии, а Приднестровье – это как бы русский бастион? Думаю, что не только потому, что во главе Приднестровья находился Смирнов. Нет ли определенного структурного сходства между Молдовой и Приднестровьем, с одной стороны, и Украиной левобережной и правобережной – с другой? Моя аспирантка недавно проводила очень интересное исследование «Католицизм и православие на Украине». Получается так, что индустриальные районы расположены на востоке, они большей частью на Украине православные. И на западе имеются определенные аналоги, ориентированные в большей степени на Запад. Нельзя ли провести такую параллель, ведь Приднестровье – это индустриальный район, более развитый, чем остальная Молдова? Может быть, есть какие-то культурные основания для этой специфики Приднестровья по сравнению с остальной Молдовой?

Алла Язькова:

Я уже говорила о том, что исторически совершенно по-разному развивались Приднестровье и Молдова, по крайней мере до Второй мировой войны. И именно на территории Приднестровья была образована Молдавская советская социалистическая республика для того, чтобы, когда Бессарабия войдет в состав СССР, было бы с кем объединиться. По замыслу Сталина, Приднестровье должно было стать основным ядром Молдовы. В годы советской власти в Приднестровье были созданы основные промышленные предприятия и Дубоссарская ГЭС, которая снабжала электроэнергией не только Молдову, но также и часть балканских стран, и это способствовало экономическому подъему республики.

Теперь о том, что касается менталитета. Конечно, здесь нет таких конфессиональных различий, как между Восточной и Западной Украиной, поскольку Западная Украина – это частично униаты, частично другая православная епархия. В Молдове этого нет. В Молдове вообще нет конфессиональных различий, в том числе и с Приднестровьем. Но главное, что вызывает у приднестровцев опасение, и это подогревается постоянной пропагандой, это то, что Молдова может объединиться с Румынией, а приднестровцы категорически не хотят входить в состав Румынии. Кроме того, был вооруженный конфликт 1992 года, после чего в Приднестровье были введены российские миротворцы, но ведутся переговоры об учреждении интернациональной миротворческой бригады. После недавнего инцидента на Днестре Россия должна будет пойти на очень большие уступки для того, чтобы Молдова оставалась единой. Это очевидно. Совершенно другой вопрос, почему и чем объясняется такая политика России, но она такова на самом деле.

Поэтому здесь, отвечая на ваш вопрос, по-моему, все-таки трудно провести аналогии с Западной Украиной.

Эмиль Паин:

У меня несколько другой ответ на роль культуры в определении политических особенностей. Они связаны не столько с этничностью и религией, сколько с опытом. Есть огромное сходство между Молдовой и Прибалтикой, причем коренной Молдовой без Приднестровья. И та и другая территории были присоединены к Советскому Союзу в 1939–1940 годах. То есть опыт жизни в парламентском государстве у этих государств был.

Что касается роли агарной территории, то это холодильник. Аграрные территории, как правило, дольше, чем урбанизированные, хранят культурные традиции. В этом смысле есть определенное сходство между аграрной Молдовой и аграрной Западной Украиной.

Алла Язькова:

Что касается аграрного холодильника, тут я с вами согласна. Что же касается присоединения прибалтийских стран и Бессарабии к СССР в 1940 году, это разные вещи. Другое дело, что основой и того, и другого послужил пакт Риббентропа – Молотова. Прибалтийские республики в период между мировыми войнами были действительно независимы. А Бессарабия независимой никогда не была. Она была уездом в составе Румынии, причем второстепенным уездом. К бессарабцам румыны относились как к второстепенному населению. Румынская администрация достаточно жестко расправлялась с молдавскими крестьянами, и не случайно, что сельские жители Молдовы и тогда говорили, и теперь говорят, что они не румыны, они молдаване.

Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика