2020: трудовые мигранты в РФ

Миграция+

В конце года принято подводить итоги. Попробую и я это сделать относительно иностранной миграции.

Вне всякого сомнения, главным фактором, который определял тенденции миграции в России в 2020 году, стала пандемия вируса ковид-19 и связанные с нею последствия – экономический кризис и радикальное изменение практик социальной жизни. Пандемия привела закономерно к миграционному кризису, третьему по счёту за последние годы: первый был в 2009 г. и второй в 2014-2016 гг., в обоих случаях падение курса рубля на фоне разных экономических и политических пертурбаций привело к падению заработков иностранных мигрантов и выезду их части из России. Каждый раз после кризиса происходило восстановление: после первого кризиса численность иностранных мигрантов не только восстановилась, но и достигла своего пика в 2013-2014 гг., тогда же пика достигли и денежные переводы; после второго кризиса восстановление шло медленнее и только в 2019 г. мигранты приблизились (по разным странам с разной степенью) к показателям 2013-2014 гг. 2020 год вместо того, чтобы показать новый миграционный рекорд, опять обрушил восходящую миграционную динамику, ещё раз подтвердив, что миграция – это не линейный и всё время растущий процесс, а циклический со своими спадами и подъёмами.

Каждый кризис имеет свои особенности, по масштабу и продолжительности, не говоря о страновой специфике. Особенность кризиса 2020 года состояла в его скоротечности, в том, что он сопровождался относительно небольшим падением курса рубля, всего на 20% по сравнению со 100% в 2014-2016 гг., в том, что кроме экономических для мигрантов возникли социально-эпидемиологические риски, и в том, что прежняя практика относительного свободного пересечения государственных границ была сильно ограничена. Как эти факторы меняли планы и мотивацию мигрантов, их повседневность и практики – учёным ещё предстоит изучить и осмыслить. Сейчас же я очень кратко охарактеризую некоторые самые общие последствия.

Сначала о численности мигрантов в России. По этому вопросу возникла некоторая – для кого-то, наверное, горестная, а для кого-то радостная – информационная паника, связанная с утверждениями, что число мигрантов сократилось на 40%  или даже на 50% . Опубликованные только что полные данные МВД  показывают несколько иную картину. Общее число иностранцев, находящихся на территории России (включая туристов, трудовых мигрантов, беженцев, учащихся и любые другие категории) сократилось в течение года с 10,3 до 7,8 млн человек, или на 24%. Общее число граждан из стран СНГ сократилось, соответственно, с 8,5 до 6,2 млн человек, т.е. на 27% по сравнению с декабрём 2019 года. Надо, правда, учесть, что не всё это сокращение связно с пересечением российской границы в обе стороны и что примерно 450-500 тыс. иностранцев (из них 2/3 из Украины) в течение года приняли российское гражданство, выбыв из графы «иностранцы» . По отдельным странам это сокращение имело разную динамику. Меньше всего сократилось число граждан Беларуси – на 9%, далее по возрастающей: Таджикистана и Кыргызстана– почти на 19-20%, Узбекистана — на 27%, Азербайджана и Армении – на 28-29%, Казахстана и Молдовы – на 33%, Украины – на 39% (но напомню, что значительная украинских граждан приняла гражданство России). В нынешнем числе мигрантов из стран СНГ мигранты из стран Средней Азии (исключая Казахстан) составляют 50%, примерно так же, как и год назад.

Такое сокращение, в среднем 25%, числа иностранных граждан из стран, откуда в Россию едут преимущественно трудовые мигранты, хотя и меньше почти в два раза объявленных 40-50%, является самым значительным за последние десятилетия. В относительных показателях оно сопоставимо с сокращением 2014-2016 г., а в абсолютных превышает его, так как тогда уменьшение числа одних иностранцев было компенсировано переездом в Россию значительного числа жителей Украины по известным всем причинам.

Особенностью миграционного кризиса 2020 г. является тот факт, что причиной уменьшения числа иностранных мигрантов стал не только экономический кризис. Как показывают данные Центрального банка России за 3 квартала 2020 г., изменение объёмов мигрантских переводов, а значит и заработков мигрантов, носило менее драматический характер, чем в 2014-2016 гг., когда они обвалились вдвое. После некоторого спада в апреле-июне нынешнего года переводы (и, видимо, заработки) стали расти, несмотря даже на уменьшение числа самих мигрантов. Общее падение переводов в страны СНГ уменьшилось по сравнению с тем же периодом 2019 г. на 16,5%, с 9,5 до 7,95 млрд долларов США, из которых 70% предназначались странам Средней Азии, и даже по ним ситуация выглядит неодинаково: в Узбекистан переводы уменьшились на 10,5% к такому же периоду 2019 г., составив 3,1 млрд долларов США, в Кыргызстан — 13,5% (1,26 млрд долларов), в Таджикистан — на 37% (1,25 млрд долларов), впрочем такое большое падение переводов в последнем случае надо оценивать осторожно, так как какая-то часть переводов в эту страну идёт, возможно, минуя официальный учёт.

Разрыв между большим сокращением числа мигрантов и относительно мéньшим сокращением переводов подсказывает, что причиной выезда иностранцев были не только экономические неурядицы (падение курса рубля, сокращение заработков и рабочих мест), но и опасения, связанные с заражением вирусом и неполучением надлежащей медицинской помощи, доступ к которой в России у многих трудовых мигрантов сильно ограниченный. Несмотря на закрытие границ, иностранцы использовали самые разные способы покинуть Россию – чартерные рейсы самолётов, выезд через Беларусь и другие страны, поезда и другой транспорт, которые продолжали курсировать между странами в особом режиме. Оставшиеся в России трудовые мигранты стали искать возможности в сохранившихся сферах труда и в появившихся/расширившихся новых, таких, например, как услуга доставки. Мигранты также постарались оптимизировать и максимально снизить свои расходы. Главной же стратегией стала активизация социальных мигрантских сетей, основанных на родстве, землячестве и вероисповедании, эти сети позволили оказать поддержку наиболее уязвимым группам за счёт разных видов благотворительности и перераспределения ресурсов.

Как показала история предыдущих кризисов, трудовая миграция в Россию после некоторого спада опять будет набирать силу и постепенно восстановится. Это объясняется наличием фундаментальных факторов, которые с одной стороны выталкивают людей в миграцию и с другой стороны притягивают мигрантов. К ним относятся в первую очередь экономические и демографические факторы: российский рынок труда большой и предлагает более высокий уровень заработков, чем в соседних странах СНГ, при этом демографическая ситуация в России отличается от той же Средней Азии, где рост населения намного опережает рост зарплат и рабочих мест. Нельзя не учитывать и то обстоятельство, что массовая миграция раз начавшись набирает свою собственную инерцию, превращается в социальную норму и принятую стратегию поведения. Нет никаких оснований считать, что эти факторы перестанут действовать и после кризиса 2020 г., даже если сам этот кризис продлится какое-то время в 2021 г. Уже сегодня, хотя пандемия ещё в полном разгаре второй волны, экономика начинает восстанавливаться и испытывает дефицит работников, в том числе из-за уменьшения числа трудовых мигрантов.

И последнее, что я хочу сказать. Опыт миграционного кризиса 2020 г. показал, я убеждён, то направление, в котором вообще должно происходить регулирование миграции. Ещё в апреле был принят президентский указ, который временно позволил иностранным гражданам из стран СНГ работать без патентов, освободил иностранных работников от необходимости платить авансовый платёж за уже имеющиеся патенты и запретил все виды наказаний за административные нарушения. В июне и сентябре действие указа в основном было продлено. Недавно вступила в силу модифицированная версия указа и продлила чрезвычайный миграционный режим ещё на полгода – до июня 2021 года. На время пандемии и кризиса была выбрана либеральная тактика более упрощённой схемы получения миграционных статусов и снижения репрессивности миграционного регулирования. И, хотя прописанные меры декларируются как ситуативные, у меня нет сомнений, что они могут стать основой для стратегического управления миграцией, повысить долю легальных/регулярных мигрантов и обеспечить их доступ к государственным социальным институтам, сократив таким образом уязвимость самих мигрантов и риски конфликтов и коррупции. Этот урок 2020 года мне видится самым важным.

 

Поделиться ссылкой:
0