Взаимодействие бизнеса и власти

Семинары проекта «Я-ДУМАЮ»

Дмитрий
Борисович Зимин

Почётный
Президент ОАО «Вымпелком», основатель благотворительного фонда «Династия» 

Дмитрий Зимин:

Когда
умер Сталин, мне было 20 лет. Я помню дела врачей-отравителей, сталинский
террор, хрущёвскую оттепель, брежневский застой, с Горбачёвым я лично знаком
сейчас, не в те времена, горбачёвская перестройка, путинская реакция, да, есть
с чем сравнивать. Я в этом помещении выступаю не в первый раз, я всегда
рассказываю истории «Вымпелкома», как создавался бизнес, как было несколько
событий, когда только чудо нас спасло. Буквально, полшага, и не было бы
«Вымпелкома», это было много лет тому назад и частично описано в моей книжке,
которая имеется в интернете. Давайте я сейчас попробую рассказать вам, что меня
больше интересует, и про те мероприятия, в которых мне приходилось участвовать
и слушать умных людей, даже пытаться самому выступать, может, вас эти темы тоже
заинтересуют.

Вот
какие события были совсем на днях. Недавно ряд исторических организаций, в том
числе наша Государственная Дума, отмечали годовщину парламентаризма в России.
Кстати, день рождения парламентаризма, по-моему, 27 февраля 1906 года. То, что
27 февраля, чётко помню, почти мой день рождения, а год могу путать. Совсем на
днях Дума, Архивное управление, проводили мероприятие, меня пригласили, и
отмечали некий юбилей Александра Ивановича Гучкова. Он был последним
председателем Государственной Думы, который принимал отречение Николая II, который был министром Временного правительства и
сыграл большую роль. Почему меня приглашают? Я там пятая вода на киселе в
родственниках. Моя бабушка Вера Николаевна Зимина в девичестве была Гучкова,
доводилась ему двоюродной сестрой, семейство это в основной своей массе было
уничтожено. У неё было два сына, один из них мой отец. Отец мой был арестован,
когда мне было два года, я не помню. Мама это скрывала, я нигде в анкетах это
не указывал. Я писал, что отец умер в 1935 году, а он действительно, в том же
году умер в лагерях. То, что он умер в лагерях, я  не писал. Родственников за границей не имел, а
с Гучковыми я в приятельских отношениях. Они с Ясиным тоже знакомы, сын
Александра Ивановича и его внук, который банкир в Швейцарии. Если бы я хотя бы
раз написал, то не видать бы мне радиотехнического факультета Авиационного
института. Не работал бы я в институте Минца, где я был начальником отдела,
стал лауреатом государственной премии за участие в создании системы ПРО Москвы.
В известной мере я состоялся по недосмотру Советской власти. О парламентаризме
и о великом человеке Александре Ивановиче Гучкове, который возглавлял партию
октябристов, было сказано много всяческих тёплых слов, также в адрес его
семейства. А я подумал вот насчёт чего. Человек, конечно, великий. Вы знаете, с
чего начался распад, уничтожение нашей страны, которая вчистую проиграла XX век, развалилась? С чего всё это началось? Какой
день можно считать началом конца? Таким днём было вступление России в 1914 году
в войну, абсолютно ненужную России. Сам Николай II
не очень хотел в неё влезать, даже такая мрачная фигура, как Распутин, тоже не
хотел в неё влезать. Но вместе с тем была политическая истерика всех структур
общества, в том числе и партии моего дальнего родственника Гучкова, которые в
угаре патриотизма втянули Россию в абсолютно гибельную войну. В связи с этим, я
вспомнил и хочу вам напомнить несколько мыслей о так называемом патриотизме,
которые высказывал Лев Николаевич Толстой: «Патриотизм есть ложное чувство
превосходства, разжигаемое в народе правительством с корыстными целями. Мне уже
несколько раз приходилось высказывать мысль о том, что патриотизм в наше время
есть чувство неестественное, неразумное, вредное, подчиняющее большую долю тех
бедствий, от которых страдает человечество. Чувство это не должно быть
воспитываемо, а напротив, подавляемо и уничтожаемо всеми зависящими от разумных
людей средствами». Я надеюсь вызвать какую-нибудь дискуссию, а вначале хочу
сказать собственное мнение. Да, вначале крушения России была патриотическая
истерика в 1914 году, которая втянулась в совершенно ненужную ей войну. Я
вначале не понял этой фразы Толстого в более раннем возрасте, вроде святое
чувство, а потом я стал это дело понимать. Любовь к родине есть в значительной
роли чувство не социальное, а биологическое. Свою родину, место, где родились,
любит весь животный мир. Некоторые представители животного мира могут
размножаться только в том месте, где они родились, например, рыбы. Известно,
что младенец место, где он до пяти лет прожил, считает своей родиной, у него
душа к этому месту прилипает. Так же, как и есть любовь к родителям. Но из этих
чувств устраивать политическое течение, уже некая спекуляция. Представляете
себе, устраивать политическую борьбу вокруг людей, которые сражаются за право,
кто больше любит свою маму. Партия любителей своих родителей, бред вы скажете,
а чем в этом плане лучше патриотизм? Да, эти чувства есть и биологические, и
человеческие. Но никак не чувства, на которых могут строиться политические
течения. Они очень часто используют это святое чувство для разжигания вражды к другим
народам, для поддержки не столько страны, сколько государства, которое этого не
заслуживает. Известный вам философ Соловьёв когда-то сформулировал закон
развития, лестницу Соловьёва. Это национальное самосознание, национальное
самодовольство, национальное самообожествление, национальное самоуничтожение.
Три дня тому назад, когда здесь Гучковы были, было некое собрание в честь
юбилея русского парламентаризма, чествование Гучковых, просили меня выступить.
Как же так, что же они наделали в 1914 году? Могу ли я положительно относиться
к тому, что он и Шульгин спровоцировали Николая II
на отречение? Вы знаете, что Гучков и Шульгин принимали отречение  Николая II,
это не самый яркий поступок. А человек он был очень хороший.

Вот
ещё один абзац, по которому я выступал недавно. Проходил юбилей, посвящённый
Иосифу Виссарионовичу, со всех сторон слышалось «Сталин, Сталин». Я, услышав
всё это, счёл для себя полезным сформулировать и опубликовать своё отношение к
Иосифу Виссарионовичу, повторяю, что до 20 лет жизни я жил в сталинском СССР.
Позвольте поделиться. Я пытаюсь пояснить молодёжи, своим сыновьям и внукам, за
что Сталин в ответе. Наша страна в чистую проиграла XX
век и развалилась. Инициаторами развала выступили Прибалтийские республики,
которые были оккупированы Сталиным в 1939-1940 году. Развал произошёл по
историческим меркам очень быстро, после Великой победы. В результате этой
победы, достигнутой неимоверно дорогой ценой, создан был ненадолго Варшавский
блок, почти все участники которого теперь считают нас победителями-оккупантами,
как и Гитлера. Благодарность Сталину могут испытывать немцы, которых Сталин ценой
множества жизней наших ребят спас от ядерных бомбардировок. Несёт Сталин
ответственность и за приход Гитлера к власти. Это было объявление в 30-х годах
злейшими врагами мирового интернационала Коминтерна социал-демократов. А
социал-демократы в Германии были сильны. Жёстокость раскулачивания была описана
прессой, что привело в союзники Гитлера основную массу немецкого крестьянства,
которая в 30-х годах была ещё против него, а позже проголосовала за Гитлера.
Затем экономическое и военное сотрудничество с Гитлером, поздравления Гитлера
по случаю взятия Варшавы, Парижа, объявления Англии агрессором в Европе. По
памяти цитирую выступление Молотова на сессии Верховного Совета в 1940 году: «Можно
соглашаться и не соглашаться с идеологией национал-социализма, но, как и с
любой идеологией, с ней недопустимо бороться силой оружия». Англия боролось
силой оружия, и была объявлена агрессором. Любопытно заявление Черчилля в конце
1941 года. Черчилля надо читать, потрясающий человек. В конце 1941 года, после
вступления США в войну, Черчилль заявил: «Война выиграна, осталось правильно
применить подавляющие силы». Общепромышленные ресурсы союзников превышали
германские вчетверо. Совсем недавно вышла книга «Великий Черчилль» нашего
земляка, который живёт в Канаде, я оторваться от неё не мог.

Знаменитая
сталинская индустриализация. Проведенная ценой неимоверных жертв
коллективизация, было загублено больше лучших людей деревни, чем потеряла
Германия на всех фронтах мировой войны. Германия потеряла около семи миллионов,
Сталин загубил крестьян при раскулачивании около десяти. А индустриализация
сводилась к закупке на западе технологий и целых заводов. Эти технологии,
построенные на костях завода, в исторически короткий срок безнадёжно устарели.
А в стране душились все условия, при которых могло развиваться творчество. Даже
я помню, когда я работал в конце 60-х годов, значительная часть наших
инженеров, глядя на японскую бытовую технику, которую видели в журналах и
магазинах «Берёзка», поговаривали, что мы отстали навсегда. Были неудачные
попытки копировать японскую технику 60-х годов. В Саратове выпускали
видеомагнитофоны, один к одному «Panasonic», но наши
практически не работали. В тему цитата из великолепной книги Гайдара «Долгое
время»: «Ко второй половине 80-х годов наша страна вышла на самые передовые
позиции в мире по объёму производства низкокачественной техники, отставая от
США по производству зерна в 1,4 раза, мы опередили их по выпуску тракторов в
6,4 раза, по зерноуборочным комбайнам в 16 раз. Чтобы произвести столько
зерноуборочных комбайнов, сколько их стояло на ремонте в наших хозяйствах в
1987 году, американской промышленности пришлось бы работать 70 лет. Это была
экономика планового абсурда. Существующие в стране демографические и
генетические проблемы – во многом следствие преступлений Сталина. Наши
научно-технические достижения не столько были научными и прорывными, сколько
военно-техническими, догоняющими. Мобилизационными усилиями временами удавалось
вырваться в лидеры, но не надолго, ценой нищеты страны, что  особенно позорно на фоне уровня жизни в
побеждённых странах». Мне кажется, что наше колоссальное несчастье – это
сталинизм. В это время я не нахожу позитивных черт. Это сплошное горе и
несчастье, поражение. Я совершенно случайно наткнулся на стишок Хомякова, это
ещё до революции. Он был славянофил, и вдруг у него такое четверостишье есть:

 

За
всё, за всякие страданья,

За
всякий попранный закон,

За
тёмное отцов деянье,

За
тёмный грех своих времён.

За
беды все родного края

Пред
бегом благости и сил,

Молитесь,
плача и рыдая,

Чтоб
Он простил, чтоб Он простил.

 

Я
хотел бы высказать свое мнение и узнать, как вы к нему относитесь.

Могу
я вам сейчас рассказать что-нибудь из истории «Вымпелкома», я вам расскажу один
из коротких эпизодов, когда я считал, мне ничего не угрожает. Эпизод уже
старый, 2004 года. У меня жизнь такая была. Я 30 лет после окончания института
проработал в РТИ начальником отдела, замом главного конструктора, защитил
докторскую диссертацию. Затем крушение Советского Союза, организация
«Вымпелкома», 10 лет я был основателем и генеральным директором, сладостная
каторга. А через 10 лет мне было почти уже 70 лет, а бизнес я начинал, мне было
почти 60 лет. В 70 лет я ухожу в отставку, появляются новые акционеры, которым
я продал компанию. Я в отставке. Благодарные акционеры, за то, что я добровольно
ушёл, наградили меня званием «Почётный Президент», у меня до конца дней моих
офис, персонал, автомобиль и много других благ. И вот в 2004 году, находясь на
свободе, я с Гавриилом Поповым отправляюсь на Кубу. Попов проводит регулярные
заседания вольного экономического общества об экономике России. Каждый год там
устраиваются отчётно-выборные собрания, с 31 января по 6 февраля. Многие участники
оформляют командировки. Я пенсионер, наслаждаюсь жизнью. Это фотографии
следующие, Гавриил Попов, вольное экономическое общество, это моя жена танцует,
сказочная обстановка. Мне уже надо уезжать, но вдруг звонят мне юристы и
говорят, чтоб я не приезжал в Россию. Я думал, что они сошли с ума. Оказалось,
что против «Вымпелкома» возбуждено уголовное дело, что они занимаются незаконной
предпринимательской деятельностью. Бред абсолютный. На самом деле шла война
между акционером и одним крупным чиновником из Министерства связи. Почему это
меня должно интересовать? Мне говорят, чтобы я не возвращался, потому что, если
«Вымпелком» будет признан виновным, то должны будут найти физическое лицо. Все
эти дела приходили, когда я был основным акционером, владельцем и генеральным.
Мне опять говорят, чтобы я не возвращался. Благо у нас были визы, мы с женой,
никому не говоря, прилетаем в Париж. Это мы в кафе. Тут позвонил неожиданно
Андрей Гучков, сын того легендарного Александра Ивановича Гучкова. Он старше
меня. Бесподобный русский язык, хотя он родился во Франции. Мы как снег на
голову свалились, он нас водит по Парижу. Вот фото, где мы сидим в известном и
безумно дорогом кафе, он сам там второй раз в жизни. Он меня водит по Парижу. А
у меня все мысли, что там происходит в Москве? Мы гуляем, я читаю прессу: «ЮКОС
в стандарте GSM, положение «Вымпелкома» осложняется тем, что его создатель и
совладелец Дмитрий Зимин, удалившись на покой, был одним из немногих членов
бюро РСПП, довольно резко выступил в адрес Генпрокуратуры после ареста Михаила
Ходорковского. Если суд признает «Вымпелком» виновным, Зимин может стать одним
из ответчиков. «Вымпелком» ждёт новых обвинений». Бред полный. Спор идёт вокруг
покупки «Альфой» блокирующего пакета «Мегафона». Сейчас всё это забыли,
«Мегафон» пришёл из Питера, его пасло министерство, там была какая-то война.
Вдруг продаётся крупный пакет «Мегафона» «Альфе», одним из создателей и
руководителей  был нынешний глава Минсвязи
Леонид Рейман. Идёт война какого-то чиновника с «Альфой». А я здесь причём? Я
хоть и с деньгами, но уже почувствовал себя эмигрантом. «Эксперт»: «Наблюдатели
рынка не сомневаются, что внезапное рвение госсвязи обусловлено мотивами весьма
далёкими от передачи радиосигналов, питерские акционеры «Мегафона» пытаются
вытеснить «Альфу» из компании. Руками Госсвязьнадзора заинтересованные лица
попытаются уничтожить «Вымпелком». 3 февраля против «Вымпелком» возбуждено
уголовное дело. 5 февраля мне звонят в Париж и говорят, чтобы я прощался с
«Вымпелком», что будут обыски, изъятие документов, прекращение работы, конец. 6
февраля мне по телефону говорят, что подъехал ОМОН по адресу нахождения офиса,
в шлемах, всё как надо. Если вы помните, то 6 февраля произошёл взрыв метро на
перегоне Автозаводская – Павелецкая с человеческими жертвами. ОМОН как ветром
сдуло, не до обыска. В субботу и воскресенье они отдыхали, я созваниваюсь с
сыном, который в субботу и воскресенье всё вывозит на дачу к знакомым. Мы ждём
понедельника, никого нет. Я вам не буду зачитывать прессу, два слова, возвращаясь
назад. Сотовый бизнес, единственный бизнес такого масштаба, который создавался
без использования бюджетных средств. У нас их не было. Другого такого примера я
не знаю. Это всё история.

Когда
этот кошмар кончился, это уже летом в Москве, фото на даче. Здесь сидит Андрей
Гучков, вот тут Ясин стоит. Вот это внук Гучкова, который сейчас в Москве, в
самом дальнем конце стоит мой внук. Я с ужасом узнал, что некие события истории
XIX века для семейства Гучкова, например, англо-бурская
война – это эпизод семейный. Ведь Гучков участвовал в англо-бурской войне, там
был ранен, а для моего внука англо-бурская война и пунические войны – это одна
и та же ситуация.

После
того, как это кончилось, во вторник была в «Коммерсанте» такая фотография:
«Прощай Билайн». Здесь есть слайды, не относящиеся к делу. Это не презентация.

Далее.
Офис освобождён, вторник, среда, четверг, пятница – полная тишина. В течение
недели читаю в прессе: «Кто будет следующим за Ходорковским? Кажется,
Федеральная налоговая служба дала стране долгожданный намёк, кого же начнут
терзать после Ходорковского – Абрамовича, Потанина, Фридмана? И вот совершенно
определённо намекнула – Фридман или Зимин. Оба они имеют отношение к компании
«Вымпелком», которой предъявлена налоговая претензия в сумме четыре миллиарда
рублей. Крупнейшим акционером «Вымпелком» является «Альфа» Михаила Фридмана, а
Зимин основал эту компанию, был её президентом, хоть отошёл от дел, но твёрдо
ассоциируется с «Вымпелком», намёк может и остаться намёком. Всё кончится
взысканием двух-трех миллиардов рублей. Но может легко обернуться валом
налоговых претензий, тогда в дело пойдут судебные приставы, Басманные суды,
призванные доводить воспитательный бизнес и уголовные процессы до логического
конца. Похоже, бизнес-сообщество нашло ответ  на вопрос, последуют ли за «ЮКОС» подобные
случаи – обязательно последуют».

Я
сижу в Париже. В пятницу абсолютно неожиданное объявление в прессе, что
уголовное дело закрыто за отсутствием состава преступления. На этом деле я
лично потерял 4 килограмма, а «Вымпелком» 400 миллионов. Но мы всё быстро
наверстали.

Вот
ещё 2004 год, я был членом бюро РСПП, вот это письмо мне припомнили: «Внести в
повестку дня ближайшего бюро правления 
вопрос об отношении бюро правления к ситуации вокруг «ЮКОС», поставить
на голосование следующие варианты личной позиции:

1)
Поддержку поведения властей и выражение симпатий к властям, их поведению
относительно «ЮКОСа» в духе недавних публичных высказываний одного из членов.
Один из членов – это Володя Евтушенко.

2)
Решительное осуждение действий властей, приносящих ущерб экономической
деятельности.

3)
С одной стороны и с другой стороны.

4)
Воздержаться от занятия какой-либо позиции.

Как,
по вашему мнению, какое решение приняло бюро? Естественно, последнее. Я их ни
секунды не осуждаю. Мне было легко говорить, за мной не стоял многомиллионный
бизнес, как за другими. Либо ты хочешь заниматься политикой, либо думать об акционерах,
о бизнесе, об условиях жизни акционеров в условиях России. Мне было легче. В
2001 году я ещё получал поздравления от Путина, потом уголовное дело. Я
рассказал только один эпизод, таких довольно много.

Вам
интересно было, если честно? А какая часть была интересней? Дела давно минувших
дней? А тут старое уголовное дело. Тут есть ещё всякие дела. Сейчас мы
понимаем, что «Вымпелком», «Билайн» – гиганты . На самом деле, в их истории
были моменты, когда спасло только чудо. Я ведь не сказал, какими путями
прекращено уголовное дело, ещё несколько лет не скажу. Было много событий,
когда спасало чудо.

Реплика:

Ребятам
интересны те моменты, которые они не знают, жизненные ситуации не благодаря
чему, а вопреки чему «Вымпелком» стал «Вымпелкомом». Это очень интересно знать,
про это нигде не пишут.

Дмитрий Зимин:

Это
битва за GSM? Вы не устали ещё? Как это было интересно ещё лет
10 тому назад. В ноябре 1996 года произошло всемирно-историческое событие.
Первая в истории России компания вышла на Нью-Йоркскую фондовую биржу. Это была
компания «Вымпелком». Это один из абсолютно звёздных часов компании и меня
лично, флаги «Билайна» на Уолл-стрит, капитализация компании. Вот я на фото,
вот Гайдар во время торгов. Здесь ансамбль русский песни и пляски в честь
выхода первой российской компании. Мы выходили на биржу с 4%, а сейчас уже
больше 100%, такой рост произошёл. В Швеции, США 13%, у нас только 0,05%. Мы
лидеры рынка. Было три компании, одну уже и забыли, мы всех обогнали. Мы лидеры
на этом рынке. Вот первый день приезда из Нью-Йорка, я держу подарок, который
мне вручили. Здесь мы отмечаем в ресторане, гости пришли. Мы с Игорем Квашой
учились в одном классе, потом наши пути разошлись. У меня не презентация, набор
семейных фотографий. Это мы в седьмом классе, Квашу можно узнать, он самый высокий,
самый маленький это я.

И
тут, как гром среди ясного неба, наш друг Володя Евтушенко, он в то время
приватизировал МГТС, стал владельцем МТС, он пробил лицензию на обе ветви GSM, то есть грубейшим образом всё нарушено, мы в это
время становимся неконкурентоспособными. Этот день обведён чёрной краской, это
было через две-три недели после выхода на биржу. Это объявление – «Вымпелком»
готовиться к похоронам. Биржевая структура, как же можно нарушать все свои обязательства,
мы же получали бумаги, инвестора спрашивали, какова будет инвестиционная
политика. Обещали соблюдать равновесие на рынке. И тут смертельный приговор.
Начинается борьба за то, чтобы «Вымпелком» получил доступ к GSM. А надо было знать расклад политических сил. Тогда
Лужков рассматривался как возможный будущий Президент, Евтушенко – лучший друг
Лужкова. Никто не верил, что всё хорошо кончится, друзья предлагали уже думать
о том, как жить дальше. Борьба шла два года. Минобороны пишет, чтобы не
выдавать больше никаких дополнительных лицензий. Булгак становится
вице-премьером, мы друзья с ним, на днях рождения бываем друг у друга. Мы его
приводим в штаб-квартиру «Вымпелкома», показываем ему аппаратуру, нам нужно
900, без этого мы погибнем. Булгак понимающе слушает и намекает мне пойти всё
объяснить Лужкову. С ним и Евтушенко ссориться он не хотел. Идут года и дни,
неожиданно приходит команда молодых реформаторов. В кабинете первого
вице-премьера сидит Борис Немцов. Через несколько дней после его назначения, я
к нему прорываюсь, и говорю, что несправедливо нарушены все условия на рынке. Я
говорю ему, что «Вымпелком»  хорошая
компания, а её губят, дайте лицензию. До этого мы с Немцовым поговорили о
радиофизике, мне показалось, что промелькнула некая симпатия. Он мне сказал,
что поговорит с Лужковым, что только вот у них катастрофа с деньгами, а
заплатить за лицензию нужно было 90 миллионов долларов. Он мне сказал, что
нужно найти 90 миллионов долларов для космического агентства, а он подумает,
как взять лицензию. Уже прошло много лет, и то в этой книжке я полное решение
не показываю. Смотрите, здесь подписи кроме Немцова, ещё и заместитель Министра
обороны Михайлов, а знаете, что такое получить каждую подпись? Не знаете, я в
своей книжке следующие подписи не привожу. «Вымпелком» в течение 25 дней после
выдачи дополнения к лицензии и получения частотных присвоений выплачивает на
счёт российского космического агентства 30 миллионов долларов США. При
невыплате указанной суммы, решение теряет силу. Это была для нас
астрономическая сумма. Я ни до, ни после не платил такие суммы. Но нашей
радости нет предела. Если бы не было Немцова и «Вымпелкома» бы не было. У нас
появился шанс на выживание, мы начинаем стремительно делать сеть. Мы, кажется,
спасены, а так мы каждый день теряли позиции, с GSM
соревноваться было не возможно. Проходит несколько дней нашей эйфории. Мы подписываем
договора, тут долги, миллионные средства. Вдруг мне звонят от Немцова. Потом он
сам берёт трубку и говорит, чтобы я немедленно вернул решение и забыл про него.
А мы уже получили дополнение, официальный документ. Затем звонят из
Министерства связи с тем, чтобы мы вернули решение. Мы не поняли, ведь это же
государственные люди. Через два дня приходит решение, подписанное министром: «В
связи с выходом постановления Правительства Российской Федерации о продаже
акций «Связьинвеста» и в целях выполнения указанного постановления, запрещается
любая деятельность, связанная  с
выполнением решения». Это похоронка для «Вымпелкома». В связи с чем всё это
дело получилось. Володя Потанин и другие шустрые ребята пробивают решение о
приватизации «Связьинвест», прошёл первый этап приватизации, там ещё Сорос
участвовал и сказал, что это самая дурацкая инвестиция в его жизни. Потом они
выводят на рынок ещё 50% ,и чтобы поднять её стоимость, они пробивают решение,
что этому «Связьинвест» выдать монопольную лицензию на GSM
на всю Россию. Они забирают весь частотный ресурс, никому ничего не достаётся.
И это решение правительства. Опять можно хоронить «Вымпелком». Проходит
несколько дней. Вы обратите внимание на цифры. Восьмой месяц 1998 года. Что
здесь происходит? Дефолт. Какая тут приватизация «Связьинвеста», об этом надо
было немедленно забыть. Но вместе с тем решение правительства не отменено. Оно
не отменено до сих пор. Мы продолжали бешеными темпами создавать сеть,
чиновники понимают, что лицензию у нас не отнимут, но официального решения нет.
Мы тратим колоссальные деньги. Одновременно с дефолтом полностью меняется
правительство. Немцова выгоняют, и в его кабинете сидит Маслюков. И я понимаю,
что как только кто-то прорвётся к Маслюкову, узнает об этом решении, всё будет
загублено. Я через два дня после того, как пришло новое правительство,
прорываюсь в кабинет к Маслюкову, оказался хороший мужик, хоть и коммунист.
Объясняю ему ситуацию, что ради повышения капитализации ему бы хорошо было
нанести визит в «Вымпелком», он сказал, что понимает и готов нанести визит. Он
в сопровождении охраны, корреспондентов наносит визит в «Вымпелком». Ему
делается доклад человеком, который всю жизнь проработал в «Вымпеле», занимался
концепцией ответного удара, доктор физмат наук, сейчас наш финансовый аналитик.
Он докладывал о всяких путях капитализации. Самое главное не это, всем говорю,
учитесь, пока я жив. Я Маслюкову подписываю такой протокол, что дефолт, мы
договорились, что выплату денег несколько задерживаем. Я его прошу  подписать чистую бумагу для утверждения, все
согласны, утвердите бумагу. Он утверждает, в какие-то сроки деньги перевести,
все согласны. Самое главное. Все прочие пункты решения остаются в силе и
означает, решение на выдачу нам лицензии поддерживает не только правительство
молодых реформаторов, но и правительство сами знаете кого. Эта бумага нас
спасла. Связьнадзор у нас ничего не принимает, не отменён этот запрос, и мне
Крупнов подписывает бумагу, что разрешает начать приёмку в эксплуатацию,
сделанную в системе. Он уже был в отставке и подписал задним числом. Осенью мы
выходим в эфир. Что тут началось! Депутаты пишут открытое письмо в ассоциацию GSM, это был филиал МТС. Как это так? Была целая
истерика, но мы уже в эфире. Скандал идёт, сотовые войны, система будет судиться.
Раньше на каждый телефон надо было иметь с собой разрешение. Любимое занятие
милиции было спрашивать это разрешение. В конечном итоге мы выходим в эфир,
начались запросы прокуратуры, когда было частотное разрешение, в общем, целое
расследование. Мы всё это дело пережили, в результате на рынке остались две
более менее равных конкурирующих компании, резко пошли цены вниз, сработала
капиталистическая конкуренция. Так в России появилась более менее конкурентная
связь. Битва за GSM стоила мне
куска лысины, но есть, что вспомнить.

Ярких
эпизодов в моей жизни было несколько. Выход на биржу, битва за GSM и уход в отставку. 

Реплика:

Дмитрий
Борисович, вы прошли длинный путь в бизнесе, в работе, в жизни. Были ли с вами
такие люди, которые со студенческой скамьи с вами дошли до самых вершин в вашем
бизнесе? Были ли люди, которые, как спутники, шли с вами по жизни? 

Дмитрий Зимин:

И
да, и нет. У меня есть на Маяковке студенческий приятель Зенцов. Он мой
ровесник, мы вместе учились, потом он работал в МАИ доцентом, сейчас он
возглавляет радиопередачу, человек влюблённый в фотографию. Мы сделали
несколько проектов, получили доступ к коллекции Готье, потом её отцифровали,
фотографии столетней давности, пытались повторить фотографии с той же точки
зрения. Потрясающий альбом. Всё это содержится на деньги фонда «Династия». Он в
«Вымпелкоме» не работал. Но мы с ним друзья со студенческой скамьи. Интервал
ведь приличный, мне уже много лет. Есть вещи, которые меня радуют, и не сочтите
за хвастовство. Мы время от времени встречаемся с ветеранами «Вымпелкома»,
причём некоторых из них я сам выгонял, менялись времена. У меня впечатление,
что у меня нет врагов. Мы встречаемся, глубоко уважающие друг друга люди. В
бизнесе это редко бывает, если расстаются, то врагами. В «Вымпелкоме» нам
повезло, хотя кадры приходилось менять. Мы остались друзьями. Со старыми
приятелями редко, но встречаемся. Мы встречаемся даже со школьными друзьями. Я
окончил школу в 1951 году, школа №59 в Староконюшенном переулке, мы последний
раз встречались классом, человек 12 пришло. Это было трогательно. Встреча со
школьниками и потом встреча студентов радиофакультета МАИ, которая мне
доставила меньшую радость. Может, в связи с тем, что все выпускники нашего
факультета работали на предприятиях военно-промышленного комплекса, у многих
судьба была не самая благополучная. А тут я капиталист. Я не вполне на тот
вопрос ответил, но как смог.

Василий Зорин, г. Пермь:

Встречали
ли вы когда-нибудь Бориса Березовского? Другой вопрос, сейчас активно
обсуждается вопрос покупки иностранного оператора «Теле-2» в России, но его уже
купили. Что вы думаете об этой сделке, и 
пытался ли «Вымпелком» конкурировать в этой покупке? 

Дмитрий Зимин:

Не
встречал. Его приятеля Гусинского встречал и не один раз. На другой вопрос я
отвечать не буду. Прошло больше десяти лет, как я ушёл в отставку и никакие
действия «Вымпелкома» не комментирую.

Поделиться ссылкой:
0

Добавить комментарий