Этнические аспекты Кашмирского конфликта после ликвидации штата Джамму и Кашмир в 2019 году

Экскурсы

У Кашмирского конфликта, длящегося с 1947 г., много составляющих. Одним из самых существенных его элементов является его этно-религиозный характер. В 2019 г. центральное индийское правительство пошло на резкий шаг. Оно упразднило проблемный штат «Джамму и Кашмир» и разделило его на две союзные территории: «Джамму и Кашмир» и «Ладакх». Впервые в истории современной (пост-колониальной) Индии произошло уменьшение числа ее штатов.

Действия индийского Центра не следует воспринимать как исключительно враждебные по отношению к местным общинам. Более того, часть этих общин положительно восприняла ликвидацию штата. И это связано с тем, что его население было весьма разнородным в этно-религиозном плане. Изменения политико-административной ситуации хотели буддисты Ладакха, шииты Каргила, индуисты Джамму. Часть суннитского населения бывшего штата отнеслась к этому акту индийского правительства равнодушно, например, некашмироязычные общности.

Кашмироязычные мусульмане – только часть населения этой области. И их язык существенно отличается от других языков большинства соседствующих с ними мусульманских народностей. Различение мусульман бывшего штата, а ныне союзной территории по лингвистическому принципу – важный элемент в понимании происходящего. Обычно лингвистическая разнородность мусульманского населения Кашмира не учитывается при рассмотрении ситуации в СМИ. Мусульманское население Кашмира представляется как нечто гомогенное, имеющее чуть ли не единую позицию по политическим и религиозным вопросам. На самом деле всё оказывается существенно сложнее. Распределение индийским правительством дистриктов (административных единиц нижнего уровня) бывшего штата между двумя новыми союзными территориями – «Джамму и Кашмиром» и «Ладакхом» – имеет свою логику. Но перед тем, как мы попытаемся ее реконструировать, необходимо кратко описать административную конфигурацию двух новых союзных территорий.

Союзная территория «Джамму и Кашмир» состоит из двух дивизионов: «Кашмир» (иногда его неофициально называют «Кашмирской долиной») и «Джамму». Каждый из этих двух дивизионов, в свою очередь, состоят из дистриктов (зила). Всего эта союзная территория включает в себя 20 дистриктов (по 10 дистриктов в каждом из дивизионов). Всё население союзной территории «Джамму и Кашмир» в 2021 г. составляет около 14,8 млн. Население «Ладакха» значительно меньше – 0,3 млн. В административном и демографическом отношении аналогов союзной территории «Джамму и Кашмир» нет – ни одна из других союзных территорий даже близко не приближается к ней по численности населения (за исключением федеральной столицы – Дели).

Союзная территория «Ладакх» состоит из двух дистриктов – Лех и Каргил. Дистрикт Лех является самым большим по площади среди дистриктов Индии. При этом он же – один из самых малонаселенных и имеющих один из самых низких уровней плотности населения.

Дивизион «Кашмир» оказался самым однородным в этно-религиозном отношении. Он состоит из 10 дистриктов, населенных кашмироязычными мусульманами. Число жителей этого дивизиона на 2021 г. – примерно 8,4 млн. Из них мусульмане-сунниты составляют примерно 97%, практически все они являются кашмироязычными (здесь и далее данные по процентам этносов и религиозных общин в дистриктах представлены по Индийской переписи населения 2011 г.).

Дивизион «Джамму» (население которого на 2021 г. составляет примерно 6,4 млн.) в этно-религиозном плане выглядит совершенно иначе. Он включает в себя не только те южные дистрикты, в которых индусы составляют большинство – абсолютное или относительное (таких дистриктов менее половины – 4 из 10), но и дистрикты с мусульманским (суннитским) большинством.

Все преимущественно «мусульманские» дистрикты дивизиона «Джамму» можно разделить на две группы: кашмироязычные, расположенные к юго-востоку от Кашмирской долины (и, соответственно, от дивизиона «Кашмир») и некашмироязычные, расположенные к юго-западу и югу от Кашмирской долины. К каждой группе относятся по три дистрикта.

Среди дистриктов первой группы самый северный – Рамбан. Кашмироязычное мусульманское население составляет здесь около 52%, а всего мусульман – около 71%. На юго-востоке от него располагается дистрикт Дода. Кашмироязычное мусульманское население – около 42%. Всего мусульман здесь – 54%.

Киштвар – это самый большой по площади дистрикт союзной территории «Джамму и Кашмир». Он расположен на востоке и граничит с союзной территорией Ладакх (с ее дистриктом Каргил). Население здесь преимущественно кашмироязычное – около 51%, если же в состав кашмироязычного населения (как индуистского так и мусульманского) включать и киштвари, то 68%; мусульман в дистрикте – около 58%.

Вторая группа «мусульманских» дистриктов дивизиона «Джамму» оказывается еще более пестрой по своему составу. Самым северным из них является дистрикт Пунч, расположенный между Кашмирской долиной и контролируемым Пакистаном «Азад-Кашмиром» (особым полуавтономным регионом, за которым пакистанским правительством теоретически признается право на независимость после разрешения Кашмирского вопроса). Основное население Пунча – народности пахари (50%) и гуджары (гурджары/годжри) (40%); более 90% населения Пунча – мусульмане. Важно отметить, что идиомы пахари и гуджари – это не диалекты одного языка, а разные языки, притом относящиеся к разным подгруппам внутри группы индоарийских языков. В религиозном плане говорящие на этих языках также различаются. 99% гуджаров союзной территории «Джамму и Кашмир» являются мусульманами. Среди пахари религиозная разнородность существенно выше. В расположенном южнее дистрикте Раджаури основными народностями также являются пахари – 55% и гуджары (собственно гуджары и родственные им бакервалы) – 35%, но соотношение мусульман и индусов уже иное – 63% и 37%.

Дистрикт Риаси. Здесь мусульмане и индусы распределяются примерно поровну. Но при этом индусы народности догра среди всех этно-религиозных групп составляют относительное большинство – около 43% населения. Кашмироязычные мусульмане в этом дистрикте составляют меньшинство – около 18%. Центральное индийское правительство не включило в состав дивизиона «Кашмир» те дистрикты, в которых кашмироязычное мусульманское население не составляло абсолютного большинства. Тем самым политическое положение кашмироязычных мусульман было существенно усложнено.

Кашмироязычные мусульмане не только утратили штат, в котором они составляли большинство (около 52%), но и смогли сохранить за собой (то есть в дивизионе «Кашмир») только часть той территории, где они численно преобладают. В этой ситуации снизилась значимость их административной единицы в общеиндийском масштабе. И даже при условии обретения ими в перспективе независимости, территория их государства окажется значительно меньше той, на которую они могли бы претендовать до 2019 г. Однако и индийское правительство в сложившейся ситуации оказалось в практически тупиковом положении. Отсутствие у кашмироязычных мусульман своего штата – это нарушение устоявшейся в Индии политической традиции. Нет ни одного этно-религиозного сообщества в Индии с такой численностью, которое бы не имело своего штата.

Далеко не все кашмироязычные мусульмане стремятся к сепарации от Индии. Их политические взгляды можно было бы разместить на такой шкале: создание государства, основанного на принципах шариата в его консервативной или фундаменталисткой интерпретации – присоединение к Пакистану на правах провинции – присоединение к Пакистану на правах особого административной единицы с более высоким статусом, чем пакистанская провинция – государственная независимость в тесном союзе с Пакистаном – государственная независимость с нейтралитетом – формирование особой административной единицы в составе Индии с более высоким статусом, чем индийский штат – восстановление статуса штата в составе Индии – принятие ныне существующего статуса. Здесь стоит заметить, что идея присоединения Кашмирской долины к Пакистану не пользуется популярностью не только у части кашмироязычных мусульман, но и у мусульманских народностей созданного Пакистаном «Азад-Кашмира». Дело в том, что в «Азад-Кашмире» большинство населения составляют вовсе не кашмироязычные народности. И в случае объединения Кашмирской долины и «Азад-Кашмира» эти народности окажутся в численном меньшинстве в гипотетическом новом государстве.

Кашмироязычные мусульмане находятся сейчас в сложной ситуации. То положение, которое наличествовало на момент ликвидации штата в 2019 г., в любом случае уже не может быть восстановлено. Против этого выступают все общины (за исключением кашмироязычных мусульман) дивизиона «Джамму» и союзной территории «Ладакх». Даже если Кашмир (в границах Кашмирской долины) добьется когда-либо независимости от Индии, границы нового государства не будут включать в себя всю бывшую территорию штата «Джамму и Кашмир». А Кашмирское государство, ограниченное Кашмирской долиной, даже в случае международного признания, неизбежно превратится в сателлита Пакистана. И осознание этих перспектив стимулирует часть местной политической элиты на достижение соглашения с индийским Центром.

Казалось бы, на основе компромисса с «умеренными» индийский Центр мог бы умиротворить Кашмирскую долину. Но пойти на повышение статуса дивизиона «Кашмир» даже до уровня штата индийский Центр пока не может, поскольку в этом случае возникает гомогенная в религиозном и лингвистическом планах административная единица со своим законодательным собранием и крайне оппозиционно настроенная по отношению к Дели. Сепаратистские группы в этом случае получают возможность более комфортной деятельности в долине Кашмира. Фактически предоставление этому дивизиону статуса штата становится шагом на пути обретения этим регионом независимости. Средств нейтрализовать устойчивую ориентацию большей части кашмироязычного мусульманского населения на сепарацию от Индии у индийского правительства практически нет. Право на приобретение земли в союзной территории «Джамму и Кашмир», которое получили все граждане Индии в 2019 г., вовсе не означает, что может произойти размывание мусульманского населения в долине Кашмира (подобно тому, как это происходит в некоторых регионах Синьцзян-Уйгурского АР в КНР). Территория долины Кашмира слишком мала и очень плотно заселена. При этом мусульманское население не только составляет здесь 96 %, но и характеризуется высоким уровнем рождаемости. А отток мусульманского населения из долины Кашмира в другие штаты Индии остается незначительным. Изменить демографическую ситуацию в долине Кашмира путем ее заселения индусами из центральных районов Индии вряд ли возможно. Индусы из других штатов вовсе не стремятся к переселению на эту территорию. А предоставление слишком явных преференций потенциальным колонистам со стороны центрального правительства вызовет еще большее ожесточение и сопротивление со стороны кашмироязычных мусульман долины Кашмира.

На что делает ставку индийский Центр? Представляется – на постепенное пережидание кризиса, на то, что со временем сторонники сепарации окажутся в меньшинстве и утратят энергию. Однако пока что никаких признаков развития ситуации в эту сторону не наблюдается. Даже если Центр сможет на какое-то время заглушить протесты в Кашмирской долине, в будущем очаг напряжения здесь не исчезнет. Ситуация с другими неиндуистскими общностями «Джамму» и «Ладакха» для индийского Центра на сегодняшний день гораздо более благоприятна.

Наибольшие выгоды среди них получили, пожалуй, буддийские общности Ладакха. Буддисты Ладакха стремились к обретению этой областью статуса союзной территории уже несколько десятилетий. Причем еще в 1993 г. было достигнуто межпарламентское и межправительственное соглашение между Индией и властями штата «Джамму и Кашмир» о создании в дистрикте Лех автономного совета по развитию. Он начал функционировать с 1995 г. Но достигнутый на сегодняшний день статус «Ладакха» уже не может быть повышен. «Ладакх» составили два дистрикта, весьма разнородные в лингвистическом и религиозном планах. Если в дистрикте Лех преобладает тибетоязычное буддийское население, то в дистрикте Каргил, напротив, мусульманское (шиитское). В Индии штаты формируются по этническому или регионально-этническому (как Мадхья-Прадеш или Телангана) принципу. Очевидно, что такой принцип невозможно применить для создания единого штата «Ладакх».

Преобразование дистрикта Лех в штат практически нереально еще и по демографическим показателям. Население дистрикта составляет на сегодняшний день около 125 тыс. человек (2021 г.). Сейчас самым маленьким по населению штатом Индии является Сикким, который населяет около 670 тыс. человек. При этом Сикким получил статус штата после утраты независимости в результате его аннексии Индией. Любопытно то, что союзная территория «Ладакх» не получила права на свою законодательную ассамблею (в отличие от союзной территории «Джамму и Кашмир»). Но при этом в преимущественно буддийском дистрикте Лех продолжает функционировать свой выборный совет. В октябре 2020 г. состоялись очередные выборы в этот совет, на которых уверенную победу одержала Бхаратия Джаната Партия (15 из 26 мест). Именно та партия, усилиями лидеров которой и был ликвидирован штат «Джамму и Кашмир».

Шииты Каргила – это общность, которая также выиграла от включения в состав новой союзной территории. Доминирование кашмироязычных суннитов в едином штате – это явно менее привлекательное состояние для местных шиитов, чем нахождение в одной союзной территории с равными им по численности буддистами. И уж тем более для шиитов Каргила никакой привлекательностью не обладает идея отделения от Индии и включения в состав Пакистана. Шииты в Пакистане – это меньшинство и объект агрессии со стороны консервативных суннитских групп, прежде всего части сообществ деобанди. В Каргиле это, конечно же, местным шиитам прекрасно известно. Для некашмироязычных мусульман дивизиона «Джамму» нахождение именно в его составе оказывается гораздо более предпочтительным, нежели нахождение в составе дивизиона «Кашмир». И это обеспечивает индийскому правительству широкое поле для маневров. Предоставление официальных преференций некашмироязычным мусульманским общинам поддерживает их лояльность Центру. При этом общины гуджаров и пахари конкурируют за льготы от федерального правительства. Объектом конкуренции являются зарезервированные рабочие места и образовательные квоты.

Часть мусульманских общностей гуджаров и пахари заявляет о желании создать отдельные штаты в составе Индии. Однако эти проекты оказываются трудно реализуемыми по ряду причин. Во-первых, было бы сложно разграничить такие гипотетические штаты. Во-вторых, за этим должно будет неизбежно следовать создание штатов для других мусульманских народностей, прежде всего кашмироязычного населения. В-третьих, опасность возникновения сепаратизма на территории, уже обретшей свою политическую субъектность. В-четвертых, относительная немногочисленность гуджаров и пахари в масштабе Индии.

Ограниченность демографического потенциала мусульманских некашмироязычных меньшинств в дивизионе «Джамму» и в союзной территории «Ладакх» практически исключает возможность образования здесь новых штатов. Возможно, что в будущем каким-то мусульманским группам все же удастся на основе пересмотра демографических данных повысить свой административно-политический статус до уровня «союзных территорий» (примечательно, что общины гуджаров и бакервалов стремятся завысить свою численность и оспаривают результаты переписи населения 2011 г.).

Сейчас и центральное индийское правительство, и кашмироязычные мусульмане находятся одновременно в остром противостоянии друг с другом и в политическом тупике. Индийское государство не может  усмирить население Кашмирской долины. Но и идти на повышение политического и административного статуса кашмироязычных мусульман оно не готово. В свою очередь, кашмироязычная мусульманская общность не обладает ни достаточной внутренней консолидацией, ни военно-политическим ресурсом для активного противостояния с Дели. Решение вопроса через расширение демократии в регионе вряд ли способно разрешить ситуацию из-за принципиального расхождения долговременных коллективных стратегий этих двух игроков. В условиях демократии сепаратистские настроения будут здесь обретать институциональные формы. Но и военный (фактически, оккупационный) режим управления территорией не может длится нескончаемо. Возможно, что центральное правительство сможет еще какое-то время подавлять протесты в Кашмирской долине, но оно будет вынуждено искать другие способы управления ситуацией. Но пока что комплексного решения проблемы, которое бы устроило все стороны даже на уровне компромисса, не обнаруживается.

Поделиться ссылкой: