Волгоград, Сталинград, Царицын? Город на Волге в поисках региональной идентичности

Экскурсы

«Либеральная миссия» продолжает публикацию текстов, посвящённых регионалистской экспертизе городов и территорий – как российских, так и зарубежных. Готовы ли эти региональные сообщества в XXI веке к тому, чтобы осознать себя регионациями и двинуться по пути свободного и успешного гражданско-политического самообустройства?

Первый из текстов был посвящён Краснодару. Начатый разговор мы продолжаем статьёй молодого петербургского историка Анастасии Полянской. Речь пойдёт о ещё одном российском городе-миллионнике – родине автора Волгограде.

 

 

Суть проблемы, точки зрения учёных, метод исследования

Проблема идентичности тесно связана с памятью. Можно сказать, что память конструирует идентичность. Без памяти о прошлом, сложно понять, куда идти. Но если знаешь, откуда пришел, нет страха перед тем, куда двигаться дальше. А если страх и есть, всегда под рукой – знание, к каким корням обратиться, чтобы обрести опору в настоящем и уверенность в будущем.

Однако, бывает так, что дорог обратно – несколько. И тогда путник спрашивает: какой мысленный путь назад выбрать? Такой же вопрос задаёт себе Город на Волге – Волгоград.

На тему волгоградской идентичности уже написано немало работ. И, как правило, авторы приходят к выводу, что её основой по сей день остаётся Сталинградская битва. Так, автор статьи, посвященной анализу социологического опроса, проведённого среди жителей волгоградского региона в 2019 году, заключила, что базовым культурно-региональным идентификатором горожан и жителей области по-прежнему является Сталинградская битва[1].

На поддержание именно этой городской идентичности нацелена активная и многовекторная региональная историческая политика. На протяжении 2003-2020 гг. областное правительство установило множество мемориалов и памятников, посвящённых военачальникам (К.К. Рокоссовскому, Г.К. Жукову), социальным группам, связанным с памятью о войне (партизанам, летчицам-зенитчицам, детям), а также этническим сообществам, представители которых принимали участие в Сталинградской битве (казахам, адыгейцам, дагестанцам)[2]. Волгоградские власти поддерживали и расширяли военно-мемориальный ландшафт области, пользуясь финансовой поддержкой частных лиц и общественных организаций, а также средствами областного и городского бюджетов[3].

Неудивительно в этой связи, что большинство научных работ, посвящённых мемориальной культуре Волгограда, также фокусируются на проблеме памяти о Сталинградской битве, и эта тенденция сохраняется на протяжении всех последних десятилетий[4]. Причём для большинства работ характерен выраженный идейно-патриотический окрас: авторы не просто анализируют, но зачастую стремятся дать конкретные советы о том, как именно следует поддерживать политику памяти о Битве за Сталинград для патриотического воспитания будущих поколений.

Но есть среди исследователей и те, кто стремится взглянуть на вопрос о мемориальной культуре и идентичности волгоградцев более комплексно. О несводимости волгоградской региональной идентичности к одному знаменателю и об издержках преобладания военно-героического дискурса, уходящего корнями в советское прошлое, пишет, в частности, А. Шпицин в статье «Городская скульптура и культурный код Волгограда в контексте брендирования территории»[5].

Особо стоит отметить статью О. Сгибневой «Бренд города-героя Волгограда: от моносмысловой значимости к полисемантике»[6]. В этой работе рассматриваются объекты культурного наследия Волгограда и Волгоградской области, не связанные со Сталинградской битвой, и делается неожиданный для традиционного представления об имидже Города-героя на Волге – и в то же время очень актуальный вывод:

«Бренд мирного Волгограда и Волгоградской области ещё предстоит создавать, опираясь на культурно-историческое наследие региона, на те ценности, которые дороги волгоградцам и находят отклик в сердцах людей разных поколений»[7].

Иными словами, на сегодня Волгоград стоит на своего рода мемориально-идентичностном перепутье.

С одной стороны, историческая политика региональных властей «по инерции» направлена преимущественно на поддержание и дальнейшее развитие уходящего корнями в советское прошлое образа Волгограда как прежде всего хранителя памяти о Сталинградской битве.

С другой стороны, среди горожан все более отчетливо пробуждается стремление выйти за пределы мемориально-милитаристкой идентичности и осознать себя региональным сообществом с мирными и «живыми» культурными кодами и корнями.

В моей статье я постараюсь показать, что оптимальным для Волгограда является не столкновение различных мемориальных нарративов, а их инклюзивная интеграция, на базе которой только и возможно, как я убеждена, полноценное раскрытие современного регионалистского потенциала моего родного города.

Анализ мемориальной культуры Волгограда я основываю, главным образом, на теоретических установках немецкого филолога и мемориолога Алейды Ассман, содержащихся в её книге «Длинная тень прошлого: Мемориальная культура и историческая политика»[8]. В частности, на предложенном А. Ассман типологическом разделении исторической памяти на сакрифицированную и виктимизированную.

Поясню, что, согласно А. Ассман, сакрифицированная, или героическая, память – это память о жертвах-героях, рискнувших собой ради общества. Сакрифицированная память может быть памятью о победах и поражениях и носит в себе милитаристский компонент. Виктимизированная же память – всегда трагическая. Это скорбная и пацифистская по духу память о бессильных жертвах насилия[9].

Также я использую термин «место памяти», введенный в научный оборот французским историком Пьером Нора. Согласно П. Нора, место памяти – мемориальный объект, который входит в структуру историко-культурной памяти. Это может быть памятник архитектуры, историческое событие, исторический персонаж, праздник, эмблема, ритуал etc. С местами памяти связаны коммеморативные практики и/или нарративы[10].

В частности, я обращаюсь к работе П. Нора «Всемирное торжество памяти», в которой он рассматривает т.н. расцвет памяти – феномен, характерный для последних трёх-четырёх десятилетий. Его формами являются:

«…критика официальных версий истории и возвращение на поверхность вытесненных составляющих исторического процесса; восстановление следов уничтоженного или отнятого прошлого; культ корней (roots) и развитие генеалогических изысканий; бурное развитие всяческих мемориальных предприятий; юридическое сведение счетов с прошлым; рост числа разнообразнейших музеев; повышенная чувствительность к сбору архивов и к открытию доступа к ним; возобновившаяся привязанность к “наследию” – тому, что в англоязычном мире называется ‘heritage’, а во Франции – ‘patrimoine»[11].

Этот термин – «наследие» – я также использую в своём исследовании.

Также я использую понятие «мемориального изобилия», сформулированное П. Нора в упомянутой работе. Мемориальным изобилием автор называет интенсивное политическое, туристическое, коммерческое и т.п. актуально-прикладное использование прошлого[12].

Касаясь регионалистской проблематики, я стремлюсь продолжить начатую на сайте «Либеральной миссии» тему перспектив глобального регионализма. Рассматривая проблему волгоградской идентичности в этом контексте, я опираюсь, в частности, на работу Даниила Коцюбинского «Регионалистская альтернатива глобальному унынию»[13].

В своей статье я бы хотела не только обозначить проблему идентичности города Волгограда, но также оценить, насколько современное состояние его идентичности отдаляет город от осознания себя регионацией (базовым гражданско-территориальным сообществом[14]), способного стать основой для успешного развития региона в XXI веке.

 

Сталинградская битва. Основные мемориальные вехи

Главное событие, поглощающее всю историю Волгограда, — это битва за Сталинград – одно из важнейших сражений Второй мировой войны. Битва происходила с 17 июля 1942 г. по 2 февраля 1943 г. на территории современной Воронежской, Ростовской, Волгоградской областей и Республики Калмыкия. В историографии окончание Сталинградской битвы называют «началом коренного перелома» во Второй мировой войне.

Наступление войск Германии и её союзников: Румынии, Венгрии и Италии – продолжалось с 17 июля по 18 ноября 1942 г. Целью немецкого командования был захват большой излучины Дона, волгодонского перешейка и Сталинграда. В случае успеха гитлеровских войск было бы блокировано транспортное сообщение между центральными районами СССР и Кавказом, а также был бы создан плацдарм для наступления на юг с целью захвата кавказских нефтяных месторождений.

23 августа 1942 года силы 4-ого воздушного флота Люфтваффе произвели самую долгую и разрушительную бомбардировку города: уничтожению подверглось более половины жилого фонда довоенного Сталинграда. Город превратился в пространство, сплошь покрытое горящими руинами: большинство зданий были построены из дерева или имели деревянные элементы. Горела и Волга: бомбы попали в цистерны с горючим[15]. Авианалёт на Сталинград был самым массированным на Восточном фронте. 4-ая воздушная армия совершила в тот день 1500 вылетов, сбросив 1000 бомб и потеряв лишь 3 боевые единицы[16].

Фонтан «Детский хоровод» на Привокзальной площади. Фото С.Н. Струнникова

Месяцами шли бои за плацдармы у Волги, в особенности на Мамаевом кургане и на заводах в северной части города. Бои шли за каждую улицу, дом, подвал, завод. Пока советские солдаты продолжали удерживать позиции, рабочие заводов ремонтировали танки и оружие как на заводах, так и прямо на поле боя. Схватки за предприятия были специфичны: огнестрельное оружие практически не применялось из-за опасности рикошета, поэтому борьба шла врукопашную, в том числе при помощи холодного оружия.

Советское командование передвинуло резервные силы Красной армии от Москвы к Волге, а также перебросило военно-воздушные силы практически со всей страны в район Сталинграда.

9 ноября начались холода, температура воздуха упала до 18 градусов мороза. В ноябре лёд, однако, ещё не встал, поэтому переправы через Волгу стали крайне затруднительными из-за плывущих по реке льдин. По этой причине подвоз боеприпасов и продовольствия, осуществлявшийся с левого берега реки для расположенной на правом берегу Волги 62-й армии (под командованием В.И. Чуйкова) был на время прекращён, что сделало её положение крайне уязвимым. Несмотря на это, армия выстояла – после войны её имя будет носить набережная Волгограда.

19 ноября 1942 г. началось наступление Красной армии в рамках операции «Уран», в ходе которой была окружена группировка немецких войск (о её численности историки до сих пор спорят; в советском плену оказались более 91 тыс. человек, из которых в Германию после войны вернулись лишь 5 тыс.). Операции ноября 1942 г. сыграли решающую роль – к февралю 1943 г. битва была окончена.

 

Память о Сталинградской битве в Волгограде

Можно с уверенностью сказать, что Волгоград – единый мемориал Сталинградской битвы. Места памяти повсюду: прогулка по городу может быть представлена как паломничество от одного места военной памяти к другому. Например, на Аллее Героев – бульваре в центре города –расположены стелы, на которых можно прочесть имена 127 героев Сталинграда.

Стелы на Аллее Героев

Аллея Героев соединяет площадь Павших Борцов и Набережную, носящую имя защищавшей её 62-й армии. Выйдя на набережную, можно прийти к легендарному дому Павлова, который в течение 58 дней удерживали советские солдаты.

Дом Павлова

Напротив дома Павлова расположены музей-заповедник «Сталинградская битва» и мельница Гергарда – одно из немногих зданий царицынской постройки, сохранившееся после войны. Здание мельницы, разрушенное в ходе битвы, было решено оставить нетронутым как память о войне. Это не подвергшееся реставрации и декорации здание живее любого другого места памяти в Волгограде, потому что оно не воссоздаёт память о войне, подобно стелам, памятникам и музеям, а само есть – воплощение войны.

Мельница Гергарда

Но, как бы ни была выразительна в своей руинности разрушенная Мельница, не она является символом города, а возвышающаяся над городом на Мамаевом кургане Родина-мать.

Скульптура «Родина-мать зовёт!»

Мамаев курган, конечно, самое популярное место памяти в Волгограде. Памятник-ансамбль «Героям Сталинградской битвы» поражает монументальностью.

Скульптура «Стоять насмерть»

В скульптурных рельефах мемориала воплощаются идеи как сакрифицированной (героической) памяти, так и виктимизированной (скорбной). Но при этом поднявшая меч Родинамать, возвышающаяся над мемориалом, очевидно, побеждает скульптуру скорбящей матери.

«Скорбящая мать»

На Мамаевом кургане можно испытывать разные чувства: от гордости за героизм до скорби и злости за тысячи жертв воины.

Ясно, что Волгограду невозможно уйти от Сталинграда, т.к. он преследует его везде: от названий улиц – до архитектуры, создающей городской ландшафт.

 

 «Свой Наполеон» и «танцы на костях»

Для того чтобы понять, какую роль играет Сталинградская битва в памяти волгоградцев, стоит вернуться в Сталинград 31 января 1943 г. В этот день генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс со всем штабом 6-й армии сдался в плен советским войскам. Важность этого события для современных волгоградцев демонстрирует его ежегодное разыгрывание: с 2006 г. городские реконструкторы воссоздают сцену пленения Ф. Паулюса в подвале Центрального Универмага, где находился штаб фельдмаршала.

Эта мемориальная практика, как мне представляется, обслуживает потребность в «своем Наполеоне», в важной фигуре, которая пала именно в Сталинграде. В этом действии я вижу стремление волгоградцев повысить «капитализацию» своего города, его исторического прошлого. Это желание, думаю, вызвано тем равнодушием к городу-герою, которое чувствуют волгоградцы на протяжении постсоветских десятилетий. В советское время Сталинград-Волгоград не оставался без внимания. В город приезжали важные иностранные делегации: так, например, в 1955 г. Сталинград посетили премьер-министр Норвегии Э. Герхардсен и французская парламентская делегация[17]. Но после распада СССР Волгоград оказался на обочине общероссийской жизни.

Таким образом, воспользовавшись трендом на рост милитаристского патриотизма в «путинскую эпоху», современный Волгоград решил привлечь внимание и повысить себе цену: раз все подзабыли про героизм сталинградцев, то напомним о ярком победном эпизоде: пленении вражеского фельдмаршала!

Реконструкция пленения Ф. Паулюса

Надо сказать, что ради привлечения внимания со стороны соотечественников, многие (но не все!) волгоградцы готовы забыть о том, что Мамаев курган – не только мемориал, но и большая братская могила.

24 июня 2020 г. на Мамаевом кургане состоялся масштабный концерт Победы, который транслировался на телеканале «Россия»[18]. Концертная площадка была устроена у подножия монумента Родины-матери. Грандиозное представление сопровождалось видеоинсталляцией, чтением стихов и исполнением песен о подвиге, в которых оживали

«…память о героических судьбах защитников России, радость спасённого мира и гордость всех поколений России»[19].

Концерт вызвал неоднозначную реакцию среди уроженцев и жителей Волгограда.

Для одних представление было праздником, долгожданным открытием Волгограда для России:

«Как это красиво. Да, вокруг бедный город-миллионник с маленькими зарплатами, об этом я прекрасно помню, напишу позже, конечно. Но как это красиво сегодня»[20];

 «Парад победы нормального человека»[21].

Для других – пляской на костях:

«Пляски на могиле и многое другое, такое себе, если честно»[22];

 «Не то время и точно не то место»[23].

Я отношусь к последним. Несмотря на то, что концертная площадка не была расположена непосредственно на могилах, концерт проходил в мемориале, на кургане, где лежит прах 35 000 защитников Сталинграда.

Концерт на Мамаевом кургане 24 июня 2020 г.

Сталинградская битва и память о ней, таким образом, позволяют волгоградцам не чувствовать себя ущемленными и полностью забытыми. И именно в этом – главная причина того, что на сегодня базовым культурно-региональным идентификатором волгоградцев является, как и в эпоху СССР, память о Сталинградской битве.

 

Почему не «Сталинград»?

Кажется, что Волгоград давно уже должен носить имя «Сталинград», если так сильна память о битве за город, если память эта позволяет привлекать внимание и ресурсы. Почему же Волгоград, который цепляется за своё военно-героическое прошлое, до сих пор не носит имя, прославившее его на весь мир?

Идея вернуть Волгограду имя, с которым он вошёл в мировую историю как «город-герой Сталинград», возникает регулярно. Вопрос переименования обостряется в канун дат, связанных с Великой Отечественной войной и Сталинградской битвой. Дискуссии о возвращении Волгограду имени Сталинград происходят в СМИ и социальных сетях. Правда, к предлагаемым вариантам – «Сталинград», «Волгоград» – присоединяется ещё одно имя: «Царицын». Вопрос изменения названия города демонстрирует не только проблему не вполне сложившейся идентичности жителей Волгограда, но также показывает, как на повестку, связанную с переименованием Волгограда, оказывают воздействие внешние политические силы и граждане других регионов России.

Начало дискуссии было положено в 2002 году, когда отмечалось 60-летие Сталинградской битвы. Тогда депутаты-коммунисты Волгоградской областной думы предложили вернуть городу и области имя Сталинград, ссылаясь на письма от бывших фронтовиков, а также резолюции от организаций ветеранов из 90 городов, районных центров России и постановления органов власти из 25 субъектов РФ. Государственная Дума РФ, однако, отклонила это предложение, т.к. в Волгограде не был проведен референдум о переименовании города[24].

В том же 2002 г. президент РФ Владимир Путин критически отозвался об идее возвращения Городу на Волге имени Сталинград. Подчеркнув подвиг людей, «которые добыли победу под Сталинградом», Путин отметил, что:

 «…возвращение городу имени Сталина сегодня породило бы подозрения в возрождении сталинизма в нашей стране»[25].

По мнению президента, в переименовании города не было никакой пользы для россиян:

«Не уверен, что это могло бы пойти на пользу всем нам»[26].

Спустя 10 лет, в 2012 году, в канун 70-летия окончания Сталинградской битвы фронтовики Приморского края обратились к президенту РФ и депутатам Госдумы с ходатайством рассмотреть вопрос о переименовании Волгограда в Сталинград. Инициатива исходила от «Совета ветеранов войны, труда, вооруженных сил и правоохранительных органов»». Аргумент в пользу возвращения прежнего имени был такой: в мировую и Отечественную историю вошёл город Сталинград, а не Волгоград. Возникновение идеи в Приморье объяснялось также тем, что «в Приморье живут те, кто участвовал в этом важном сражении»[27].

К фронтовикам Приморья присоединился Санкт-Петербург в лице «Профсоюза граждан России». По словам лидера этой организации, писателя-конспиролога Николая Старикова:

«Возвращение Сталинграду его имени, покрытого славой великой победы, позволит восстановить историческую справедливость по отношению к нашему народу-победителю. Послужит делу укрепления позиций России на внешней арене и будет лучшим подарком к 70-летию победы в Сталинградском сражении, которая будет праздноваться в феврале 2013 года»[28].

Как видно, вопрос о переименовании получил популярность в регионах РФ едва ли не больше, чем в самом городе. При этом внешние инициаторы переименования и комментаторы руководствовались тем, что Город на Волге, переименованный в Сталинград, будет укреплять позиции России, воплощать идею исторической справедливости либо, наоборот, нести угрозу стране в целом. Что характерно, высказывающиеся не особо интересовались мнением самих волгоградцев: начиная от замечания В. Путина о том, что переименование города не пойдёт на пользу нам, т.е. всем гражданам России, которые могут заподозрить власть в стремлении возрождения сталинизма, до реплики представителя «Профсоюза граждан России», в которой не уточнялось, для кого переименование города будет лучшим подарком к 70-летию победы в Сталинградском сражении. (Не стоит забывать, что в 2002 г. депутаты-коммунисты также не интересовались отношением волгоградцев к возвращению имени Сталинград и не инициировали референдум, что, как уже отмечалось, и позволило Госдуме проигнорировать данную инициативу).

В октябре 2012 г., под влиянием инициативных импульсов, шедших извне, волгоградская региональная общественно-патриотическая организация «Сталинград» выступила с предложением по возвращению городу его предыдущего имени. И вновь инициаторы обратились не к горожанам, а к политическому руководству страны и города:

«Волгоградские ветераны направили обращение Президенту Российской Федерации Владимиру Путину, председателю Госдумы Федерального собрания Сергею Нарышкину, а также руководству Волгоградской области и города. Как сообщили фронтовики <…>, от имени защитников Сталинграда, миллионов граждан России, СНГ, США, Франции, Голландии, Швеции, Норвегии и других стран мира, приславших свои письма с просьбой возвратить городу-герою имя Сталинград, волгоградская региональная общественно-патриотическая организация “Сталинград” просит рассмотреть “вопрос об исправлении юридической, политической, нравственной ошибки в переименовании Сталинграда в Волгоград”. <…>

Клуб “Сталинград” просит приурочить это к приближающейся славной дате – 70-летию разгрома гитлеровских войск под Сталинградом, в битве, явившейся судьбоносной для всего мира. <…>

По мнению членов организации, став снова Сталинградом, город привлечёт массовый поток туристов и инвестиций, и, конечно же “сплотит народы”»[29].

В ответ на эту инициативу, а также на предложения, высказанные в Петербурге Н. Стариковым, в конце октября 2012 г. в Волгограде возникла встречная идея – проведения референдума с целью сохранить городу имя Волгоград:

«Волгоградское отделение Республиканской партии России обратилось к президенту страны, властям Волгограда и области с призывом “сохранить городу имя”. Идею переименования в Сталинград заявил член общественной организации “Профсоюз свободных граждан России” из Санкт-Петербурга Николай Стариков. Республиканцы убеждены, что большинство волгоградцев, как и 10 лет назад, против переименования и готовы доказать это в пикетах. Эксперты полагают, что кампания переименования простимулирована местными политтехнологами, но оппозиция может воспользоваться ей, чтобы дискредитировать федеральную власть. <…>

Отметим, что процедура переименования, по законодательству, сложна. Согласно Федеральному закону “О наименованиях географических объектов”, она предполагает внесение инициативы в местный законодательный орган, причем с финансовыми расчетами. Затем региональная дума должна принять соответствующий закон. Потом за него должны проголосовать в федеральном парламенте. Кроме того, необходимо провести местный референдум, принять участие в котором должно не менее половины горожан. Только после этих процедур законопроект может быть направлен на рассмотрение правительству и президенту»[30].

Референдум в 2012 г. в Волгограде так и не состоялся (спустя два года был проведен общероссийский опрос, о котором подробнее – чуть ниже).

В дальнейшем был достигнут некий компромисс между сторонниками переименования города в Сталинград и их противниками. В 2013 г. депутаты Волгоградской городской думы приняли решение, согласно которому в дни памятных дат, а именно 2 февраля – День окончания Сталинградской битвы, 9 мая – День Победы, 22 июня – День Скорби, 23 августа – День памяти жертв массированной бомбардировки Сталинграда, 2 сентября – День окончания Второй мировой войны, 19 ноября – День разгрома немецких войск под Сталинградом, Город на Волге будет носить имя «город-герой Сталинград»[31]. При этом регулярное временное переименование не носит официальный характер: наименование «город-герой Сталинград» используется только при проведении общегородских мероприятий[32].

Важно отметить, что в 2014 г. позиция президента В. Путина в отношении возвращения Городу на Волге имени Сталинград изменилась. В начале июня, уже после событий, связанных с присоединением Крыма и резкой эскалацией военно-патриотической риторики в стране, на встрече с ветеранами Великой Отечественной войны в Нормандии президент предложил провести в Волгограде референдум о возвращении городу имени Сталина:

«В соответствии с нашим законом, это дело субъекта федерации и муниципалитета. В данном случае люди должны провести референдум, определиться. Как жители скажут, так и сделаем»[33].

 Исходя из этих замечаний В. Путина, можно было сделать вывод, что, по его существенно изменившемуся мнению, в России к 2014 г. переименование Волгограда в Сталинград уже не должно было вызвать подозрений в возрождении сталинизма. Но на самом деле эволюция позиции Путина объяснялась, как представляется, несколько иными мотивами. Запустив в последнее десятилетие механизм всё более пропагандистски нарастающей сакрифицированной военной памяти, в которой присутствуют элементы позитивной оценки И.В. Сталина в период Великой Отечественной войны, В.В. Путин решил в 2014 году (когда указанный историко-политический процесс пережил своего рода кульминацию) не высказываться в антисталинском духе и дистанцировался от мемориально-топонимической коллизии, оставив право выбора волгоградцам.

Референдум в Волгограде, однако, так и не был проведён, хотя опрос россиян в отношении переименования Волгограда, как уже отмечалось выше, состоялся. Согласно результатам этого опроса, осуществлённого «Левада-центром» в том же 2014 году, 55% россиян выступили за сохранение имени Волгоград, 23% – за возвращение имени Сталинград, 6% проголосовали за возвращение первоначального имени Царицын, 16% затруднились с ответом[34].

При этом сами волгоградцы, несмотря на резкий общероссийский тренд в сторону активизации сакрифицированной памяти о Второй мировой войне, остались, как и большинство россиян, в массе против переименования города. Об этом говорят многочисленные опросы, организованные информационными агентствами Волгограда[35]. Например, 14 апреля 2019 г. «Блокнот Волгограда» и «Волгоград онлайн» провели голосование среди читателей по вопросу об их отношении к переименованию города. Согласно опросу «Волгограда онлайн», отвечая на вопрос «Стоит ли переименовывать Волгоград?», респонденты выбрали следующие варианты ответа: 31% – «Нет, я волгоградец, а Сталинград уже история!»; 31 – «Нет, давайте разгоним инициативную группу, предлагающую такие идеи»; 23% – «Да, верните Сталинград!»; 6% – «Да, хочу жить в Царицыне!»; 6 – «Нет, Сталинград вернуть можно, но имя будет позорить его защитников среди нынешней разрухи»; 1% – «Мне всё равно»[36]. Опрос «Блокнота Волгограда» показал, что 62,14% волгоградцев высказались против переименования города в Сталинград, остальные 37,86% – за[37].

Как видно, более половины жителей Волгограда – решительно против переименования города, причём не только потому, что многие из опрошенных не ощущают себя сталинградцами, но и потому что не хотят позорить имя города-героя Сталинграда разрухой и бедностью, царящими в Городе на Волге ныне.

И всё-таки, почему не был проведён городской референдум? Ведь активная дискуссия, с перерывами, но продолжалась на протяжении 12 лет. И вопрос, как я упоминала выше, обострялся в канун дат, связанных с событиями Второй мировой войны. Почему разговоры о референдуме неизменно заканчивались одним и тем же типовым заголовком в СМИ: «Гордума Волгограда: референдум по переименованию города в Сталинград не планируется»[38]?

Здесь важно подчеркнуть, что настоящей гражданской активности по данному вопросу всё же в городе не было и нет. Все дискуссии о переименовании в самом Волгограде носят скорее диванный характер. Власти о проведении референдума не объявляют, и волгоградцы уже привычно-рутинно развлекают себя перебиранием привычных вариантов.

При этом под статьями и постами о переименовании наиболее популярны реплики двух типов: «Я – против переименования!» и «Какая разница, как называться, лишь бы город подняли!».

Приведу весьма типичные комментарии, опубликованные в группе «Волгоград» в социальной сети «ВКонтакте» (орфография и пунктуация авторская):

«Да по х..й мне по большому счету на название! Лишь бы суть изменилась!»[39];

 «Нет уж. Я против. И не лично против Сталина, вполне нормально к нему отношусь. Но кажется хватит уже перетрубаций, займитесь лучше благоустройством, наведите порядок в городе, экономикой, а от перемены мест слогаемых, как известно….»[40].

Одним словом, для политиков и граждан, заинтересованных в поддержании дискурса о великой победе, переименование Волгограда в Сталинград – не цель (ибо большинство горожан к этой идее относится негативно или равнодушно), а скорее средство обслуживания и поддержания сакрифицированной памяти о Второй мировой войне.

Волгоград как бы замкнут и внутри, и снаружи идеей кровопролитной победы. Он не может отказаться от своего прошлого, но при этом он убегает от тени Сталинграда – ведь город так и не был «переименован обратно».

Мы видим аспект несвободы поколений от сталинградского прошлого. С одной стороны, Сталинградский дискурс порождает способы выживания города, становится методом привлечения внимания и ресурсов, с другой – это ноша, от которой хочется, если не избавиться, то хотя бы уменьшить ее тяжесть. Из-за невыносимости разрешения конфликта «Сталинград vs Волгоград» возникает вопрос: «А может, Царицын?»

 

Царицын: от сторожевой крепости на Волге до промышленного центра Поволжья

«…и пришли к Переволоке… Слово “переволока” (Perovolok) на русском языке означает узкую полосу земли или перешеек между двумя водными пространствами, и называется это место так потому, что здесь от реки Волги до реки Дона, или Танаиса, считается тридцать вёрст, то есть столько, сколько человек может легко пройти пешком в один день. В 7 верстах ниже, на острове, называемом Царицыным (Tsaritsna), русский царь держит в летнее время отряд из 50 стрельцов для охраны дороги, называемый татарским словом “караул”»[41].

Это – первое упоминание о будущем Царицыне, которое оставил нам английский путешественник Христофор Бэрроу в 1579 году.

Топоним «Царицын» тоже, скорее всего, происходит не от русских царей, а от тюркского слова «сары-чин» «жёлтый — красивый — остров»[42].

Официальная дата, от которой Волгоград отсчитывает свою историю – 1589 год, когда, в бытность Фёдора Иоанновича царём и Бориса Годунова правителем Московского государства, был основан Царицын как сторожевая крепость для обороны южных границ русских земель[43].

Основание Царицына произошло после того, как по итогам войны 1582—1586 гг. потерпевший поражение правитель Ногайской орды Урус-бий в 1586 году признал свою зависимость от Московского царя.

В Смутное время ногайцы попытались было вновь отложиться от Москвы, но безуспешно (позднее их вытеснили калмыки, которые, правда, также признали свою зависимость от Москвы).

Сами царицынцы в период Смуты сделали выбор в пользу одного из самозванцев – Лжепетра, за что посланное из Москвы Василием Шуйским войско в октябре 1607 году сожгло Царицын дотла (его пришлось заново отстраивать в 1519 году). Взятие воеводой Фёдором Шереметевым Царицына очевидец описывал так:

«Царицын город и острог взяли, и государевых изменников царицынских людей и их жён и детей побили и поймали, а иные в степь побежали… как изменники побежали в степь и я, холоп твой, за ними гонял до речки до Ольшанки от города семь вёрст и с ними бился»[44]

Во второй воловине XVII века на Дон и Волгу в огромной массе бежали недовольные окончательным закрепощением крестьяне и дезертиры с Русско-Польской войны (1654-1667). Чуть позже эти люди влились в разбойничью ватагу Степана Разина, превратившуюся в итоге в грозную воинскую силу. В Царицыне Разин успел побывать трижды. В 1667 г., на пути в Персию. В 1669 г., возвращаясь из владений персидского шаха.

Захват Царицына войском Степана Разина в 1670 г. Казнь царицынского воеводы Тимофея Тургеньева и не изменивших присяге стрельцов

Через год в Царицыне уже было казачье самоуправление – в 1670 г. «войско» Разина взяло город[45].

Казацкое самоуправление в Царицыне. 1670-71 гг.

Правда, казацкая вольница продержалась недолго. Вскоре после того, как Степан Разин был захвачен, привезен в Москву и казнён, соратник Разина Фёдор Шелудяк оставил Царицын без боя в августе 1671 года.

XVIII в. в Царицыне оказался связан с именем других казачьих мятежников – Кондратия Булавина и Емельяна Пугачёва.

Восстание казаков на Дону под предводительством Булавина началось в октябре 1708 г. Непосредственным поводом послужило требование царской администрации выдать с Дона беглых крестьян и силовые попытки такого возврата. Начавшись на Дону, восстание быстро подошло к Волге. Два булавинских атамана – Игнат Некрасов и Иван Павлов 7 июня 1708 года подвели свои отряды к Царицыну.

Штурм Царицына войсками Кондратия Булавина. Июнь 1708 года

Несколько дней булавинцы осаждали Царицын. Они закопали ров вокруг стены, натащили под стены хворост и подожгли его. Благодаря пожару им удалось ворваться в крепость. Воевода Царицына Афонасей Турчанинов и вместе с ним подьячий и два стрельца были обезглавлены. В пожаре сгорел и весь старый архив Царицына.

Казаки удерживали город недолго – уже 20 июля к городу подошли правительственные войска, которые с ходу его взяли. И. Некрасов незадолго до этого увёл свои отряды обратно на Дон, а Павлов, потеряв город, бежал. Булавинцев, которых удалось взять в плен, почти всех перевешали вдоль Донской дороги. Сам Булавин к этому моменту был уже мёртв – 7 июля он застрелился на Дону, чтобы не сдаваться в неминуемый плен.

А вот в истории Пугачёвского бунта, спустя чуть более 100 лет, Царицын повёл себя по-другому.

В.Г. Перов. Суд Пугачёва. 1879 г.

В отличие от многих поволжских городов, Царицын – в котором скопились верные правительству солдаты и офицеры, сумевшие бежать из сдавшихся перед тем бунтовщикам волжских городов – оказал Пугачёву сопротивление, умело организованное комендантом Иваном Цыплятевым. Крепость продержалась до того момента, когда подоспели правительственные войска под командованием Ивана Михельсона. Поражение пугачёвцев под Царицыным стало для них роковым. Комендант Цыплятев получил за отвагу генеральский чин, а Волжское казачье войско и Царицынская сторожевая линия после разгрома восстания Пугачёва по повелению императрицы Екатерины II были упразднены[46].

Если XVII-XVIII вв. в истории Царицына тесно связаны с бунтами и войнами, то XIX в. для Царицына – время становления его как города. «Сторожевая крепость на юге России» уходит в прошлое.

В 1812 г. начал работу горчичный завод. В 1820 г. – по приказу императора Александра I утвержден план застройки Царицына. В 1862 г. – проложена Волго-Донская железная дорога, соединившая две реки. В 1870 г. – Грязе-Царицынская ж/д. В 1872 г. был открыт первый театр, в 1875 г. – мужская гимназия. К концу XIX в. в городе уже работали лесопильный, нефтеперегонный и металлургический заводы, был открытый городской водопровод – Царицын медленно, но верно становился современным промышленным городом[47].

Правда, этот город, как и большинство других российских поселений, оставался по большей части деревянным. 3 июня 1901 г. в Царицыне случился. пожар, бушевавший несколько дней и разрушивший большую часть города[48]. Этот пожар стал своего рода грозным предзнаменованием грядущего опустошения города в 1942 года…

Впрочем, Царицын продолжал расти, и к 1913 году с 130 тыс. жителей обогнал по населённости многие губернские города. В этом же году в городе пошёл первый трамвай.

В 1910-х годах стараниями иеромонаха Илиодора Царицын стал одним из центров черносотенного движения. Илиодор добился популярности среди многих горожан благодаря своим ораторским талантам и яркой демагогии, построенной по принципу: «Хороший царь – плохие чиновники, губернаторы и министры, а также евреи». Илиодор конфликтовал с губернатором Татищевым, Святейшим Синодом и премьер-министром Столыпиным, опираясь при этом на поддержку саратовского епископа Гермогена, а также своего друга – Распутина, также заинтересованного в противоборстве Столыпину, пытавшемуся положить конец общению Распутина с царской семьей. Черносотенные излишества Илиодора и Гермогена Распутин, впрочем, не одобрял, из-за чего в итоге оба крайне правых монаха со «старцем» рассорились, а Илиодор превратился в одного из его злейших врагов.

Г. Распутин, епископ Гермоген и иеромонах Илиодор в период их дружбы

Хотя в 1917 г. советская власть в городе установилась мирным путём, события, последовавшие вслед за тем, в период Гражданской войны, вернули Царицын в знакомое ему «бунташное» состояние. На протяжении 1918-1919 гг. город неоднократно переходил под власть то «белых», то «красных».

Любопытно, что, когда в 1925 г. Царицын переименовали в Сталинград, это решение, принятое ВЦИК, не сопровождалось положительным откликом со стороны самого И.В. Сталина. В письме секретарю Царицынского губкома ВКП (б) П.Б. Шеболдаеву Сталин писал:

«Я узнал, что Царицын хотят переименовывать в Сталинград <…>. Знаю также, что Вы отложили съезд советов из-за моего неприезда, причем думаете произвести процедуру переименования в моем присутствии. Все это создает неловкое положение и для Вас, и особенно для меня. Очень прошу иметь в виду, что: 1) Я не добивался и не добиваюсь переименования Царицына в Сталинград; 2) Дело это начато без меня и помимо меня; 3) Если уж так необходимо переименовать Царицын, назовите его Мининградом или как-нибудь иначе…»[49].

Думаю, причина сталинской скорее негативной, нежели позитивной, оценки в отношении переименования города в его честь заключалась не только в показной скромности большевистского вождя, тогда ещё не достигшего абсолютной монополии на власть и опасавшегося до поры до времени щеголять излишним честолюбием. Дело, думаю, ещё и в том, что Сталин осознавал, насколько в реальности небесспорен был его личный вклад в оборону Красного Царицына, которая была в ту пору ещё слишком хорошо памятна и на загрунтована толстым слоем позднейшей мифотворческой пропаганды.

Отправленный в июне 1918 г. в Царицын главой Совета народных комиссаров В.И. Лениным в качестве «общего руководителя продовольственным делом на юге России», Сталин вошёл в конфликт с «человеком Л.Д. Троцкого» – руководителем Северо-Кавказского военного округа генерал-лейтенантом А.Е. Снесаревым. Нарком по военным и морским делам и председатель Высшего военного совета Троцкий, как известно, делал ставку на военспецов – старых кадровых офицеров. Сталин же относился к ним с принципиальным недоверием. В итоге ответственный за проведение «продовольственной диктатуры» кремлевский посланец Сталин начал грубо вмешиваться на Юге в вопросы управления, в т.ч. армией. Стоит отметить, что право вмешиваться в военные дела делегировал Сталину Ленин, также относившийся к военспецам с повышенной настороженностью[50].

Иосиф Сталин и Владимир Ленин. 1919 г.

В то же время, в соответствии с прямыми указаниями Троцкого, Снесарев проводил в округе политику привлечения в войска «старых» опытных офицеров и активно боролся с «партизанщиной», создавая регулярные воинские части по образцу Русской императорской армии. Сталин же, наоборот, делал основную ставку как раз на «партизанщину» и комиссарский контроль и диктат в отношении «бывших»[51].

В результате противостояния между Снесаревым и Сталиным, последнему удалось добиться отстранения генерала: Снесарева отозвали в Москву. Теперь Сталин мог вмешиваться в решение оперативно-тактических вопросов и наказывать тех, кого считал виновными в отступлении красноармейских частей. Так, по указанию Сталина было произведено задержание всех сотрудников артиллерийского управления штаба округа. Они были помещены в плавучую тюрьму – «царицынскую баржу», которая затем была потоплена в назидание остальным кадровым военным (впрочем, историк А. Ганин считает историю потопления «царицынской баржи» вымыслом[52]).

А.Е. Снесарев (1865-1937). В 1930 г. арестован, приговорён к расстрелу. По указанию Сталина расстрел был заменён на 10 лет ИТЛ. Сохранилась записка Сталина Ворошилову: «Клим! Думаю, что можно было бы заменить Снесареву высшую меру 10-ю годами. И. Сталин». В 1931-1932 гг. находился СвирьЛАГе, затем в Соловецком лагере особого назначения (СЛОН). Досрочно освобождён как тяжело больной 27.09.34 г. Умер 4 декабря 1937 г. в Москве в больнице.

Узнавший обо всем Троцкий телеграфировал Сталину (предварительно согласовав содержание телеграммы с Лениным), требуя немедленно навести порядок в войсках, объединить отряды в регулярные части, установить правильное командование и т.д. По сути Троцкий стремился устранить поощряемые Сталиным самоуправство комиссаров и партизанские настроения местных руководителей.

Однако Ленин продолжал колебаться между двумя тактическими линиями в отношении военспецов, к одной их которых его склоняли соображения военного прагматизма и аргументы Троцкого, а к другой – «классовое чутьё», на котором умело играл интриговавший против Троцкого Сталин.

В.И. Ленин и Л.Д. Троцкий

На протяжении сентября 1918 г. Сталин продолжал игнорировать распоряжение Троцкого[53].

17 сентября Реввоенсовет образовал Южный фронт, командование над которым – по настоянию Троцкого – было вновь поручено старому кадровому офицеру: бывшему генерал-майору царской армии Павлу Сытину. Сталин вместе с Ворошиловым (командиром луганского «партизанского отряда», выбившимся в командиры 5-й армии и члены Военного совета Южного фронта) выступили против данного назначения и заявили о намерении создать собственный независимый военный центр, отказавшись ехать в Козлов, где размещался штаб новообразованного фронта и оставшись в Царицыне. Оказавшийся по сути в штабной изоляции, Сытин был вынужден вернуться в Москву.

Де-факто Сталин самоуправствовал, пользуясь не только исходными доверительными отношениями с Лениным, но также тем, что большевистский вождь в это время был не в полной мере политически активен, поправляясь после покушения, совершенного на него 30 августа 1918 г.

Возмущённый тем, что Сталин саботировал приказы центра и фактически выслал главу Южного фронта, Троцкий категорически потребовал, чтобы Сталин прибыл в Козлов для создания РВС Южного фронта. Ленин был вынужден в этой ситуации встать на сторону Троцкого. В Царицын был послан председатель ВЦИК Я.М. Свердлов, который увёз Сталина в Москву[54]. 5 октября Сталин в сопровождении Свердлова прибыл в столицу[55].

Несмотря на то, что Ленин поддержал позицию Троцкого, Сталин очень быстро вернул доверие главы СНК. Уже 8 октября, то есть через 3 дня после возвращения в Москву, Сталин получил повышение, став членом Реввоенсовета РСФСР, которым руководил Троцкий[56]. Ленин тем самым приблизил Сталина к Троцкому, чтобы сделать «классово чуткий» голос наркомнаца более весомым для «чрезмерно хватающего администрированием» председателя РВС.

В конце концов, однако, Ленин склонился в точке зрения Троцкого в отношении военспецов. Позиция Сталина, таким образом, хотя и по умолчанию, но оказалась отвергнутой.

Становится понятно, почему переименование города в честь Сталина в 1925 г. не было поддержано «вождём» – болезненные воспоминания о проигрыше Троцкому, с которым тогда и начало разгораться пламя политической борьбы, «негероическое» возвращение в столицу, последующий переход Ленина на сторону Троцкого…

Позднее, впрочем, сталинская истпартовская пропаганда представила историю «обороны Царицына» в «нужном» ключе.

М. Греков. Товарищи Сталин, Ворошилов и Щаденко в окопах под Царицыном». 1933 г.

Как бы то ни было, но переименование Царицына в Сталинград состоялось, и оно обеспечило городу на Волге особое внимание со стороны кремлёвского руководства.

В 1930-е гг. Сталинград превратился в крупный индустриальный центр: были пущены в строй тракторный (1930) и метизный заводы (1932), началось возведение электростанции по плану ГОЭЛРО, был открыт Сталинградский тракторный институт[57].

С 1932 г. Сталинград стал центром Нижневолжского края, в состав которого входили Калмыцкая автономная область, Астраханская, Саратовская и Сталинградская губернии, а также часть Пугачёвского уезда Самарской губернии. Так Сталинград стал столицей Нижнего Поволжья и получил мощный импульс в социальном, экономическом и культурном развитии.

На долю Сталинграда в 1932 г. приходилось 55,3% промышленной продукции всего Нижневолжского края, а число рабочих достигло 67 тыс. чел. – такое же число рабочих было в двух других крупных городах региона –Саратове и Астрахани[58]. К 1940 г. 66% населения Сталинграда составляли рабочие.

Ясно, что ни в какой из предшествовавших периодов город не переживал такого бурного притока приезжих и такого быстрого темпа строительства промышленных объектов и городской инфраструктуры.

К началу Второй мировой войны «город Сталина» – столица Нижнего Поволжья, промышленный центр – стал своего рода образцовым советским городом, которому, правда, было суждено очень скоро исчезнуть, но не целиком.

Довоенный Царицын – хоть и переименованный в Сталинград, но в целом сохранявший облик дореволюционного города – по сей день остаётся в виде немногих архитектурных следов царской России, чудом дошедших до современных волгоградцев после битвы 1942 года, почти полностью уничтожившей город на Волге.

 

Волгоград как Царицын: поиски досоветского пути идентификации

Вопрос о «превращении» Волгограда в Царицын так же неоднозначен, как и вопрос о переименовании его в Сталинград, хотя и намного менее травматичен.

Главная проблема, которая встаёт на пути возвращение городу на Волге его самого первого исторического имени упирается в проблему того, что обломки Царицына в современном Волгограде – это, в первую очередь, именно обломки некогда цельного городского архитектурного пространства.

Здание Царицынской пожарной команды

«Дом с башенкой» на Ковровской улице

Дом на Новоузенской улице

 

 

Царицынская синагога на улице Порт-Саида, ныне – здание городской физиотерапевтической поликлиники

Они ценны и дороги, они напоминают о том, что Волгоград – это не только бывший в прошлом Сталинград, это город, построенный при царях, это город, которого коснулась история крестьянских восстаний Степана Разина и Емельяна Пугачева, Гражданская война. Царицын – это и поволжские немцы, и Распутин, который здесь часто гостил …

Но это лишь слова!

Сталинградские сооружения всем видом перегружают любую историю «до», и она уходит на дно, под тяжестью великой победы на Волге. Всё теряет значение на фоне памяти о боях за Сталинград.

И всё же последние десять лет память о Сталинградской битве всё более вытесняется досоветской историей города в виде реконструкции царицынского прошлого и постепенного уничтожения сталинградского.

В 2020 г. на площади Павших Борцов в центре Волгограда, на месте, где традиционно ежегодно проводится парад Победы, были демонтированы гранитные трибуны[59].

Снос гранитных трибун на фоне воссозданного царицынского храма Александра Невского

Власти города объяснили снос тем, что трибуны лишние, так как мешают благоустройству территории вокруг нового кафедрального собора, воспроизводящего царицынский храм. Храм, который уже красуется на главной площади города, воссоздаёт собор, взорванный в 1932 году.

Итак, исторические гранитные трибуны, на протяжении десятилетий находившиеся в центре города, были увезены с площади, чтобы не нарушать архитектурный ансамбль воссозданного царицынского храма. Напрашивается вывод о том, что Волгоград делает попытки возвращения к царицынскому прошлому.

Это стремление к отвоеванию царицынской памяти может быть объяснено процессом, который Пьер Нора, как уже отмечалось выше, назвал всемирным торжеством памяти, или расцветом памяти. По мысли Нора, «расцвет памяти» вызван мощным движением освобождения, т.е. деколонизацией, народов, этносов, групп, находившихся под властью колониальных государств (всемирная деколонизация), господствующей системы ценностей (внутренняя деколонизация), государственной идеологии (идеологическая деколонизация)[60]. Говоря о последнем из перечисленных типов деколонизации П. Нора поясняет:

«Есть и третий тип деколонизации, характерный для стран, вышедших из-под гнёта тоталитарных режимов XX столетия, будь то коммунизм, фашизм или просто диктатура: идеологическая деколонизация, способствующая тому, что освободившиеся народы обращаются к своей давней, традиционной памяти, отобранной, разрушенной или искаженной в свою пользу соответствующим режимом: это случай России, Восточной Европы, балканских стран, Латинской Америки и Африки»[61].

 Исходя из мысли П. Нора, можно сделать вывод, что возвращение к царицынскому, а значит, досоветскому прошлому – акт преодоления волгоградцами господствовавшей советской идеологии с целью обретения и утверждения собственной полноценной городской идентичности.

Стремление к уходу Волгограда от советского идеологически постулируемого атеизма и абсолютно доминантной военно-мемориальной идентичности также может быть прослежено в контексте установления в 2012 года на центральной набережной города памятника покровителям семьи – святым Петру и Февронии Муромским[62]. Особо следует подчеркнуть, что установлению памятника предшествовало продолжительное – на протяжении семи лет – празднование горожанами «дня влюблённых по-русски»[63].

Памятник святым Петру и Февронии Муромским

Уникальность проекта отечественного Дня св. Валентина для Волгограда заключается в том, что он стал одним из первых городов России, где появилась традиция массового празднования Дня семьи, любви и верности. Причем это празднование с каждым годом становится в Волгограде всё масштабнее. Так, в 2008 г. программа предусматривала следующие мероприятия:

«…родителей на празднике порадуют выступления творческих коллективов города, детишек будут развлекать весёлые клоуны, планируется вручение памятных подарков молодым и многодетным семьям, конкурс детского рисунка на асфальте, выставка юных волгоградских художников и шоу мыльных пузырей. Вечерняя же программа рассчитана на молодёжную аудиторию, с конкурсами для влюбленных пар, призами от благотворителей и хорошей музыкой»[64].

В 2017 же году горожан с Днем Петра и Февронии уже торжественно поздравили даже, на первый взгляд, далёкие от тематики любви сотрудники регионального ГУ МВД, которые подарили волгоградцам концерт «Ромашка на фуражке»[65].

8 июля 2017 г. сотрудники волгоградского ГУ МВД выступили с концертной программой «Ромашка на фуражке» в честь празднования Дня семьи, любви и верности.

Ромашка на фуражке оказалась неслучайно, т.к. именно этот полевой цветок – символ праздника, именно ромашку организаторы традиционно дарят гостям праздника в виде букетов.

Очевидно, что установление памятника святым Петру и Февронии и восстановление собора, некогда украшавшего Царицын-Сталинград, выражает стремление властей, церкви и прихожан, жертвовавших деньги на восстановление храма, а равно горожан в целом видеть Волгоград не столько Сталинградом, сколько Царицыным. Я думаю, что это можно рассматривать как знак поворота в сторону досоветского, несталинградского регионального наследия.

Однако не стоит думать, что этот поворот есть однозначный отказ от сталинградского прошлого. Волгоград, стараясь совместить царицынскую и сталинградскую память, создаёт новый, гибридный по своей природе, мемориальный конструкт, который, возможно, сформирует более полноценную идентичность города и освободит его от комплекса «нищего города-героя-миллионника».

 

Региональное пробуждение (не) за горами?

Как уже было отмечено, в Волгограде можно выделить несколько мемориальных конструктов. Первый связан с историей Царицына-Сталинграда до 1942 г. Второй – с новым Сталинградом-Волгоградом, отстроенным заново городом на Волге, городом-героем с подчеркнуто военизированно-героизированной историей.

Отсюда вопрос: можно ли говорить о единой гражданско-культурной идентичности в городе, история которого резко делится на «до» и «после»?

Сразу отмечу в этой связи, что сами по себе смены имён города играли в его судьбе и в самосознании его граждан менее существенную роль, чем реальные драматические события.

Очевидно, что изменения имени города в 1925 г. и 1961 г. нельзя считать факторами, видоизменявшими мемориально-культурное самосознание горожан. И поэтому будет грубым упрощением разделять историю города на периоды: «Царицын» (1589-1925 гг.), «Сталинград» (1925-1961 гг.) и «Волгоград» (с 1961 г.), т.к. довоенный Сталинград оставался де-факто Царицыным, а послевоенный Сталинград – это уже, по сути, новый город с новой мемориальной идентичностью, не связанной с прошлой, царицынской.

Как было сказано ранее, в последние десятилетия Волгоград делает робкие попытки направиться в сторону досоветского наследия города.

Но насколько этот мемориальный поворот удачен и перспективен в его практическом воплощении?

Чтобы ответить на этот вопрос, попробуем взглянуть на главную площадь города – площадь Павших Борцов.

Обелиск на пл. Павших Борцов в память о погибших в Гражданской войне защитниках Красного Царицына и солдат, павших во время Сталинградской битвы

Лето 1919 г. Парад Белой армии после взятия Царицына. Парадную процессию возглавляют А.И. Деникин и П.Н. Врангель. Войска движутся от современной пл. Павших Борцов к Волге.

Январь 1943 г. Советский танк Т-34 мчится по пл. Павших Борцов

Площадь Павших Борцов, как мне кажется, демонстрирует характерное для последних десятилетий стремление волгоградцев не столько просто вернуться в Царицын, сколько показать себя частью большой истории России. Я имею в виду новые сооружения, если не уродующие городское пространство, то, как минимум, наталкивающие на вопрос: «А это здесь к чему?».

К таким сооружениям я могу отнести упоминавшийся выше собор Александра Невского, который отсылает не только к памяти о дореволюционном Царицыне, но и к общероссийскому святому.

Памятник Александру Невскому на пл. Павших Борцов, позади – здание Нового Экспериментального Театра

В ещё большей степени сказанное относится к скульптуре самого князя. 24 февраля 2007 г. на центральной площади города был установлен памятник князю Александру Невскому – годом ранее назначенному духовным покровителем города. Инициатива подобного назначения исходила от председателя комитета Волгоградской областной думы Роланда Херианова и Волгоградской епархии[66].

Почему выбор пал на фигуру князя, жившего задолго до основания Царицына? Есть несколько версий, объясняющих судьбоносный выбор покровителя города. Первая из них выдвинута самим Р. Хериановым, по мнению которого, Александра Невского и волгоградцев объединяет общий враг (вероятно, имеются в виду «немцы»):

 «Волгоградцы сознают историческую связь судьбы Александра Невского и его соратников и судьбы нашего города. Символично, что 800 лет спустя после Ледового побоища под стенами Сталинграда был разгромлен тот враг, с которым боролся князь»[67].

Не буду останавливаться на том, уместно ли, с исторической точки зрения, такое смелое сопоставление, по причине того, что в данной работе меня интересует не разоблачение исторических мифов, а то, как эти мифы конструируются и встраиваются в коллективную память жителей региона. Здесь будет уместно вспомнить слова А. Ассман:

«Осмысление и сублимацию истории в виде памятников, мемориалов и священных мест нельзя сводить к искажению исторического факта, ибо они сами становятся фактами истории»[68].

Замечу лишь, что, по моим – как коренной волгоградки – ощущениям, предложенная чиновником Хериановым аргументация выглядит «взятой с потолка» и в городских нарративах не встречается.

Есть ещё одна, не менее сомнительная версия, объясняющая выбор святого: согласно появившемуся незадолго до установки памятника волгоградскому преданию, авторство коего установить пока невозможно, князь был первым, кто выдвинул идею создания сторожевой крепости на Волге, «и позже, на месте, предсказанном Невским, действительно был основан Царицын»[69]. К тому же князь неоднократно посещал территорию будущего города, направляясь в столицу Золотой Орды и возвращаясь из неё[70].

Надо сказать, что волгоградцы восприняли установку памятника Александру Невскому без энтузиазма. В том числе по причине неудачного выбора места: скульптура находится на проезжей части площади – в связи с этим фигура князя тут же получила прозвище: «Регулировщик». К тому же у волгоградцев вызвала вопросы правомерность использования образа Александра Невского в качестве идентификатора города[71].

Таким образом, можно сделать вывод, что, стремясь реабилитировать «старую царицынскую память», городские власти зачастую исходят не из реальных городских мемориальных мест, а пытаются вместо них изобрести новые, не связанные с историей и памятью города.

При этом стоит отметить, что голову бронзовый князь повернул в сторону собора, а не здания Универмага, где сдался в плен фельдмаршал Ф. Паулюс. Это ещё раз подчеркивает, как мне кажется, стремление волгоградской исторической политики избавиться от «сталинградского перегруза». Впрочем, стремление это, как мы видим, не всегда оказывается удачно воплощённым.

Мемориальная пестрота (не путать с глубинной мемориальной инклюзивностью) центральной площади усиливается от того, что рядом со зданием театра, выполненном в стиле советского неоклассицизма, соседствует храм в византийском стиле и ещё несколько зданий в стиле сталинского ампира. И хотя одна площадь – не целый город и Волгоград по-прежнему – единое место памяти о Сталинградской битве, приходится констатировать тенденцию к формированию не столько полноценной гибридной памяти, сколько аляповатого мемориального, а значит, и идентичностного, бардака. Или, в терминологии П. Нора, мемориального изобилия (но, так сказать, по-русски):

 «Это мемориальное изобилие имеет множество причин: все они доказывают, что прошлое утратило единый смысл и что настоящее, наделенное историческим самосознанием, неизбежно узаконивает множественность возможных версий прошлого»[72].

Эта тенденция, сопровождающаяся умножением мемориального китча и гротеска, как мне кажется, ставит под угрозу обретение Волгоградом полноценной и подлинной городской/региональной идентичности. Вместо того, чтобы обращаться к историческим событиям, действительно имевшим место в городском прошлом, власти создают мемориальные нарративы, имеющие мало общего с историей города, подчиняясь, притом весьма легкомысленно, если вовсе не бездумно, законам мемориального изобилия.

При этом действия властей по созданию новых «взятых с потолка» мемориальных конструктов не приближают город к воплощению надежд и мечтаний многих волгоградцев: к дорогам высокого качества, к росту уровня жизни и доходов, к благоустройству города. О чаяниях волгоградцев красноречиво говорят результаты опроса, проведенного сервисом Superjob в 2020 г. в городах-миллионниках России. Отвечая на вопрос «Что нужно изменить в городе в первую очередь, чтобы жить в нём стало лучше?», волгоградские респонденты дали такие ответы: 13% волгоградцев считают, что необходимо снизить уровень загрязнения в городе; 11% жителей города недовольны уровнем дорог; 8% хотели бы повышения уровня культуры, отзывчивости и доброжелательности среди горожан; другие 8% ответили, что «менять нужно абсолютно всё»[73].Важно отметить, что это самый высокий показатель среди всех городов, где был проведён опрос. Для меня, как коренной жительницы Волгограда, этот факт неудивителен. По моим наблюдениям, большинство горожан считают, что состояние, в котором находится город не то, что не соответствует статусу города-героя, но не дотягивает даже до мало-мальски приемлемого уровня города-миллионника.

Нерешенность волнующих жителей города проблем ставит под вопрос осознание волгоградцами себя полноценным гражданско-территориальным сообществом – регионацией.

При этом, как мне представляется, у Волгограда, в отличие, например, от Краснодара – «города-миллионнника с сельской идентичностью»[74], чуть больше шансов быстро приблизиться к тому, чтобы стать полноценным регионом с современной гражданско-политической культурой. Для достижения этого необходима консолидация горожан и жителей области на базе не только граждански востребованной исторической политики, но и на базе развитие конкретных актуальных регионально-политических трендов.

На мой взгляд, Волгоград сможет обрести подлинную региональную идентичность, стать совершенным, завершенным, законченным в самом себе, неким «перфектом» (perfect), если начнет решать следующие задачи.

Во-первых, обратится к решению волнующей многих волгоградцев экологической проблемы города – загрязнение окружающей среды. Для начала:

— Создаст сети наблюдений за качеством воздуха, объединенных в единую информационную систему по качеству воздуха (на примере единой Национальной сети Мексики (SINAICA), находящейся под ведением Национального Экологического Института)[75];

— Учредит научные центры, занимающиеся оценкой экологического состояния региона и разработкой решения проблем окружающей среды Волгограда и области.

Во-вторых, выстроит эффективную социально-экономическую политику.

В частности:

— Возродит работу на отданных под застройку предприятиях (Волгоградский тракторный завод, Завод медицинского оборудования);

— Привлечёт ресурсы для восстановления и предотвращения банкротства знаменитых заводов города, прославившихся ещё в Сталинградскую битву (завод «Красный Октябрь», завод «Баррикады»);

— Повысит престиж высшего и среднего обучения по промышленному направлению.

В-третьих, исходя из региональных особенностей, сумеет создать новые городские бренды.

Например, можно было бы вполне начать активно «продвигать» такие товары местного производства, как «котлета по-киевски» и горчица.

Казалось бы, котлета по-киевски как волгоградский бренд – это нонсенс. А горчица – вообще бренд общерусский. Но не будем спешить с такими выводами!

Начну с самого популярного и любимого фаст-фуда в Волгограде – котлеты по-киевски. Сразу отмечу, что проблема идентификации довлеет не только над волгоградцами, но и над этой знаменитой котлетой.

В марте 2020 г. название котлеты по-киевски не на шутку взволновало волгоградцев.

Всё началось с поддержки акции, инициированной жителем Нью-Йорка. В октябре 2019 г. молодой американец начал выходить на одиночные пикеты и вести их хронику на своей инстаграм-странице «Чувак с табличкой» (dudewithsighn). На обычной картонке «чувак с табличкой» по имени Сет писал, что его волнует, и демонстрировал табличку нью-йоркским прохожим. Так, Сет заявлял, что производители не докладывают чипсы в упаковку, инстаграм-пользователи выкладывают запись концертов в инстраграм-истории целиком, а любимые музыканты выпускают альбомы слишком долго и т.д.[76].

Идея такого протеста была воспринята волгоградцами, поместившими в Сети фотографии с картонкой, на которой было написано:

«Хватит называть котлету по-киевски по-киевски»[77].

Если затухла дискуссия о переименовании города, волгоградцы найдут, что переименовывать

Разгорелись дискуссии. Волгоградцы, давно привыкшие к перебиранию вариантов имён, присоединились к поиску соответствующего котлете названия. Предложенные варианты: «котлета по-волгоградски», «волгоградские котлетки», и, пожалуй, лучшее, на мой вкус, название – «волгатлеты»[78].

Котлета по-киевски (ещё пока по-киевски) на фоне здания железнодорожного вокзала Волгоград I

Если котлета по-киевски может стать символом поиска новой идентичности волгоградцев, то другой брендовый волгоградский продукт – горчица – может стать символом успешного закрепления невоенной памяти в современном Волгограде об исторических контактах с немцами.

Волгоградская горчица отсылает нас к 1765 году – когда посланники Братского союза из Гернгута (города в Саксонии) основали по приглашению императрицы Екатерины II в 25 верстах южнее Царицына колонию Сарепта на р. Сарпа[79]. Сарепта стала колонией гернгутеров – последователей гуситского движения – и стала первым местом в России, где появились заводы по переработке горчицы.

Сейчас Сарепта – историко-этнографический и архитектурный музей-заповедник «Старая Сарепта» – важный туристический, культурный, научно-исследовательский центр Волгограда, сотрудничающий с 2018 г. с ГМИР – «Государственным музеем истории религии» (г. Санкт-Петербург). Говоря о Сарепте, надо упомянуть памятники архитектуры XVIII-XIX вв., первый в Нижнем Поволжье водопровод, общественную библиотеку, достижения ученых-колонистов в области химии, медицины, выведении новых сортов культурных растений и, конечно, горчично-маслобойный завод.

Я бы не сказала, что кейс Сарепты вписывается в уже имеющиеся мемориальные дискурсы города. Сами волгоградцы не видят Сарепту частью царицынского прошлого. Она, скорее, вызывает воспоминания о поволжских немцах, чем о собственно царицынских древностях. По сути, Сарепта – не совсем Россия, это немецкий островок, процветавший до начала XX века, то есть до депортации поволжских немцев в 1941 году в Сибирь.

Кирха в Старой Сарепте

 Но как региональный бренд – почему бы и нет?

Горчица – это ведь не только память о немецкой колонии близ Царицына, это ещё и лучшая горчица в России:

«Горчица “Горлинка”, которую производит волгоградский горчичный завод “Родос”, получила золотую медаль Всероссийского смотра-конкурса лучших пищевых продуктов, продовольственного сырья и инновационных разработок России. <…>

“Горлинку” признали лучшей за то, что эта горчица не содержит искусственных добавок и отдушек. Её производят только из отборного зерна горчицы, которая растет в Волгоградской области»[80].

Почему бы ей вместе с котлетой по-киевски (а точнее, по-волгоградски!) не стать местными продуктами, товарами-брендами, чья региональная популярность может быть обращена вовне – на рынок большой России?

Помимо всего вышесказанного и учитывая интерес местных властей к восстановлению царицынского прошлого, логично было бы предложить проект, который мог бы реализовать в полной мере туристический потенциал города. А именно, проект квестов виртуальной реальности, погружающей волгоградцев в старый Царицын, тем более что опыт создания 3D модели старого Царицына уже имеется[81]. И здесь, на мой взгляд, могла бы «выстрелить», привлечь внимание не только горожан, но и туристов, фигура Григория Распутина. Квест «Царицынские пути Распутина», я думаю, привлек бы и интерес, и ресурсы (о которых так пекутся сторонники переименования города в Сталинград).

Иеромонах Илиодор и Григорий Распутин на пароходной пристани в Царицыне. Журнал «Церковь», 1911 г.

 Кроме того, если говорить о превращении волгоградцев в полноценное региональное сообщество с развитым самосознанием, необходимо будет:

— Создать школьные учебники по истории Волгограда и Волгоградской области, востребованные школьниками, направленные на укрепление региональной идентичности и формирующие понимание области и города как самодостаточных культурно-территориальных образований;

— Регулярно организовывать школьные экскурсии и проводить классные часы не только по теме Сталинградской битвы, но и по другим историческим сюжетам, имевшим место на территории области и города;

— Развивать научно-прикладные учреждения и направления, связанные с краеведением и археологией;

— Инициировать создание проекта, рассказывающего о Царицыне и о довоенном Сталинграде;

— Стимулировать создание проектов по продвижению волгоградских брендов в рамках туристического развития региона;

— Инициировать регистрацию волгоградских брендов (например, котлету с оригинальным названием или горчицу) Федеральной службой по интеллектуальной собственности.

Мне кажется, что имеющиеся мемориальные конструкты в памяти горожан могут стать основой для формирования единого городского самосознания, которое откроет путь к осознанию себя региональным сообществом – регионацией, которому больше не придется вписывать себя в большую историю России для преодоления комплекса «никому не нужного города».

Но двинется ли Волгоград по пути успешного гражданско-политического самообустройства? На этот вопрос я не могу дать ответ, но могу сказать, что шанс есть.

Источники изображений

  1. https://anatoly-sidorov.livejournal.com/19989.html (илл.1)
  2. https://parusvlg.ru/alleya-geroev-v-volgograde/ (илл. 2)
  3. https://ru.wikipedia.org/wiki/Дом_Павлова#/media/Файл:Дом_Павлова_03.jpg (илл.3)
  4. https://ru.wikipedia.org/wiki/Мельница_Гергардта#/media/Файл:May2015_Volgograd_img14_Gergardt_Mill.jpg (илл.4)
  5. https://ria.ru/20190807/1557243191.html (илл.5)
  6. https://russkiymir.ru/news/273668/ (илл.6)
  7. https://ru.wikipedia.org/wiki/Мамаев_курган#/media/Файл:Площадь_скорби_на_Мамаевом_кургане.JPG (илл.7)
  8. https://www.youtube.com/watch?v=E2YwDiHW5B8 (илл.8)
  9. https://photos.rg.ru/2020/06/25/8b65354d.html#photo=557054 (илл.9)
  10. https://волгоград-экскурсии.рф/article-cerkov-ioanna-predtechi.php (илл.10)
  11. https://волгоград-экскурсии.рф/article-cerkov-ioanna-predtechi.php (илл.11)
  12. http://царицын.рф/article/articlestsaritsyn/499-vzyatie-caricyna-voyskami-bulavina.html (илл.12)
  13. https://artzakaz.pro/reprodukcii-kartin/51891-sud-pugaceva-perov-vasilij (илл.13)
  14. http://sazanskayapustin.cerkov.ru/2013/01/31/619/svt-germogenrasputin-i-ierom-iliodor/ (илл.14)
  15. http://getwallpapers.com/wallpaper/full/d/e/d/424282.jpg (илл.15)
  16. https://agenda-u.org/news/dal-boy-velikobritanii-v-gorah-afganistana-i-pobedil (илл.16)
  17. https://aftershock.news/?q=node/760502&page=3 (илл.17)
  18. https://ru.wikipedia.org/wiki/Файл:Mitrophan_Grekov_33_-_Stalin,_Voroshilov_and_Shchadenko_in_the_trenches_Tsaritsyn.jpg (илл. 18)
  19. https://tourvlg.ru/ex-ulochki-caricina.html (илл.19)
  20. http://царицын.рф/social/watch/828-dom-s-bashenkoy.html (илл.20)
  21. http://царицын.рф/social/watch/599-dom-na-sklone.html (илл.21)
  22. https://www.shukach.com/ru/node/60562 (илл.22)
  23. https://v1.ru/text/gorod/2020/06/16/69316876/ (илл.23)
  24. http://www.volgaprav.ru/wp-content/uploads/2012/07/petr_i_fevroniya_volgograd.jpg (илл.24)
  25. https://v102.ru/news/65846.html (илл.25)
  26. http://retrostreets.com/rossiya/volgograd/ploshchad-pavshikh-bortsov (илл.26)
  27. http://царицын.рф/article/articlestsaritsyn/504-square2.html (илл.27)
  28. https://www.nlobooks.ru/events/pressa/interpretatsii_stalingradskoy_bitvy/?sphrase_id=191130 (илл.28)
  29. https://v1.ru/text/gorod/2017/02/25/51301191/ (илл.29)
  30. https://vpravda.ru/obshchestvo/volgogradcy-vybirayut-novoe-nazvanie-dlya-znamenitoy-kotlety-po-kievski-85495/ (илл.30)
  31. https://volganet.net/2020/8100/ (илл.31)
  32. https://ru.wikipedia.org/wiki/Историко-этнографический_и_архитектурный_музей-заповедник_«Старая_Сарепта»#/media/Файл:Tzerkovnaya_ploshad_1.jpg (илл.32)
  33. http://www.nashaepoha.ru/?page=articles&lang=1&id=6464 (илл.33)

 

[1] Дулина Н.В. Культурная память как механизм идентификации в социокультурном пространстве города (на примере г. Волгограда) // XXII Уральские социологические чтения. Национальные проекты и социально-экономическое развитие Уральского региона: материалы Всероссийской научно-практической конференции (Екатеринбург, 17-18 марта 2020 года). Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2020. С. 404-408.

[2] Медведев А.Д. Мемориальная политика правительства Волгоградской области по сохранению памяти о Великой Отечественной войне (период 2003-2020 гг.) // Студенческий электронный журнал «СтРИЖ», №6, 2020. С. 54-57.

[3] Ibid.

[4] Кринко Е.Ф. Сталинградская битва в мемориальной культуре Волгограда и Волгоградской области. // Материалы IV Международной научной конференции, посвященной 75-летию победы в Сталинградской битве. В 2 частях 2017. С. 59-69; Манаев А.Ю. «Мы возродим тебя, родной Сталинград!»: формирование образа Сталинградской битвы в исторической памяти (1940-е – 1950-е гг.). // Наука. Общество. Оборона. Т. 8. №1 (22), 2020. С. 8; Аргасцева С.А. Трансляция образа Великой Отечественной войны у разных поколений на примере памятников и ансамблей города Волгограда // Материалы Международной научно-практической конференции, приуроченной к 75-й годовщине Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. Волгоград.: Общество с ограниченной ответственностью «Сфера», 2019. С. 223-226; Донскова А.И. Вечная память города-героя Волгограда. // Аллея науки, № 4(31), 2019. С. 108-112; Болотов Н.А., Белицкая М.А. Актуализация исторической памяти о Сталинградской битве в ходе музейной практики студентов. Волгоград.: Общество с ограниченной ответственностью «Сфера», 2019. С. 226-229.

[5] Шипицин А.И. Городская скульптура и культурный код Волгограда в контексте брендирования территории. // Вестник Ассоциации вузов туризма и сервиса. Т.10. №4, 2016. С. 89-97.

[6] Сгибнева О.И. Бренд города-героя Волгограда: от моносмысловой значимости к полисемантике // Культурное наследие Северного Кавказа как ресурс международного согласия. М.: Институт наследия, 2019. С. 189-200.

[7] Там же. С. 192.

[8] Ассман А. Длинная тень прошлого. Мемориальная культура и историческая политика. М.: НЛО, 2014.

[9] Там же. С. 78.

[10] Нора П., Озуф М., Пюимеж де Ж., Винок М. Франция-память. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1999. С. 26-27; С. 40.

[11] Нора П. Всемирное торжество памяти. Неприкосновенный запас №2, 2005

[12] Ibid.

[13] Коцюбинский Д.А. / Даниил Коцюбинский. Регионалистская альтернатива глобальному унынию (Часть первая). [Электронный ресурс] // Liberal.ru. 2019. 5 апреля. URL: https://liberal.ru/trends/regionalistskaya-alternativa-globalnomu-unyniyuchast-pervaya (дата обращения: 19.01.2021).

[14] Ibid.

[15] Бивор Э. Сталинград. Смоленск.: Русич, 1999. С. 73

[16] Ibid.

[17] Болтунова Е. Державность по-советски: имперское пространство советских 70-х. М.: НЛО, №5, 2013.

[18] Мамаев курган станет площадкой для концерта Победы. [Электронный ресурс] // Русский мир. 2020. 13 июня. URL: https://russkiymir.ru/news/273668/ (дата обращения: 16.01.2021).

[19] Ibid.

[20] Про поправки, ковид и всё плохое – потом напишу. [Электронный ресурс] // yaroslav_babushkin. 2020.24 июня. URL: https://www.instagram.com/p/CB1L-nXpMLs/ (дата обращения: 18.01.2021).

[21] Ibid.

[22] Ibid.

[23] Ibid.

[24] Депутаты Госдумы: возвращение Волгограду имени Сталинград – искреннее желание или популизм? [Электронный ресурс] // Высота 102. 2013. 7 ноября. URL: https://v102.ru/news/41870.html (дата обращения: 20.01.2021).

[25] Путин о переименовании Волгограда в Сталинград. [Электронный ресурс] // РИА НОВОСТИ. 2002. 19 декабря. URL: https://ria.ru/20021219/285481.html (дата обращения: 06.01.2021).

[26] Ibid.

[27] Приморские фронтовики предлагают переименовать город-герой Волгоград в Сталинград. [Электронный ресурс] // Высота 102. 2012. 3 февраля. URL: https://v102.ru/news/31663.html (дата обращения: 06.01.2021).

[28] В Санкт-Петербурге прошла акция за переименование Волгограда в Сталинград. [Электронный ресурс] // Высота 102. 2012. 16 октября. URL: https://v102.ru/news/36380.html (дата обращения 06.01.2021

[29] Волгоградские фронтовики за переименование Волгограда в Сталинград. [Электронный ресурс] // Высота 102. 2012. 18 октября. URL: https://v102.ru/news/36427.html (дата обращения: 06.01.2021).

[30] Волгоград напал на Сталинград. [Электронный ресурс] // Высота 102. 2012. 30 октября. URL: https://v102.ru/news/36594.html (дата обращения: 06.01.2021).

[31] Волгоград в памятные дни станет Сталинградом. [Электронный ресурс] // LENTA.RU. 2013. 31 января. URL: https://lenta.ru/news/2013/01/31/stalingrad/ (дата обращения: 18.01.2021).

[32] Решение Волгоградской городской думы от 30.01.2013 № 72/2149 «Об использовании наименования «город-герой Сталинград». [Электронный ресурс] // Волгоградская городская дума. URL: http://www.volgsovet.ru/d1d0/Act/Decision/2013/1528 (дата обращения: 18.01.2021).

[33] Путин считает, что вернуть Волгограду название Сталинград можно, только проведя референдум. [Электронный ресурс] // ТАСС. 2014. 6 июня. URL: https://tass.ru/obschestvo/1243833 (дата обращения: 19.01.2021).

[34] Отношение россиян к переименованию Волгограда в Сталинград. [Электронный ресурс] // ЛЕВАДА-ЦЕНТР. 2014. 9 июня. URL: https://www.levada.ru/2014/06/09/otnoshenie-rossiyan-k-initsiative-pereimenovaniya-volgograda-v-stalingrad/ (дата обращения: 06.01.2021).

[35] Опрос: Переименование Волгограда в Сталинград. [Электронный ресурс] // YouTube. 2013. 23 ноября. URL: https://www.youtube.com/watch?v=raA2yc4g1B0 (дата обращения: 31.01.2021).

[36] В Волгограде 23% жителей выступили за переименование города в Сталинград на референдуме. [Электронный ресурс] // Волгоград онлайн. 2019. 14 апреля. URL: https://v1.ru/text/gorod/2019/04/14/66054043/ (дата обращения: 31.01.2021).

[37] Горожане выступили против переименования Волгограда в Сталинград. [Электронный ресурс] // Блокнот Волгоград. 2019. 14 апреля. URL: https://bloknot-volgograd.ru/news/gorozhane-vystupili-protiv-pereimenovaniya-volgogr-1090160 (дата обращения: 31.01.2021).

[38] Гордума Волгограда: референдума по переименованию города в Сталинград не планируется. [Электронный ресурс] // ТАСС. 2015. 2 февраля. URL: https://tass.ru/obschestvo/1738105 (дата обращения: 19.01.2021).

[39] 58 лет прошло с момента переименования Сталинграда в Волгоград. [Электронный ресурс] // vk.com/gorod34. 2019. 13 ноября. URL: https://vk.com/gorod34?w=wall-18895718_1189124 (дата обращения: 19.01.2021).

[40] Ibid.

[41] Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке. — Рязань: Александрия, 2006. — С. 320.

[42] Рихтер Д. И. Царицын // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб, 1890—1907.

[43] Клейтман А.Л. История Царицына XVI-первой половины XVII вв. в столичной и провинциальной историографии XVIII-XIX вв. Волгоград: Известия Волгоградского государственного технического университета. Серия: проблемы социально-гуманитарного знания, 2007. С. 37.

[44] Рыбалко Н.В. Управление «Понизовыми городами» в период междуцарствия (1610–1613 годы) // Известия Сарат. ун-та. Нов. сер. Сер. История. Международные отношения. 2013. Т. 13, вып. 4. С. 6.

[45] Трыкова О.Ю. Родная земля волгоградская. Волгоград: Волгоградский государственный технический университет. Научно-техническая библиотека, 2011.

[46] Ibid.

[47] Ibid.

[48] Ibid.

[49] Сталин о переименовании Царицына в Сталинград. [Электронный ресурс] // LIVEJOURNAL. 2019. 9 августа. URL: https://colonelcassad.livejournal.com/5193235.html (дата обращения: 01.02.2021).

[50] Фельштинский Ю., Чернявский Г. Царицынский конфликт // Лев Троцкий. Книга 2. Большевик. 1917-1923. М.: Центрполиграф, 2012. С. 119.

[51] Там же. С. 120.

[52] Ганин А.В. Анатолий Носович: «Я мог сдать Царицын белым» // Родина: российский исторический журнал / Редакция «Российской газеты», № 717 (7), 2017. С. 120.

[53] Рыбас С. Сталин. ЖЗЛ. Молодая гвардия, 2009. С.68-75.

[54] Ibid.

[55] Фельштинский Ю., Чернявский Г. С. 122.

[56] Волкогонов Д.А. Троцкий. Политический портрет. М.: АСТ, 1998. С. 35.

[57] Трыкова О.Ю. op.cit.

[58] Липатов А.В., Такташева Ф.А. Социокультурное пространство регионов СССР в предвоенный период: к 1930-х-нач. 1940-х гг. (на примере Сталинградской области). Гуманитарные науки в XXI веке, 2, 2016. С.76

[59] В Волгограде гранитные плиты с площади Павших Борцов увозят в надежное место [Электронный ресурс] // Высота 102. 15 июня. 2020. URL: https://v102.ru/news/89100.html (дата обращения: 16.01.2021).

[60] Нора П. Всемирное торжество памяти.

[61] Ibid.

[62] В Волгограде появился памятник муромским святым. [Электронный ресурс] // Волгоград Православный. 2012. 8 июля. URL: http://www.volgaprav.ru/2012/07/v-volgograde-poyavilsya-pamyatnik-muromskim-svyatym/#.YBGvgy1c5p8 (дата обращения: 27.01.2021).

[63] Волгоград отмечает праздник всех влюбленных. [Электронный ресурс] // Высота 102. 2007. 6 июля. URL: https://v102.ru/news/1786.html (дата обращения: 27.01.2021); Волгоградцы отметят «День влюбленных по-русски». [Электронный ресурс]. Высота 102. 2008. 4 июля. URL: https://v102.ru/news/5498.html (дата обращения: 27.01.2021).

[64] Волгоград отмечает праздник всех влюбленных. Op.cit.

[65] В Волгограде полицейские спели о любви, семье и верности. [Электронный ресурс] // Высота 102. 2017. 8 июля. URL: https://v102.ru/news/65846.html (дата обращения: 27.01.2021).

[66] Памятник Александру Невскому. [Электронный ресурс] // v1.ru. 2017. 25 февраля. URL: https://v1.ru/text/gorod/2017/02/25/51301191/ (дата обращения: 19.01.2021).

[67] Роланд Херианов об Александре Невском. [Электронный ресурс] // Волгоград Православный. 2012. 12 сентября. URL: http://www.volgaprav.ru/2012/09/roland-xerianov-ob-aleksandre-nevskom/#.YBC7qy1c40o (дата обращения: 26.01.2021).

[68] Ассман А. Указ. соч. С. 39.

[69] Памятник Александру Невскому. op.cit.

[70] Ibid.

[71] Шипицин А.И. Городская скульптура и культурный код Волгограда в контексте брендирования территории. Вестник Ассоциации вузов туризма и сервиса. Т.10. №4, 2016. С. 89-97.

[72] Нора П. op.cit.

[73] «Менять нужно абсолютно всё»: волгоградцы хотят радикальных новшеств в городе. [Электронный ресурс] // Новости Волгограда. 2020. 17 декабря. URL: https://novostivolgograda.ru/news/society/17-12-2020/menyat-nuzhno-absolyutno-vsyo-volgogradtsy-hotyat-radikalnyh-novshestv-v-gorode (дата обращения: 31.01.2021).

[74] Сюткина М. Краснодар – город-миллионник с сельской идентичностью, которому срочно требуется региональная реабилитация. [Электронный ресурс] // Liberal.ru. 2020. 30 декабря. URL: https://liberal.ru/trends/krasnodar_gorod_milionnik (дата обращения: 26.01.2020).

[75] Перевощикова М., Сандоваль-Ромеро Г.Э., Аргета-Диаз В. Разработка оптического датчика для локального мониторинга загрязнения воздуха в Мехико. Оптический журнал, 76, 5, 2009. С. 32.

[76] Инстаграм дня: «Чувак с табличкой» в одиночных протестах против всего. [Электронный ресурс] // Bird in flight. 2019. 16 декабря. URL: https://birdinflight.com/ru/novosti/20191216-dudewithsign.html (дата обращения: 31.01.2021).

[77] Волгоградцы предлагают дать котлете по-киевски новое название. [Электронный ресурс] // Волгоградская правда. 2020. 9 марта. URL: https://vpravda.ru/obshchestvo/volgogradcy-vybirayut-novoe-nazvanie-dlya-znamenitoy-kotlety-po-kievski-85495/ (дата обращения: 27.01.2021).

[78] Волгоградцы требуют переименовать знаменитую котлету по-киевски. [Электронный ресурс] // volganet.net. 2020. 10 марта. URL: https://volganet.net/2020/8100/ (дата обращения: 27.01.2020).

[79] Сгибнева О.И. Указ. соч. С. 192.

[80] Волгоградская горчица стала лучшей в стране. [Электронный ресурс] // Городские вести. 2018. 7 июля. URL: https://gorvesti.ru/economics/volgogradskaya-gorchitsa-stala-luchshey-v-strane-57174.html (дата обращения: 28.01.2021).

[81] Литвинова И.Н. Из истории Александро-Невского собора города Царицына. Сочи.: Былые годы. Российский исторический журнал, № 57 (3), 2020. С. 1290-1298.

Поделиться ссылкой:
+1