Кирилл Рогов. Вопросы власти: Конституционный кентавр

Листая прессу

Заявление Владимира Путина о том, что он готов при определенных условиях занять пост премьер-министра России, обозначает начало нового этапа конституционного кризиса в России.

Почему нового?

На мой взгляд, началом первого этапа конституционного кризиса стала отмена выборов глав субъектов Федерации и определение Конституционного суда по этому вопросу. Решение КС вошло в противоречие с другим, более ранним определением того же суда по схожему запросу (постановление от 16 января 1996 г. об органах власти Республики Алтай), что объяснялось в решении КС ссылкой на «развивающийся социально-исторический контекст» (решение КС от 21 декабря 2005 г., п. 5). Таким образом, суд фактически признал, что ответы на похожие вопросы могут быть в разное время разными. А это, в свою очередь, означает, что текст Конституции сам по себе не позволяет получать однозначные ответы, разрешающие те или иные юридические коллизии. И основное бремя по решению этих коллизий несет суд, который только и может оценить «развивающийся социально-исторический контекст».

Второй серьезной проблемой определения КС стало то, что в нем содержится отказ от подхода к перечню конституционных полномочий президента как исчерпывающему (решение КС от 21 декабря 2005 г., п. 6). Перечень этот приведен в статьях 83-90 Конституции. И в нем нет упоминаний об участии президента в формировании исполнительных органов субъектов Федерации, а также о его праве распускать их избранные органы власти (эту норму КС и вовсе рассматривать не стал, иначе ему пришлось бы войти в противоречие с собственным постановлением от 4 апреля 2002 г.). Решение КС означает, что конституционными могут быть признаны и другие полномочия президента, непосредственно затрагивающие принципы формирования власти в России, но не перечисленные в Конституции.

Проблема заключается в том, что и то и другое толкование снижает значимость самого текста Конституции.

Какого этапа?

Сами по себе заявления Владимира Путина не нарушают никаких конституционных норм. Он дал согласие возглавить список «Единой России» и не исключил, что в случае победы партии может возглавить правительство. Правда, оговорился, что для этого необходимо, чтобы президентом России был выбран человек, с которым можно «работать в паре».

Владимир Путин таким образом не назвал имя своего преемника, но определил его предвыборную программу. Главным пунктом программы претендента на пост президента России становится теперь задача обеспечения возможности Владимиру Путину работать с собой в паре. Политически это означает, что у нас уже есть премьер-министр при будущем президенте, хотя нет еще самого президента, которого будущий премьер должен для себя выбрать, определив, сможет ли он работать с ним в паре.

В случае реализации этой модели Россия с апреля 2008 г. будет де-юре оставаться президентской республикой, в то время как де-факто будет управляться по модели республики парламентской. И не являться по сути ни той ни другой. Ее президент не будет нести фактической ответственности за решения в рамках своей компетенции. В то время как премьер де-факто будет принимать решения по вопросам, выходящим за рамки его компетенции.

Почему конституционного?

Ну и что, скажут мне. Народ так хочет. А формальных нарушений Конституции нет. Это как раз и плохо.

То, что Конституцию лучше не менять, мы вроде усвоили. Но это правило оказывается совершенно бесполезным без первого правила: Конституцию нужно исполнять. А если такой возможности нет, то Конституцию лучше уж менять. Потому что если реальность совершенно не совпадает с Конституцией, но при этом ей не противоречит, значит, это уже не Конституция. Значит, эта Конституция не выполняет своих функций и не может быть использована для регулирования реальных правовых и политических отношений.

Бессмысленно объявлять правила дорожного движения конституцией леса. Хотя формально жители леса не нарушают ПДД — не ездят на красный свет и по встречке, не паркуются в неположенных местах. Зато ссоры и споры о том, где чья территория, звери разрешают по известным правилам леса. И что замечательно, решения эти ни в чем не противоречат правилам дорожного движения.

В чем кризис?

Конституционное правило двух сроков может казаться сегодня неудобным Владимиру Путину, его приближенным и даже большинству населения России. Но оно придумано не для них, а для России вообще — для России через 10 лет, через 20 и 100 лет. Смысл правила в том, чтобы каждый президент России знал: через восемь лет его власть кончится, и он станет просто гражданином. И это должно стать важным ограничителем для него на президентском посту. А народ России должен знать, что ему придется выбирать нового президента. Потому что свою судьбу он может определять только сам. И не может этого никому передоверить, даже если захочет.

Если Владимир Путин сохраняет за собой власть, становясь премьер-министром и выбирая себе президента, это значит, что правило двух сроков не нарушено. Но в то же время оно и не работает. А тогда в чем смысл сохранения его в Конституции? Оно нам теперь нужно как зонтик провалившемуся в болото.

Мы не нарушаем Конституцию, не переписываем ее. Но мы и не живем по ней. И пока нам это не мешает. Реализация плана «местоблюститель» (сильный премьер при слабом президенте) не вызовет политического кризиса. Все пройдет как по маслу. Но когда Россия столкнется с неким реальным кризисом в будущем, она обнаружит, что не может разрешить его конституционным путем. Она обнаружит, что в уме своем мы давно переписали Конституцию. И все по-разному. И что в результате у нас Конституции как бы и нет. Надо же, а мы так старались ее не нарушать! .

Автор — политический обозреватель

Источник: Ведомости

Поделиться ссылкой:
0