«Честные выборы – реальность. Все зависит от граждан»

Семинары проекта «Я-ДУМАЮ»

Григорий Аркадьевич МЕЛЬКОНЬЯНЦ

Заместитель
исполнительного директора Ассоциации «ГОЛОС» 

Григорий
Мельконьянц:

Я так понимаю,
здесь собрались будущие лидеры нашей страны. Поэтому я постараюсь вам коротко
обрисовать то, как в России сейчас проходят выборы. Потому что лидеры должны
приходить к власти через выборы, это очень важная составляющая демократического
процесса. В России с выборами, может быть, слышали, дела обстоят не очень
хорошо, и в наших с вами силах менять эту ситуацию к лучшему. Существуют
примеры, достаточно серьезные, когда гражданская активность помогает независимым
кандидатам изменить ситуацию в лучшую сторону. Здесь надо просто быть упорным,
активным и несгибаемым. Тогда, я думаю, результата можно добиться даже в нашей
стране.

Я сейчас здесь представляю не столько Ассоциацию
«Голос», сколько движение «Голос». Это наша новая организация. В связи со всеми
этими перипетиями, которые были раньше в связи с Законом об иностранных
агентах, «Голос» потерял иностранное финансирование и сегодня работает на
пожертвования, на внутреннее финансирование, российское. По копеечке собираем со
всех на свою работу. Пока нам это удается делать, и мы не собираемся
останавливаться на этом. Поэтому я здесь в качестве сопредседателя Совета
движения «Голос».

Начнем мы с того, что в России
существуют проблемы федерализма. Если вы знаете конституцию, Россия – это
федеративное государство. У нас 83 субъекта Российской Федерации, такие
маленькие государства. Эти маленькие государства объединились вместе для того,
чтобы решать какие-то общие вопросы, например, безопасности, какие-то другие
институциональные проблемы. И совместное представление на международной арене –
защита границ. Федеральный центр здесь в роли администратора, то есть, он
должен обязательно учитывать интересы субъектов федерации, где, по сути, главы
этих субъектов являются руководителями небольших государств.

Но в России, к сожалению, с этим
большие проблемы. У нас очень серьёзно выстроена вертикаль, и независимость
субъектов федерации, по сути, маленьких государств, самостоятельных,
практически утрачена. По сути, федеральный центр, администрация президента, в
частности, жестко управляет тем, что происходит. В регионах у нас есть
республики, совершенно разные единицы, есть собственные конституции, есть
собственные положения, собственные законодательства. Но, к сожалению, все это
буксует в связи с тем, что нет разнообразия, все унифицируется, и сугубо
специфические интересы разных субъектов федерации не учитываются, в частности,
в период проведения выборов. Федеральный центр навязывает собственную повестку,
навязывает своих кандидатов, и из-за этого в регионах возникают конфликты,
напряжённость.

При этом регионы также финансово очень
зависимы от Москвы. Все деньги перераспределяются в Москве. Есть богатые
регионы, которые зарабатывают много денег. Они все это отправляют в Москву,
Москва все перераспределяет и по копеечке раздает, как хочет. Эти нравятся, эти
не нравятся, этим больше, этим меньше. Поэтому возникают различные
националистические лозунги, «хватит кормить Кавказ!» и так далее. Потому что,
по сути, федеральный центр создает эту напряженность внутри страны, когда он, в
ручном режиме, в ручном управлении, одним дает больше, другим меньше по собственным
соображениям. Соответственно, говорить о том, есть ли у финансово зависимых регионов
самостоятельность в других областях, очень сложно. В России есть доминирование
одной политической силы. Эту политическую силу даже нельзя назвать «Единой
Россией», это бюрократия, такая номенклатура, которая не отпускает эту власть,
учитывает только свои собственные внутренние интересы и не учитывает интересы
других политических сил, других слоёв населения. При этом возникает ряд
противоречий и недовольств в разных группах, в том числе, в провластных и
властных элитах. Очень сложно, когда руководит одна доминирующая сила, которая
должна представлять интересы только одной группы, держать ситуацию в каком-то
более-менее спокойном состоянии. Эта вертикаль, которая выстроена, осуществляет
распределение финансов, управление, назначения, так или иначе, даже тех кандидатов,
которые формально проходят выборы, но все равно власть выбирает тех или иных
кандидатов, отсеивает ненужных. Все это создает такую ситуацию на выборах, когда
выборы тоже являются управляемыми, в той или иной степени, где-то больше,
где-то меньше. Но в основном вертикаль власти удерживает ситуацию и практически
всегда добивается нужного результата на выборах, используя разные технологии.

За период с начала 2009-го года по
конец 2011-го года число зарегистрированных партий в России сократилось с
пятнадцати до семи. Значит, их объединяли, их ликвидировали, чего только не
делали, но нужно было эту многопартийность убить. Им это успешно удалось
сделать. У нас в Государственной Думе четыре политические партии, и
вмешательство в деятельность этих политических партий со стороны администрации колоссальное.
Более того, все эти парламентские партии получают за каждый голос определённые
деньги от государства, из бюджета. И они не заинтересованы в том, чтобы
собирать деньги с бизнеса, с населения. Поверьте мне на слово, подавляющая часть
бюджета этих партий – это бюджетные деньги, то есть, они тоже зависимы от
государства. Хотя политические партии по нашему закону являются общественными
объединениями, то есть, должны быть отделены от государства полностью. Эти  партии полностью финансируются из
государства. А так как у нас государство является гегемоном во всех
общественно-политических сферах, соответственно, эти партии тоже являются
определёнными единицами администрации, и руководство этих партий вынуждено
учитывать интересы правящей группы.

В декабре 2011-го года и зимой 2012-го
года в Москве проходили массовые выступления граждан: большие демонстрации,
митинги. Если помните, единственным серьезным лозунгом было «За честные
выборы!». Все требовали честных выборов, то есть, все понимали, что основа
демократического государства, основа развития, основа того, что действительно
что-то будет меняться к лучшему – проведение честных выборов, на которых
выберут того, кого выберут. У нас любят пугать такими страшилками: «Полностью
откроем возможность всем регистрироваться – во власть пойдут уголовники, во
власть придут люди, которые ни в чем не разбираются, и так далее. И получите
еще хуже, чем может быть».

Должно пройти несколько циклов
оздоровления, когда будут осознанно приходить на выборы, голосовать за
профессионалов, за людей, которые им симпатичны. Всё очистится, это закон
природы. Все равно это будет нормальным процессом. В демократических странах
действительно бывают разные ошибки, когда население ошибается. Бывает, когда
население делает правильный выбор. Но не нужно за людей делать выбор и
навязывать тех или иных неэффективных управленцев. Получается, что их выбор
более эффективный, чем выбор миллионов граждан.

Я думаю, что они немножко испугались
таких выступлений. Они искренне не понимали, что им еще нужно, что им не
хватает, вроде, не так уж плохо, не какая-то там Киргизия. Вот так живут, да,
много денег, да, при этом не очень хорошо живут, но не голодают же! Давайте
тогда откроем такую возможность – пусть регистрируют партии, раз они так хотят
участвовать в выборах. Проблемы участия в выборах были очень серьёзными, потому
что независимые кандидаты не могли участвовать в выборах, если они не являются
членами партии. По сути, это просто практическая плоскость, потому что им
постоянно отказывали в регистрации. А вот у парламентских партий, которые были
зарегистрированы, у них преференции – подписи не собирать. Всем нужно подписи
собирать, одномандатным кандидатам, а этим не нужно. Более того, когда выборы идут
по партийным спискам, независимые непартийные кандидаты вообще не могут
участвовать в выборах. Тогда им нужно вступать в одну из этих странных
структур, называющихся партиями. Даже если он вступит, нет гарантии, что его
выдвинут. Гарантий никаких нет. Нормальные кандидаты были поставлены в тупик. Региональная
политика буксовала, приходила в упадок в связи с тем, что не было никаких
возможностей для участия в выборах.

Было принято решение сократить
численность политических партий до пятисот человек. Начали в массовом порядке
регистрироваться политические партии. Это тоже интересный феномен: когда
приоткрыли форточку, люди сразу начали регистрироваться. Есть такие
политтехнологи как Богданов, которые регистрируют политические партии сразу
пачками, впрок. Каких только нет названий. Сейчас у нас больше семидесяти
партий. Нужно следить на сайте Минюста, сколько партий уже зарегистрировано в
нашей стране. Сейчас пошли разговоры о том, что нужно эту форточку закрыть и
увеличить количество членов партий до пяти тысяч. И получится очень интересная
история: партии, вроде, зарегистрировались, пятьсот человек, все нормально
действует, а когда закон поменяется, скажут, либо доводите численность своей
партии до пяти тысяч человек, либо ликвидируйтесь.

Идет такая игра, опять партии будут сливаться
и переливаться. В итоге у нас получится через какое-то количество лет опять
семь партий. Это процесс циклический. Власть понимает, что ситуация доходит до
предела – приоткрывает форточку, вроде бы, все нормально. Но все дошло до
абсурда. Очень много появилось спойлеров, которые действительно стали отнимать
голоса у политических партий. Например, есть партия КПРФ, старая партия,
наследник КПСС, которая была при Советском Союзе. Зарегистрирована партия КПСС,
расшифровывается как «Коммунистическая партия социальной справедливости»,
зарегистрирована партия «Коммунисты России» и так далее. Соответственно, когда
избиратели приходят на избирательный участок, они ошибаются. Эти партии
откусывают голоса у системных партий. Есть партия «Гражданская платформа»
Михаила Прохорова. Есть партия «Гражданское действие», что-то в этом духе.
Пытаются таким образом откусывать голоса. На ряде выборов им это удается, какие-то
партии даже получают один или несколько депутатских мандатов, притом, что
вообще никакой кампании не ведут.

Параллельно идет борьба с лидерами
реальной оппозиции. Не регистрируются партии, которые представляют реальную
угрозу, реально низовые партии. Например, партия «Народный Альянс» Алексея
Навального. Они в третий раз должны подавать документы. Фейковым партиям легко,
при этом там явно нет никаких членов. Допустим, взять Богданова. Он участвовал
в выборах президента. Собрал каким-то образом 2 млн. подписей. Понимаете, если
нужно, власть готова все приоткрыть. «Пиратская партия», что бы про них не
говорили, проводит свои собрания. «Пиратская партия» ставит бутылку рома на
стол. У них реально есть пятьсот человек, но их не регистрируют. Есть
структуры, нравятся они кому-то, или не нравятся, но они существуют и имеют
полное право участвовать в политической жизни, но их не регистрируют.

Все это доводится уже до абсурда. Я вам
покажу пример дебатов в Смоленске. На выборах должны проходить дебаты, по закону.
Выделяется официальное эфирное время на государственных телеканалах. Как дебаты
проходят? Садятся несколько представителей партий или кандидаты. Им ведущий
дебатов задает вопросы, у них есть возможность задать вопросы друг другу. Формат
определяет сама вещательная компания. Есть очень хороший пример из Смоленска.
Есть два ролика, второй ролик не буду показывать. Поверьте мне, получается так,
что партии эти – спойлеры. Там на дебатах сидит представитель «Справедливой
России». Рядом сидит прекрасный человек в белом костюме, в светлом галстуке,
актер. Он представляет сразу пять политических партий. Это просто потрясающая
история. Он проводит дебаты, сейчас он говорит об этой партии. Но при этом в
Смоленске еще такой цирк, что, так как это нереальная партия, они наняли
студентов для того, чтобы они участвовали в этих дебатах. Вот, что из этого
вышло. Доренко сделал передачу. Сейчас мы пропустим его выступления. Мы
посмотрим на эту историю, как это выглядит.

Все превращается в цирк, в этом и
проблема. Власти это выгодно. Население посмотрит на этот цирк, скажет: «Ну,
кого выбирать? Давайте опять голосовать за действующую власть, за действующего
мэра, за действующих депутатов, потому что эти клоуны нам не нужны». Притом,
что там действительно есть представитель «Справедливой России». Я не против
этих ребят, просто их поставили в такое положение. Они явно не являются
представителями этих партий. В общем, превращают это в цирк.

Что касается в целом отношения
населения к выборам. В последнее лето проходил опрос Левада-центра, который
показал, что это, наверное, за последние годы исторический минимум доверия
населения к институту выборов. Люди у нас не доверяют выборам, и проблема здесь
не столько в том, что они слышат о нарушениях, или по телевизору им показывают.
Нет, конечно. Проблема в том, что они сами лично сталкиваются с этими
нарушениями, когда их на работе заставляют участвовать в выборах, брать
открепительные удостоверения, заставляют проводить агитацию и так далее. Для
людей это стало обыденностью, когда проходят выборы, особенно для бюджетников,
сотрудников различных государственных и муниципальных организаций. У них в
период выборов напряженная страда, напряженное время. Потому что их все время
заставляют заниматься несвойственной им работой. Для населения это является
оскорблением. Почему люди уже вышли на улицы? А потому, что уже устали это
терпеть. Единственной возможностью было выйти на улицы и продемонстрировать
свое отношение к тому, как проходят выборы.

Люди в декабре возмущались выборами Президента,
выборами в Государственную Думу, рокировкой «Путин-Медведев». Были люди,
которые действительно к Путину хорошо относятся и к Медведеву нормально
относились. Просто по-человечески считали, что хватит. Путин был уже два срока.
Мы хорошо к вам относимся, чем-то занимайтесь, но давайте дорогу другим людям,
свежую кровь. Когда опять этой перезагрузки не произошло, люди просто оскорбились.

Выборы депутатов в Государственную Думу
прошли, честно говоря, с серьезными, грубыми фальсификациями. И это
консолидированная позиция многих. Это показывает и официальная электоральная
статистика. Не столько отдельный факт нарушений или доклады организаций
«Голос», международных структур ОБСЕ, но это объективная картинка, когда мы
берем официальные результаты выборов, берем сайт избирательной комиссии и
накладываем это на графики. Слева вы видите ось «Количество голосов за партии
по явке», то есть голоса избирателей, а внизу явка. Мы видим, что у всех
политических партий, кроме «Единой России», есть такой реальный бугорочек.
Только у одной партии пошел дальше этот разброс. Его называют «Пила Чурова».
Это так называемые вбросы, искусственные голоса, добавленные. Получается, на
участках, куда очень много пришло избирателей проголосовать, у всех партий
показатели падают, а у «Единой России» на таких участках показатели растут. Это
означает, что до какого-то момента явка была нормальная, потом они, условно
говоря, вбрасывают пачку только за эту партию, на участке явка становится
больше (искусственные люди, которые не ходили голосовать, а за них бюллетени
сделали), за эту партию только голоса и прибавляются. На официальных
результатах выборов это видно.

Есть такой эксперт, Сергей Шпилькин,
он многократно получал разные премии. Он высчитывал, сколько реально таких
аномальных голосов. 32 млн. голосов подано за «Единую Россию», из них
нормальными он считает 16,8 млн. Аномальными он считает 15 млн. голосов. Это
совершенно серьёзно. Соответственно, результаты выборов должны были быть, по
его мнению, другими. Если «Единая Россия» официально получила 50%, то по
коррекции она должна получить 34%. Соответственно, другие партии, например, «Справедливая
Россия» не 13%, а 17%, КПРФ не 19%, а 25% и так далее.

Это тоже является определенной
проблемой для легитимности власти, это наша общая проблема. Потому что те
депутаты, которые избраны, не чувствуют себя обязанными тем избирателям,
которые участвовали и ходили голосовать на выборы. Они могут делать все, что
хотят. Не зря Государственную Думу сегодня называют «бешеным принтером». Они не
чувствуют себя обязанными перед избирателями, или страха, что потом их не
изберут. Они понимают, что их избирают не избиратели. Если будут хорошо
служить, если будут выслуживаться, принимать законы, какие им спускают, тогда,
может быть, их включат в список какой-нибудь политической партии или помогут на
выборах, и они пройдут. У них избиратель другой, поэтому они не боятся
принимать законы, явно направленные против населения, и так далее. Их
общественное мнение не беспокоит. В принципе, подобные истории были и с
президентскими выборами. Президентские выборы были поприличнее чем думские,
потому что они очень испугались протестов. И, если бы президентские выборы
прошли не так, неизвестно, чем бы все закончилось. Они скорректировали свою
позицию, явных нарушений в таких городах, где были серьезные наблюдения за
выборами, не было. Но при этом существует масса регионов, где не было наблюдения
так такового, потому что люди там либо боятся наблюдать за выборами, либо им
это неинтересно. Там, конечно, результаты были такие же, как результаты на
выборах депутатов в Государственную Думу. Москву они отдали, потому что
понимали, что в Москве сделать ничего не смогут. Москва – единственный регион,
где Владимир Путин набрал меньше 50%. Если брать московские выборы, здесь
должен был быть второй тур выборов президента. Соответственно, вся остальная
Россия дотянула, получилось более 50%.

По мнению Шпилькина, реальная явка
составила 56% вместо 65%, и Путин набрал 57,5% вместо официальных 63%. По его
данным, страна все равно дала то, что выборы прошли в один тур. Выборы
президентские были более приличными, чем выборы депутатов Госдумы.

Выборы проходили очень напряженно и, в
принципе, сейчас так проходят. Единственный плюс этих выборов был в том, что на
выборах президента стояли официальные веб-камеры. Эти официальные веб-камеры
просто позволили (никогда такого не было) увидеть, как эти выборы проходят.
Понятно, что мы это только вершина айсберга. Но удалось увидеть, например,
Астрахань. Девушка в фиолетовом аккуратненько все время перекладывает в одну
самую большую пачку бюллетени из других пачек, рассортированных по кандидатам.
Она берет, а все члены комиссии на это спокойно смотрят. Потом они все упакуют,
сделают вид, что здесь голоса за этого кандидата, который набрал большинство.
Это президентские выборы. Это все делается под камеру. Опять берет из другой
пачки какое-то количество и внутрь, под пачку, засунула. Вот, выборы сделаны, кандидату
прибавлено сколько-то процентов голосов. Это серьёзно.

Вот, пожалуйста, другой избирательный
участок. Это школа. Проблема в том, что это все делают учителя, это не делается
злыми людьми, бандитами, которые приезжают на участки и осуществляют вброс. Это
организаторы выборов, люди, которые должны это организовывать. Эти члены
комиссии высматривают и выжидают, когда избирателей будет меньше, или они не
будут обращать внимания. Раз! Видите, дальняя урна. Все, отошла. Вот опять,
другая уже подготовила. Смотрите, бригада. Вот так это делается, несколько раз
в течение дня голосования. Всё, одела шаль, подошла, поправила. Все нормально.
Санкт-Петербург. Это официальное видео. Заполнила пачку. Меня всегда удивляет
вопрос: видите, прозрачные урны, видно, что пачка сложена. Я считаю это
примитивностью этих людей, хотя это учителя. Зачем они пачку бюллетеней
складывают вместе? Можно сложить по-другому, чтобы они раскрылись все по
отдельности, эту пачку же видно, все равно могут быть наблюдатели. Полная
безнаказанность. Так в течение дня они это делают несколько раз, кто-то
помогает закрыть камеру. Она всю пачку не может даже просунуть, так много. Так
и не смогла. И так далее.

Таких видео на просторах интернета
много. Веб-камеры применялись впервые. Они знали об этих веб-камерах, но они не
ассоциировали, что это куда-то транслируется. Сейчас здесь наверняка
какая-нибудь камера есть, камера наблюдения, охрана. Ты же об этом все время не
думаешь. Это неопытность, глупость. Кто-то свет выключал, разные видео есть.
Специально свет на какое-то время выключают, а там же еще и звук записывался.
Все это видно, тени, там же две камеры. Одна камера направлена на ящики для
голосования, а другая показывает помещение. Это шито белыми нитками, но их
обязывают это делать. Поверьте мне, я думаю, у них нет такого жизненного кредо –
постоянно вбрасывать бюллетени.

Каких-то серьезных наказаний ни для
кого нет. Все это спустили на тормозах. Поверьте мне, если вы вспомните
Астрахань. Нет никого из Астрахани? Есть там такой Михаил Столяров, мэр
Астрахани, которого избрали на выборах президента, параллельно с Владимиром
Путиным. 4-го марта 2012-го года в Астрахани проходили одновременно выборы мэра
города и президента. Там параллельно со Столяровым баллотировался еще кандидат
Олег Шеин, может быть, слышали, член Справедливой России, бывший депутат
Государственной Думы. Не прошёл на выборах в депутаты Государственной Думы,
потому что в Астрахани тоже сфальсифицировали результаты выборов в Госдуму. Он
решил попытать свою удачу на выборах мэра. Он набрал по официальным результатам
30%, а Столяров набрал 60% по официальным результатам. Притом, что там, так как
эти выборы были совмещённые, тоже были веб-камеры. Они снимали одновременно
все. Шеин занял интересную политическую позицию, понимая, что нужно говорить о
фальсификациях и нарушениях, которые были практически на всех избирательных
участках. Там были самые серьезные нарушения, связанные с процедурой подсчёта
голосов, там почти ничего не считали. Якобы, никому ничего не показывали,
говорили, что результат такой. Почему такой, никто из наблюдателей не может
подтвердить. Он занял такую позицию: выборы президента они считали честно, а
выборы мэра нечестно. Чтобы получить федеральную поддержку. Все честно, притом,
что одна и та же комиссия. Пошел таким путем. В итоге он вынужден был голодать
40 дней. 40 дней он голодал. Мы в Астрахань ездили, у нас, у «Голоса», в Ютюбе,
напишите «Голодный протест». Фильм сняли получасовой про каждый день его
голодовки, когда он требовал, просил предоставить видеозаписи. Он голодал 40
дней, чтобы ему дали эти видеозаписи. В итоге ему дали видеозаписи. В Москве он
с Чуровым отсматривал эти видеозаписи. Было установлено, что нарушены процедуры
подсчета голосов. Что сказала Центральная избирательная комиссия? Это были
процедурные нарушения. Что значит «процедурные нарушения»? Допустим, в законе
написано «предъявить» – не предъявили. Написано «перекладывать бюллетени, чтоб
все видели» – этого не делали. Процедурные нарушения. Но получается в законе, что
выборы – это процедура. Если процедура нарушается, то мы не можем говорить о
достоверных результатах. В этом большая проблема, что они, говоря о процедурных
нарушениях, не связывают это с тем, что эти процедурные нарушения могут служить
фальсификациям и ошибкам результатов. Так оно там и получалось. В итоге, все
это спустили на тормозах. Притом, что видео была куча, там это видео из Астрахани
было. Ничего человек не смог добиться при видео доказательствах, которые
получены через официальные веб-камеры.

Что произошло дальше? Прошло с того
периода, с 4-го марта, полтора года. Этот мэр Столяров, которого таким образом
избрали, который опять не чувствует связи с избирателями, попадается на взятке
в 10 млн. рублей. Не знаю, как следствие закончится. Обвиняют его в получении
взятки в 10 млн. рублей за какие-то хозяйственные вопросы. Скорее всего, в
Астрахани будут очередные выборы. Но то, что его задержали, не означает, что он
отрешен от должности. То есть, это либо он сам должен сделать, либо через суд.
Если будет все это дело установлено, он не сможет совмещать свою судимость. Соответственно,
после его отрешения от должности должно пройти до 6-ти месяцев, и выборы должны
состояться. В России, вы знаете, единый день голосования – второе воскресенье
сентября. В этом году выборы должны пройти 14-го сентября, против чего
выступает прогрессивная общественность, потому что явка в это раз была ниже,
как раз отчасти из-за того, что выборы были 8-го сентября. Второе воскресенье
попало на 8-е сентября, потому что первое воскресенье было 1-е сентября.
Большинство людей просто не успели вернуться в свои дома, кто-то был на дачах.
С наблюдателями тоже была проблема: обучение, агитацию очень сложно проводить
летом, поэтому эта дата в сентябре очень неудобна. Раньше у нас было несколько
единых дней голосования, в марте и октябре, это еще было более или менее. А
сентябрь очень неудобное время. Но для власти это выгодно, потому что они могут
мобилизовать своих избирателей. Чиновникам они запрещают уезжать, говорят,
отпуска не берем в этот период и обязательно голосуем.

Поэтому в Астрахани Олег Шеин опять
хочет баллотироваться, у него есть возможность опять попытать удачу. Думаю, у
него шансы достаточно велики, потому что у него уже есть моральное право
говорить: «Видите, каким образом проводите выборы такие и результаты
получаете».

Кстати, приведу совершенно другой
пример. Это город Бердск. И если в Астрахани действительно были грубые
нарушения, и есть право сомневаться в результатах, которые получены, то, как
раз, о Бердске лично у меня сомнений нет. Тоже есть фильм, можете в интернете
набрать «Бердск», там получасовой фильм про то, как проходили выборы в Бердске.
Очень интересно. Местная газета, «Бердский курьер» или что-то в этом духе,
решила оживить ситуацию. Бердск, если вы посмотрите в этом фильме, очень
разрушенный город, дороги с огромными рытвинами, и мэры нормально этим не
занимаются. Прошлый мэр сидел очень много лет. Люди просто устали от того, что
их проблема не решается. Они готовы были проголосовать не за представителя
власти. Был представитель власти, исполняющий обязанности, как у нас любят,
мэра города. Это молодой коммунист, семьянин, улыбчивый, очень приятный. Эта
газета «Курьер», в общем, решила сделать дебаты. Они сняли Дворец культуры и
провели дебаты между двумя основными кандидатами, от «Единой России» и этим, от
коммунистов. И с оглушительным успехом на этих дебатах победил коммунист. Если
тот говорил совершенно банальные вещи, то этот говорил человеческим языком,
объяснял, что он тоже житель этого города, что его тоже беспокоят эти проблемы,
что он готов их решать и так далее. Он продержался где-то около двух лет. Вот,
чем он закончил. Три млн. рублей. Это взятка. Там есть другие видео, можете
посмотреть в интернете, где ему дают эти деньги.

Мария Эйсмонт, которая снимала фильм
про эту историю, была воодушевлена, что выборы не смогли сфальсифицировать, и
проконтролировали, люди действительно выбрали мэра, который обещал изменить
ситуацию, люди ему поверили. Она говорит, что просто руки опускаются. С одной
стороны, мы говорим, что выборы сфальсифицированы, что через фальсификации приходят
к выборам какие-нибудь негодяи. Другое дело, когда приходят люди действительно
через честные выборы и потом заканчивают таким образом. Это не значит, что у
всех так происходит, но примеры такие есть. Я не исключаю ситуацию с мэром
Урлашовым.

 

Реплика
из зала:

Вы не думаете,
что его специально подставили?

 

Григорий
Мельконьянц:

Я не исключаю
того, что могут быть провокации. Знаете, наша жизнь полна разных соблазнов. Люди
приходят к власти, у них куча полномочий, куча возможностей. У них есть
возможность влиять на какие-то процессы, и кто-то готов их за что-то
отблагодарить. Это выбор каждого, кто как принимает решение. Но если брать
пример мэрства, то мэр города Ярославля Евгений Урлашов сейчас находится в
заключении. Я так понимаю, что решение суда еще не вынесено, но при этом он задержан.
Сейчас в мэрии непростая ситуация, потому что в Ярославле нет, по сути,
избранного мэра, такого, который бы сидел в администрации, все решает сейчас
исполняющий обязанности. При этом у ряда наблюдателей за всем этим процессом
есть сомнения, что его тоже подставили, или же какие-то действия выдают за
коррупционные.

Власти, тем структурам, которые не
победили на выборах, выгодно дискредитировать тех, кто победил, именно из
оппозиции. Потому что как раз Урлашов был избран честно, тоже честно. 1-го апреля
2012-го года были выборы в Ярославле. Я лично наблюдал за выборами, там делали
штаб, достаточно большой, достаточно много наблюдателей, серьёзных нареканий к
выборам не было. Были какие-то проблемы с отрывными купонами, но все это не
повлияло на результаты. Это, скорее всего, отвлекающая история. Вообще,
статистика такова, что где-то порядка 70% (эксперты считали) таких избранных
мэров со стороны оппозиции или независимо, заканчивают так, как мэр из Бердска,
к сожалению. Не исключаю, что их могут и подставлять. Не исключаю, что могут и
они сами где-то действительно вести себя не очень честно. По-разному. Поймите,
что все эти кандидаты – это тоже отражение нашего общества, люди все разные. Кристально
чистых людей, наверное, практически не бывает. Но при этом, если ты
независимый, если ты действительно от оппозиции, веди себя прилично, потому что
наверняка за тобой идет десятикратное наблюдение со стороны всех органов, любой
твой неосторожный шаг не останется незамеченным и будет использован против
тебя. Видимо, он два года отработал и, наверное, думал, что все, вроде бы,
нормально. Видимо, так. Ситуация такая. Поэтому, с одной стороны, могут руки
опускаться, что кто бы ни пришел через выборы, честные или сфальсифицированные,
все будет, как прежде. Но я уверен, что это не так. Все равно это единственный
инструмент, через который можно приходить к власти нормальным профессиональным
людям.

Покажу следующую картинку. Мы с вами
находимся в Московской области. Если взять Московскую область и город Москву,
это две большие разницы, как проходили выборы 8-го сентября. И там, и там
выбирали глав субъектов федерации. Здесь выбирали губернатора Московской
области, в Москве выбирали мэра. Мэр Москвы приравнен к главе региона, это, по
сути, тоже губернатор. Если сравнивать эти две кампании, они действительно
серьезно отличаются. В Москве были конкурентные выборы, в Москве выборы прошли
без серьезных нарушений. Были вопросы по отдельным моментам, были вопросы по
голосованию на дому, были вопросы, связанные со списками избирателей. Но в
целом выборы прошли прилично, чего не скажешь о Московской области, где
действительно тоже была конкуренция. Пожалуйста, у избирателей Московской
области был выбор: либо проголосовать за Воробьева (это исполняющий обязанности
губернатора Московской области), либо голосовать за Геннадия Гудкова (это
председатель «Справедливой России»). Не знаю, какой у него сейчас статус, в
общем, бывший депутат Государственной Думы от «Справедливой России». Тоже достаточно
известный оппозиционер. И ряд других кандидатов, от коммунистов. В принципе,
выбор был. Может быть, он мог бы быть больше, если бы не было муниципального
фильтра. Но выбор был. При этом у Гудкова не хватило ресурсов для того, чтобы
организовать нормальную избирательную кампанию. К сожалению, в отличие от
Москвы, от Навального, у Гудкова вообще не получилось сделать такую кампанию в
области. Соответственно, мобилизации сторонников и избирателей не было. День
голосования прошёл с грубыми нарушениями, потому что особых наблюдателей в
Московской области не было. Это гигантский регион, который окружает Москву,
протяженность от одного конца до другого конца просто колоссальная.
Организовать здесь нормальный общественный контроль над выборами стоит просто
колоссальных ресурсов. Это сделать очень сложно, поэтому были нарушения. Чего
не скажешь о Москве.

Если посмотреть на картинку, которую я
вам сейчас демонстрирую, здесь видны все выборы в Москве за более чем 10 лет.
Мы можем увидеть выборы 2000-го, 2003-го, 2004-го года. Что мы видим? Что с
2008-го года, даже с 2004-го года начинается вся эта история. Смотрите, мы
посмотрим на последние выборы президента, 2012-й год. Это синее в центре
называется распределением Гаусса. Слева избиратели, справа, как я говорил,
явка. Это официальный результат выборов. Что мы здесь видим? Что этот купол
Гаусса здесь выстроен идеально, нет разброса в конце. Что мы видим в 2013-м
году? Это выборы мэра. Слева точечками тоже все очень хорошо. Если мы отмотаем
на 2011-й год, зеленая «Пила Чурова» здесь. Это выборы депутатов Государственной
Думы. То есть, вбросы просто тотальные. Мы видим, что декабрь 2011-го года и
март 2012-го года, тёмно-синие куполообразные, это два совершенно разных
города. Такого быть не может. За такой короткий промежуток времени не может
произойти такое изменение в формате голосования избирателей. То же самое мы
видим в 2009-м году, выборы мэра Московской городской Думы, оранжевая штука,
которая тоже не похожа на распределение Гаусса. Притом, что выборы 2000-го года
– это светло-голубой Гаусс – вполне нормальные. Если брать примеры такого
распределения досрочного голосования на дому, которое было, это иллюстрация
того, как администрация влияет на результаты выборов. Мы берем олимпийский
Сочи, где в апреле 2005-го года были выборы мэра. Вполне приличные выборы мэра,
если видите, красивое синенькое – досрочное голосование прошло более-менее
прилично, на дому тоже ничего не совершали, никаких нарушений, все в порядке
вещей. Дальше, справа смотрим, это уже 29-е июня 2008-го года, уже узнали о
том, что в Сочи будут проходить олимпийские игры. Это проходили выборы мэра. Вот
уже пошло зашкаливание разных показателей, то есть, уже начали вмешиваться, и
законы природы начали нарушаться. Что такое законы природы? Должно все
раскладываться в этот купол, математики подтвердят. Дальше вниз по стрелочке
идем, проходили досрочные выборы в 2009-м году, Немцов участвовал, там еще хуже
стало. Городское собрание в марте 2010-го года проходило, там, видите, все эти
графики пошли в разные стороны. После того, как состоялось политическое известие
о том, что там будут проходить олимпийские игры. Притом, что гражданский
контроль может творить чудеса. Если есть нормальное наблюдение, можно
обеспечить нормальный результат. Отличная иллюстрация из Дербента, Дагестан.
Выборы проходили как раз в сентябре. В Контакте один наблюдатель, житель
Дербента, молодой человек, написал, как они боролись за реальные результаты не
голосования, а просто явки на избирательные участки Дагестана. Давняя история,
что ни в Чечне, ни в Дагестане никто не выборы не ходит. Просто не ходят на
выборы, никому это не интересно. Они искусственно рисуют голоса, сколько нужно.
Это очередная иллюстрация. Там очень сложно наблюдать, потому что непросто в
плане безопасности.

Конечно, в России развит электоральный
туризм. Москвичи и люди из ряда других регионов иногда ездят наблюдателями в
другие регионы за свой счет, или кто-то спонсирует, и наблюдают за выборами.
Это, наверное, оптимальный вариант, потому что они не заинтересованы в
результатах того или иного кандидата, они объективно наблюдают. И они не боятся
активно отстаивать соблюдение норм закона, потому что они уедут, и все. Если ты
пришёл на свой избирательный участок, у тебя могут возникнуть проблемы, если ты
начнешь слишком много качать прав или требовать соблюдения закона. Поэтому нам достаются
какие-то отдельные фрагменты о том, что там происходит. Действительно, он
рассказывает, что они с группой наблюдателей, членов комиссии требовали, чтобы
ничего не изменяли. В итоге, что мы видим? Это общая таблица результатов по
избирательным участкам. Если мы посмотрим на избирательный участок 489, который
находится посредине, то здесь есть строчка «количество избирателей, количество
бюллетеней, обнаруженных в ящиках для голосования». Там 2674 человека на
избирательном участке, из них проголосовали 10. Явка реально составила менее
1%. Видите распределение по кандидатам? Получается, что всего проголосовали 10
человек, 2 за Единую Россию, 2 за Патриотов и 6 за КПРФ. Притом на соседних
участках явка зашкаливает за 70%.

На сайте избирательной комиссии есть
такая опция как явка по часам. То есть, избирательная комиссия должна, по
внутренним инструкциям, отзванивать по телефону в вышестоящую территориальную
комиссию и сообщать, что по состоянию на 8 часов в списках такое количество, по
состоянию на 10 часов проголосовал 1%, потом 14% и так далее. 41, 58%. Это
результаты по 489-му избирательному участку. То есть, искусственно они это все
показали, думая, что смогут добиться потом. По идее, у нас должна была быть
явка 58%, то есть, 1000 с чем-то избирателей. Но эти люди смогли убедить,
заставить эту комиссию все честно организовать, поэтому в результатах получилась
такая история. Они искусственно писали эту явку, которая не соотносится с
реальностью. Несколько человек смогли добиться честных выборов на том отдельно взятом
избирательном участке в Дербенте. А если бы таких людей было больше? Если бы
вокруг каждого участка формировались активные группы наблюдателей, которые
требовали бы честных выборов, ситуация была бы совсем другой. Притом, что такое
явка 10 человек? Это смешно. Но такая история была. Опять же, если взять выборы
Москвы, то в Москве мы очень интересно устроили общественное наблюдение за
выборами. Это к вопросу, что все-таки можем на что-то влиять. Они боятся, если
нас слишком много, если мы профессиональные, если мы открыты, всю информацию
собираем, публикуем ее и не скрываем.

Есть у «Голоса» такой проект, называется
«СМС-ЦИК». Этот проект заключатся в том, что избиратели, наблюдатели, члены
комиссии, когда они получают результаты протокола на избирательном участке,
отправляют СМСку на специальный номер на сервере. Результаты по кандидатам нам
отправляют они. Так выглядит этот сайт. Разные объединения принимают участие,
можно сортировать по разным кандидатам. Но ценность этого в чем? Что мы быстрее
узнаем результаты. Не мы, а вообще все, потому что они в интернете сразу
появляются. Быстрее, чем участковая избирательная комиссия упакует все
документы, сядет в машину, отвезет в территориальную избирательную комиссию,
там все это дело упакуют, введут в систему ГАС «Выборы», а потом это появится в
интернете, через какое-то время. То есть, мы раньше знаем результаты, чем их
узнает территориальная комиссия. Соответственно, наблюдатели, которые находятся
в территориальной комиссии, уже знают, с каким результатом должна приехать
комиссия участковая. На выборах в Госдуму было переписано, по нашим данным, не
меньше 7% протоколов. Это очень хорошая борьба с переписыванием протоколов.
Если по дороге в территориальную комиссию члены участковой комиссии переписали
протокол, то есть, выдали или не выдали копии наблюдателям, а потом по дороге
другие результаты написали, обычно все заканчивается тем, что когда наблюдатель
утром просыпается, заходит на сайт избирательной комиссии и видит, что результат
отличается от того, что ночью они пересчитали, он обращается в суд. Проходит
очень длительное время, несколько месяцев. Выясняется, что, оказывается, ночью
избирательная комиссия собиралась и пересчитала эти голоса, и оказалось, что
они там на 400 голосов из одной строчки ошиблись и переписали в другую строчку.
А до этого наблюдателя не дозвонились. Все это нужно решать по горячим следам,
поэтому очень важно, чтобы информации распространялась быстро. Поэтому на
участках в территориальных комиссиях наблюдатели смогут контролировать по достоверным
результатам по СМСке из участковой комиссии. Если выясняется несоответствие,
они поднимают скандал, вызывают сразу же на место, документы не принимаются,
они ставятся на контроль, что очень важно.

В Москве такую систему удалось очень
хорошо сделать. Есть очень хорошая визуализация всех этих результатов, и есть
официальные данные. Мы можем далее анализировать результаты, полученные в
электронном виде, например, по Москве, по Собянину. Очень много говорилось о том,
что Собянин набрал 51,37%, то есть, он был на грани второго тура. Там порядка
30-ти тыс. голосов, то есть, это очень небольшой разброс. И все начали искать:
может быть, на каком-то участке или участках что-то сделали, чтобы эти голоса
обеспечили победу в первом туре. И, если посмотреть электоральную зависимость
по районам, действительно, есть определённая зависимость. Москва не однородна.
Если посмотреть голосование за Собянина, это данные наблюдателей, которые были
получены. По данным наблюдателей у Собянина 49,6%. Это по данным с 2255-ти
участков. Притом, что в Москве 3,5 тыс. избирательных участков, где были
наблюдатели. Там результаты немного отличаются, поэтому они могут на что-то
влиять. Москва, особенно новая Москва, в нижнем левом квадрате вы видите очень
большое голосование за Собянина. Юго-Восток – это не очень престижные районы
Москвы. Центр голосует за Собянина меньше всего, в центре вы видите такие
светлые области и совершенно контрастную картинку голосования за Навального.
Как раз за Навального голосуют в центре и в более прогрессивных районах, а в
отдалённых районах за него голосуют меньше. Это определённая зависимость,
которую нам дает возможность проанализировать официальная электоральная
статистика.

В Москве мы используем несколько
инструментов. Вообще, в принципе, что мы можем делать по России? Во-первых, в
Москве большую роль сыграли члены избирательных комиссий. В России, если
слышали, теперь самый нижний уровень участковой избирательной комиссии
формируется на 5 лет. Если раньше самые нижние участковые избирательные
комиссии формировались под каждые выборы отдельно, то теперь они формируются на
пять лет. Эти люди будут проводить выборы, включая выборы депутатов Госдумы в
2016-м году и выборы Президента в 2018-м году, если не будет досрочных. А если
будут, то они будут тоже их тогда проводить.

Мы, когда это формирование началось,
обратились ко всем гражданам с просьбой войти в состав этих комиссий. Мы
помогали многим, и в Москве порядка 3-х тысяч таких человек в комиссии вошли. И
они изнутри уже могут влиять на честность этих процедур, на честность выборов.
Это очень важно. Они, допустим, работали со списками избирателей. Они работали
с заявками голосований на дому. В Москве, как и во многих других регионах, как
любят делать? Разные социальные организации спускают сверху списки избирателей,
которые должны проголосовать на дому. В России на дому можно проголосовать
только по болезни или состоянию здоровья. Либо больные люди, либо пожилые,
которые не могут дойти до избирательного участка. В законе об основных
гарантиях указано, что участие в выборах является добровольным, никто не вправе
принуждать к участию в выборах или к неучастию в выборах. Социальные организации
зачастую не спрашивают этих людей, хотят ли они участвовать в выборах. Они
вызывают к ним на дом группу избирательной комиссии, которая звонит к ним, они
уже будоражатся, боятся, потому что не вызывали.

Как в Москве, например, было. К ним
приходит социальные работники, дарят социальные наборы и говорят, что дарят
этот набор благодаря исполняющему обязанности мэра, и так далее. То есть,
проводят с этими людьми соответствующие работы. Поэтому это тоже определённый
актив провластных кандидатов, когда они за бюджетные деньги поощряют такие
социально незащищенные группы избирателей. А потом насильно вызывают к ним это
голосование. Эти независимые члены избирательной комиссии сидели до дня
голосования, обзванивали списки из соцсобеса и спрашивали у этих избирателей,
вызывали ли они к себе надомное голосование. Конечно же, многие люди отказывались
и говорили, что они не то, что не вызывали, но и не собираются даже голосовать.
Поэтому эти члены комиссии могут изнутри влиять на честность выборов, зная
технологии, которые использует пресловутый административный ресурс.

У гражданского общества есть
возможность с этим бороться. Выборы фальсифицируют, этим занимаются люди. И не
нужно думать, что это какие-то отдельные люди. Это люди, которые живут среди
нас. Явно, что они тоже чего-то боятся. Они боятся и гласности, и таких видео,
они боятся, если об этом начинаешь говорить. И если среди этих людей появляются
честные люди, ситуация может меняться.

Я к тому, что можно с помощью
гражданской активности на это влиять, потому что, какие бы указания сверху ни
приходили, если это сделать невозможно, они этого просто не сделают, не смогут
сделать. Мало ли, что там наверху кто-то говорит. То есть, тогда получается
наоборот – «верхи хотят, низы не могут». Получается, что они будут давать
указания фальсифицировать, но мы не можем. Так получилось. Что хотите, то и делайте.
Невозможно это сделать. Всё. Получается коллапс незаконного административного
ресурса. Было бы здорово, если бы удалось с помощью гражданской активности
этому всему противостоять.

Про структуру того, как проходит
различный контроль, я сейчас рассказывать не буду. Скажу о том, что очень
хорошо работают инструменты краудсорсинга, когда интернет, различные ресурсы
позволяют объединять большие массивы информации от граждан. Потому что сегодня,
в принципе, гражданская активность есть, но люди настолько разобщены в связи с
огромностью территории нашей страны, что порой даже встретиться нет времени и
нет физической возможности. Поэтому интернет приходит в этом отношении на
пользу всем. И мы видим, как растут различные краудсорсинговые ресурсы, когда
решаются вопросы и социальные проблемы, и, в частности, проблемы, связанные с
честностью выборов. Это такие проекты как «Карта нарушений на выборах», где
люди через бесплатную горячую линию и через интернет сообщают о нарушениях, тем
самым предотвращая многие нарушения, потому что мы об этих нарушениях узнаем раньше
всех.

Это новый проект, который называется Wiki-Wiki, по принципу Wikipedia. Только этот
сайт посвящен избирательным комиссиям, здесь в одном месте собраны все данные
про избирательные комиссии нашей страны. Это удивительная история, мы только
этим и занимаемся. Цель – к федеральным выборам собрать всю информацию.
Проблема состоит в том, что когда эти комиссии на пять лет формировались, то
список самой избирательной комиссии, адрес, где находится помещение для
голосований, территория, которая закреплена за этим избирательным участком, люди
отражены в трех разных документах, которые очень часто размещены в виде скана
или в виде pdf-файла.
В электронном виде, в машиночитаемом формате это не выложено. Поэтому мы за них
делаем работу, это все оцифровываем. Если вы зайдете на сайт, там у нас по
многим регионам данные добавлены. Найти свой избирательный участок легко.
Просто пишите свой адрес, и сразу вам выскакивает ваш участок. Вы знаете, где вы
должны проголосовать, можете посмотреть данные, фамилии, имена, отчества членов
избирательной комиссии. Если были нарушения на участке, можно посмотреть, какие
там были нарушения, результат выборов.

Сайт получил премию «Право знать» как
лучший проект года. Карта там есть, опрозрачнивание происходит власти и
организаторов выборов. Список этих комиссий, комментарии, люди там
переписываются, оставляют свои комментарии и оценки того, как проходили выборы.
То есть, наблюдатель заходит в этот участок и пишет, что наблюдал на таком-то
участке, пишет свой отчет. Член комиссии – нормальный, все очень интересно
читать. Как люди наблюдают за выборами, мы выявляем благодаря тому, что эта
информация становится машинообрабатываемой, можно это все сравнивать. Например,
какие-то тихие семейные радости, когда выявляется, что целая семья является
членами одной избирательной комиссии от совершенно разных структур.

УИК 377 в Москве. От «Единой России»
выдвинут Топилин Александр Евгеньевич, от общественного Фонда поддержки Героев
Советского Союза Топилин Евгений Александрович, Топилина Ирина Александровна от
Московской Федерации профсоюзов, Топилина Юлия Сергеевна выдвинута от международной
общественной организации «Союз социальной защиты детей». Притом, что из их
семьи кого-то назначили председателем избирательной комиссии. Вот каким образом
удается с помощью обработки большого массива информации выявлять интересные
закономерности и дальше что-то с этим делать. Если есть вопросы ко мне, я готов
на них ответить. Если нет, могу еще что-нибудь рассказать.

 

Олег
Голишников, Москва:

Спасибо большое
за презентацию, очень интересно. Вы упомянули Шпилькина и привели его данные.
Хотел бы уточнить, кто он такой, чем занимается, каков источник его данных, то
есть, откуда он брал такие данные? Сейчас буквально вы показали слайд, где ваш
новый проект. Там люди могут писать комментарии, затем происходит обработка
всех комментариев. Как здесь можно избежать субъективизма?

 

Григорий
Мельконьянц:

По поводу
Сергея Шпилькина. Вы можете в интернете набрать «Сергей Шпилькин», найти его
блог в ЖЖ, он ведет очень хороший блог. Он физик, математик, человек, который
обладает компетентными знаниями для того, чтобы делать такой анализ. Более
того, эта методика прописана, вы можете посмотреть, она очень простая. Данные
он берет официальные. Почему власть боится этой методики? Потому что для власти
не работает этот Гаусс, закон природы. У всех строится этот купол, а у власти
«пила Чурова» постоянно. Более того, я вам показал пример Москвы. Почему-то в
декабре, когда были фальсификации, это «пила», а когда в марте хотели провести
честные выборы Президента, это не «пила». Это эмпирическим путем все
доказывается, на практике. Более того, есть примеры зарубежных стран. Там
нормально все строится, эти куполообразные. Он берет официальную электоральную
статистику. Он берет результаты с сайта избирательной комиссии и просто
накладывает на график. И получается то, что получается.

 

Реплика
из зала:

Хотел уточнить,
там 32 млн. голосов, из них нормальных 16,8 млн., а аномальных 15,2 млн. Как он
разделил?

 

Григорий
Мельконьянц:

Он строит
модель, при которой он отсекает аномальные голоса и выстраивает. Потому что он
считает, что эти голоса вброшенные. Он их просто отсекает, и, когда
выстраивается этот Гаусс, можно высчитать, сколько реально должна получить эта
партия или этот кандидат. У него есть эта модель, почитайте, это у него все
описано, это в интернете. Что касается субъективизма проекта. Понимаете, если
люди пишут комментарии, это «верю» или «не верю». Если человек представляет
какие-то объективные данные своими словами, это значит «верю». Цель – собрать
информацию об избирательных комиссиях для того, чтобы наблюдатели и избиратели,
которые участвуют в выборах, могли бы посмотреть, что происходит с его
избирательным участком. Допустим, я признаюсь честно, я не смог проголосовать
на выборах, которые проходили 8-го сентября, потому что мой участок перенесли
несколько раз. Мне утром нужно было уехать в пресс-центр, я пришёл на
избирательный участок с утра рано, специально к открытию. Я не могу раньше восьми
часов зайти как избиратель, а там со мной был наблюдатель от КПРФ. Я ему
сказал, что он должен был там быть с утра, начиная с 7.30. Говорят, что теперь вы
голосуете в другом месте. Я пошёл в другую школу, там тоже сказали, что в
другом месте теперь. Я не успевал и уехал. Это к тому, что нужны данные, где
люди могут посмотреть, где должны проголосовать. И, соответственно, здесь я
могу, на этом избирательном участке, общаться с другими наблюдателями.
Субъективизм. Это не супер-база, именно в плане комментариев. Можете написать вы,
такую дать оценку, кто-то напишет другую оценку. Здесь важно, что идет общение,
коммуникация.

Смотрите, по Москве ситуация очень
интересная, связанная с тем, что есть информация, например, о тех или иных
нарушениях на избирательных участках. Есть информация о том, что процедуры
голосования, процедуры подсчета голосов где-то не соблюдались. И в Москве
Собянин настоял на том, чтобы были установлены веб-камеры. То есть, в Москве на
всех участках были установлены веб-камеры. Это такой тренд. Они очень дорого
стоили, очень дорого. Если брать выборы Президента, то выборы Президента стоят
7 млрд. рублей один тур, а установка веб-камер обошлась, бюджет был на 15 млрд.
Счетная палата посчитала, больше 20 млрд. Представляете, какие деньги? Притом,
что эти деньги были отданы Ростелекому, коммерческой организации, которой
принадлежат все эти камеры, вся эта инфраструктура. Это не принадлежит
избирательным комиссиям. Если кто-то хочет опять организовать это
видеонаблюдение, они должны либо заново купить это все через какую-то компанию,
либо опять обращаться. То есть, было очень странно все организовано, в итоге,
бешеных денег стоит организация этих видеотрансляций. Теперь прошли выборы в
Москве, был организован общественный штаб при Московской общественной палате. В
Москве есть такая структура – Московская общественная палата, которая недавно
была создана, и которая как раз выдвинула инициативу о выдвижении Собянина в
мэры. И там есть комиссия по развитию гражданского общества, которую
возглавляет Алексей Венедиктов, главный редактор «Эхо Москвы». Они поставили
задачу. Хорошо. Мы будем смотреть, но мы не будем выставлять наблюдателей. Мы
сделаем видеонаблюдателей. Есть «Красный октябрь» в Москве, такой центр, бывшая
шоколадная фабрика. Сейчас там разные современные учреждения расположены. Там
был большой зал в день голосования. Стояли ряды столов и сидели
видеонаблюдатели, которых они привлекли туда, сотрудники разных учреждений. Они
смотрели на экран, на котором было несколько камер с нескольких избирательных
участков. 15 секунд, и потом переключалось. Они таким образом, вроде бы, должны
были выявлять нарушения. Это очень сложно сделать. Представляете? Когда на
участке находишься, можно что-то выявить. А так визуально очень сложно это
сделать. «Голос» направил туда тоже своего представителя наблюдать за этим всем
процессом. Им передавали данные по нарушениям, чтобы они тоже там реагировали.
Но ценность всей этой истории с видеокамерами не столько в самих трансляциях, сколько
в видеозаписях, которые остаются. Потому что в день голосования очень сложно
иногда сориентироваться, что происходит. Но потом, когда собираешь всю
информацию, есть вопросы к определённым избирательным участкам. Если есть
сомнения, должна быть возможность запросить эти видеозаписи, посмотреть,
отреагировать. Это такие доказательства. Когда все это дело готовилось, вроде
бы, говорили, что проблем никаких быть не может. Мы уже на протяжении двух с
лишним месяцев не можем получить видеозаписи по тем участкам, которые нас
интересуют. Нас постоянно водят по кругу, объясняя нам, что все время процедура
по получению этих видеозаписей усложняется и усложняется. Поэтому мы надеемся,
что по Москве мы точку еще не поставили в этих результатах. Мы хотим
разобраться по 1380-ти участкам. Почему нам это важно? Важно потому, что будут
выборы в Московскую городскую думу досрочные или очередные 14-го сентября
следующего года.

 

Чем нам Wiki помогает? Мы по каждому
участку видим картину, что там происходит, и по результатам, и по нарушениям, и
по членам комиссии, и по отзывам, которые оставляют наблюдатели по работе этих
комиссий. Соответственно, наблюдатели, которые будут выбирать, куда пойти
наблюдать за выборами, смогут уже очень хорошо ориентироваться в этом.

Поделиться ссылкой:
0

Добавить комментарий