Может ли человек что-то изменить в современной России?

Семинары проекта «Я-ДУМАЮ»

Ирина
Евгеньевна Ясина

Вице-президент фонда «Либеральная
миссия»

 

Ирина Ясина:

Всегда начинаю с одних и тех же
слов, поэтому, если кто слышал, то не обессудьте. Я больше всего не люблю в
современном мире, в современной России слов «от меня ничего не зависит», «что я
могу?», «на что я способен?». Все вы наверняка это слышали от своих
сверстников, от своих родителей, знакомых: «Да ладно, без нас решат, да ладно,
что мы можем?». Это такая мантра, которую мы повторяем себе сами. И я понимаю,
что корни для того, чтобы эта мантра звучала в нашей жизни, есть просто везде.
Но, тем не менее, я призываю вас этой мантрой не пользоваться, потому что у
каждого из нас есть, как минимум, он сам. Человек, которого вы можете изменить,
с которым вы сможете что-то сделать, на что-то не соглашаться, где-то
прорываться. И выбор – оставаться приличным человеком, или нет –всё равно есть.
Я полагаю, что в вашем возрасте вы уже многое можете вспомнить из вашей жизни,
когда вы говорили: «Ну ладно, сделаю, хоть мне это не нравится, хоть это мне
неприятно». То есть, как минимум, от нас, лично, зависит, каким человеком быть.

А дальше круги расширяются, как любые вещи; есть семья, есть
друзья, есть какой-то мир вокруг вас, и в нём можно заниматься совершенно
разными вещами. Можно играть в покер, можно пить пиво, можно помогать кошкам,
можно ходить в детский дом, можно ездить к старикам в дома престарелых. Если расширять
эти круги, то можно сделать что-то: пойти в общественную работу, в политику.
Всё, что угодно, можно делать. Но главное – в центре всего вы сами. Поэтому
разговоры, что от меня ничего не зависит, это ерунда. Я абсолютно уверена, что
это так.

Самой мне в своей жизни не раз приходилось сталкиваться с
ситуацией, когда выбор, делать или не делать, быть или не быть, согласиться или
не согласиться, стоял ребром. Это касалось и личной жизни, и общественной
жизни. Не могу сказать, что это осознано с 25-ти лет, что нужно сохранить себя,
не прогнуться. Нет, конечно. Всё это приходит позднее, когда ты уже именно
осознаёшь, что ты делаешь. Ну, изначально, спасибо, папа с мамой заложили такие
основы, когда ты понимаешь, что чего-то не того они от меня хотят, лучше я туда
не полезу, вот это я как-то лучше обойду. Либо, наоборот, начинало везти так,
что вот туда мне надо, вот это мне нравится, и люди мне нравятся, атмосфера мне
нравится, я туда пойду.

То, что происходит сейчас в стране, конечно, мерзко. Я могу
поставить такой диагноз, какой могут поставить очень многие люди. И единственное,
что я могу вам сказать, что это изменится, причём, в тот момент, о котором мы
ничего не знаем. Вот, просто произойдёт, и всё. Вы, наверное, слышите
постоянно, что Советский Союз распался неожиданно, злые люди его развалили. Не
верьте этим людям, которые говорят, что Советский Союз развалили проклятые
заговорщики, американцы, или кто-то ещё. Поверьте мне на слово, он развалился
сам собой. Просто, потому что идеология, которая держала скрепами, вот эта
аморфная, экономически абсолютно не обоснованная, противоречивая, против логики
человеческой существующая, развалилась.

Мы все были циниками. Я думаю, что вы все как раз 1987-1989-го
годов рождения. Мне в1989-м году было 25 лет, примерно ваш возраст. Мы были
жуткими циниками, кошмарными. То есть, никаких идеалов у нас не было, в эту
коммунистическую чушь мы не верили ни минуты, никакой гордости за великую
державу у нас не было, абсолютно точно. Потому что держава, мягко выражаясь,
дышала на ладан. Родители рассказывают вам, как они охотились за продуктами, и
как было нужно стоять в очередях, и как было невозможно купить сапоги, вообще
никогда. Я вот задала вопрос своей дочери, которая 1989-го года рождения: «Валечка,
а что происходило с пишущими машинками по праздникам?» Миша, ты можешь ответить
на этот вопрос? Никто из вас не угадает. Потому что пишущие машинки собирали и
опечатывали в одной из комнат, и вешали на дверь бумажку, чтобы никто не
входил. А если в конторе был один ксерокс, то вы не представляете, какие замки
на него навешивали. И дальше по списку, невозможность того и сего. В такой
ситуации верить, что мы великие, можно было только, будучи зомбированными
идеологией. Мы уже не были зомбированными. Каким образом всё это прорывалось к
нам, я не знаю, потому что телевизор был советский, Интернета не было. Сейчас
вам навешать лапшу на уши намного сложнее, чем нам тогда. Сейчас можно зайти в Интернет
и найти много интересного, сравнить. Это особенность человека, в отличие от
зверька, что вы можете сравнивать и думать, задавать себе вопросы и на них
отвечать. И уже тем самым отличаться от тех, кто вопросов не задаёт, а просто
тупо делает, что ему велят. Вот, мы были такими же, только хуже.

Тем не мене, то, что произошло потом, в 1991-м году, было
для нас неожиданностью. То есть, мы и не ожидали. Казалось, всё не хорошо, но
это будет длиться и длиться, потому что мы не мыслим себя иначе, мы родились в
этой стране, мы в ней и умрём. Потом всё как-то очень быстро и неожиданно поменялось,
о чём я и предупреждаю вас, что меняется всё неожиданно, в один момент. И вдруг
ты понимаешь, что вызовы, которые стоят перед тобой, совершенно иные. И это
здорово. Я абсолютно уверена в том, что именно вашему поколению предстоит
поменять ситуацию, которая существует в нашей стране. Хотим мы этого или не
хотим, но ситуация должна поменяться. Вишневский перед вами выступал, вчера об
этом говорили. То, что произойдёт, абсолютно неминуемо. Мы не можем жить в
стране, которая являя собой такой большой кусок и населения, и территории, живёт,
не встраиваясь в мировые тренды, в мировые тенденции, отсоединяясь от них. В
этом смысле я большой противник неперевода часов на зимнее время, потому что
никто не подумал, что будет с биржами, самолётами. Когда разница с Лондоном 4
часа, ты себя чувствуешь почти в Китае. Это меня не устраивает по тренду, мне
надо в другую сторону. Вам нужно быть готовыми к тому, что ситуация, меняясь,
будет перед вами ставить вопросы, на которые ответ очень простой. Либо я прячу
голову под крыло и ни во что не влезаю, либо я принимаю в этом участие. Это
ваше поколение, никуда не денетесь. Вишневский рассказывал про растущее
население. Кстати, о том, что кушать будет нечего. Я хотела встрять, но не
успела. Я познакомилась с замечательным дядькой, который занимается генномодифицированными
продуктами, профессор Гапоненко. Все мифы о ГМО, которые у нас в головах, – мифы.
Пишут на этикетке, что продукты не содержат ГМО, масло растительное без
холестерина. Но, если напрячь мозги, то поймешь, что холестерин содержится
только в животных жирах, то есть, в подсолнечном масле его быть не может
никогда. Разница в том, что китайцы используют генномодифицированный рис. А что
такое генномодифицированный? Это значит, устойчивый к засухе, к вредителям. Они
снимают урожай в 102 центнера с гектара, а мы 40 центнеров. Вот и всё. Выбор очень
простой. Либо ты делаешь что-то, что позволяет тебе накормить, напоить, либо ты
говоришь, что нет, это всё от лукавого, мы не хотим. Это небольшое отступление.

Я позвала сюда Дмитрия Кузьмина с одной простой целью. Я его
лекцию слушала, он тоже ваш ровесник, она меня не поразила, она мне
понравилась. Понравилась содержанием и тем, что человек в том самом возрасте, в
котором, мы думаем, должны быть только циники, которые ничего не делают. И
наука существует, и открытия происходят. И всё развивается, и человек работает.
Не нужно никаких мифов, что человек ничего не может с собой сделать, нужно
напрячься и начать работать.

Мы об этом сегодня будем с вами говорить, когда приедет моя
дорогая подруга Оля Романова, которая стала символом борьбы с правоохранительной
системой. Она будет вам рассказывать всякие интересные вещи про сообщество «Русь
сидящая», про то, как объединяются жёны заключённых бизнесменов, объединяются,
чтобы менять ситуацию. Её пример становится 
двигателем для огромного количества женщин, у которых мужья по
неправосудным приговорам сидят в тюрьме. Как-то это всё происходит. И тут опять
есть выбор: либо спрятаться, закрыться и сказать, что я этого не делаю, тихо-спокойно
сижу в тени, курю кальян; либо вот эти тётки, обыкновенные тётки говорят, что «я
хочу, я буду делать». И она будет рассказывать, что происходит, не буду
отнимать у неё хлеб. Я буду тут сидеть всё время и ей помогать.

И прежде, чем передать слово Дмитрию Кузьмину, хочу сказать
два слова о нашем семинаре. Всегда возникают вопросы, на какие бабки, кто
заказывает, кому это надо. Для тех, кто здесь не был. Фонд «Либеральная миссия»
возглавляет мой отец, Евгений Григорьевич Ясин. Я у него на подхвате, и провожу
молодёжные программы. Финансируется российскими бизнесменами, каждый из которых
поименован на сайте. Конкретно, этот семинар, «Я думаю», поддерживает Дмитрий
Борисович Зимин, основатель компании «Вымпелком», торговая марка «Билайн». Если
у вас такой телефон в кармане, то вот этот человек его придумал. Сам он бывший
советский инженер, радиотехник, ковал оборонный щит Родины, потом пошёл в
бизнес. На его личные деньги проводится наш семинар. Ещё у нас есть несколько
дружков, которые нам помогают. Это Ростислав Ордовский-Танаевский, рестораны
«Ростикс», там его пиццы, плюс фонд Бориса Николаевича Ельцина иногда нам тоже
подкидывает денег. Делаем мы это не для того, чтобы что-то от вас поиметь, а
просто потому, что нам не чужды идеи миссионерства, просветительства. Если вам
это интересно, вы приезжаете и слушаете, если вам это не интересно, вы не
приезжаете и не слушаете. Абсолютная свобода. Того, что говорят по Первому и
Второму каналам телевидения, вы здесь не услышите, и людей, которые там вещают,
у нас не бывает. Ежели нас не зовут на телевидение, то почему мы не можем
позволить себе собрать маленький хорошенький семинар и заняться любимым делом? На
сём я передаю слово Дмитрию Кузьмину, который вам расскажет кучу интересного и,
вроде как, не относящегося к гуманитарной области знаний. Тем не менее, думайте
о том, что это всё происходит здесь и сейчас, это всё делают такие же люди, как
мы.

 

Поделиться ссылкой:
0