Патриот Андрей Сахаров
Те, кто его травили и мучили, не сделали для страны ничего.

Листая прессу

Патриот Андрей Сахаров

фото:
Алексей Меринов

Четверть
века назад, 14 декабря 1989 года, ушел из жизни академик Андрей Дмитриевич
Сахаров, обладатель высоких наград и премий. Но главное — он был диссидентом.
Потому и вооружил нашу страну самым мощным в истории оружием, что сделало
Советский Союз супердержавой.

Вот ведь
судьба! Великий ученый, один из тех, кто определил историю страны, человек,
чьим наследством мы живем и по сей день, был зачислен во враги государства,
стал жертвой преследований, оскорблений и измывательств. А многие и ныне
уверены, что он — враг и наказан справедливо.

Говорят:
были два Сахарова. Один — ученый, его государство оценило по достоинству. А
второй — диссидент, не принимавший политику власти. Как еще к нему относиться?

Но расщепить
Сахарова, как он расщеплял атом, невозможно.

Диссидентом
он прежде всего был в науке — в отличие от многих других физиков. Они-то
мыслили, как положено, как принято, как привычно. А он — иначе! Инакомыслие
помогло ему понять и увидеть то, что оставалось недоступным для остальных.

Открытие
теории относительности и квантовой механики изменило физику. Ученые разделились
на тех, кто понимал современную науку и смог работать в атомном проекте, и на
тех, кто оказался профнепригодным. А это всё, как на подбор, были правильные
товарищи — не сомневавшиеся в линии партии и правительства. В итоге они едва не
лишили страну ядерного оружия.

«Партийные
физики», которые называли себя патриотами и нравились начальству, не осилили
теорию относительности Альберта Эйнштейна и квантовую механику. Писали статьи
«против реакционного эйнштейнианства в физике». Квантовую механику называли
«идеалистической». А под свое невежество подвели идеологическую базу. Обвинили
сторонников теории относительности в отсутствии патриотизма. Требовали изгнать
их из науки. Доказывали, что «для советской физики особое значение имеет борьба
с низкопоклонством перед Западом, воспитание чувства национальной гордости».
Открылась чудесная возможность избавиться от талантливых конкурентов!

Министр
высшего образования Сергей Кафтанов обратился в правительство:

«Необходимо
решительно разоблачать враждебные марксизму-ленинизму течения, проникающие
через физику в высшие учебные заведения… В учебниках совершенно недостаточно
показана роль русских и советских ученых в развитии физики; книги пестрят
именами иностранных ученых».

Агитпроп ЦК
сигнализировал вождям: президент Академии наук СССР Сергей Вавилов требует
изучать иностранную научную литературу, отказывается от классической физики,
«говорит о неприменимости понятий обыденной жизни в атомной физике, и
получается, что в новой физике должны быть отброшены и такие неотъемлемые
атрибуты материи, как пространство и время».

Началась
подготовка к Всесоюзной конференции физиков. Она должна была провести такую же
большую чистку, которую «народный академик» Трофим Лысенко устроил в
биологической науке. Уже заготовили резолюцию:

«Для
советской физики особое значение имеет борьба с низкопоклонством и раболепием
перед Западом, воспитание чувства национальной гордости, веры в неисчерпаемые
силы советского народа».

Но от
«правильных» физиков — толку никакого. Новое оружие способны создать только
инакомыслящие. Руководитель атомного проекта профессор Игорь Курчатов обратился
за помощью к члену политбюро и заместителю главы правительства Берии. Лаврентий
Павлович спросил:

— Правда,
что квантовая механика и теория относительности — идеалистические теории?

Курчатов
ответил просто:

— Если их
запретят, то и атомной бомбы не будет.

Многие годы
шел спор: кому мы обязаны термоядерным оружием? Андрею Дмитриевичу Сахарову?
Или все же разведке, которая годами похищала американские атомные секреты?

Первым о
возможности создания термоядерного оружия еще в 1942 году заговорил бежавший из
фашистской Италии в Америку нобелевский лауреат Энрико Ферми. Своей идеей он
поделился с американцем Эдвардом Теллером. А в научной группе Теллера работал
немецкий физик-коммунист Клаус Фукс, агент советской разведки. Однако
предложенная Теллером конструкция водородной бомбы не работала: не удавалось
создать такую температуру и так сжать изотопы водорода, чтобы началась
самопроизвольная реакция синтеза.

Но тут в
ядерный центр Арзамас-16 прислали молодого физика Андрея Сахарова. Он и решил
эту задачу. Такие озарения случаются только у гениев. Сахаров с помощью еще
одного будущего академика Виталия Гинзбурга создал конструкцию водородной
бомбы, которая вошла в историю науки как «сферическая слойка». У Сахарова
изотоп водорода располагался не отдельно, а слоями внутри плутониевого заряда.
Поэтому ядерный взрыв позволял достичь и температуры, и давления, необходимых
для того, чтобы началась термоядерная реакция. Водородную бомбу испытали в
августе 1953 года.

Взрыв
получился куда сильнее атомного. Впечатление было страшным, разрушения —
чудовищными. Но «слойка» оказалась ограниченной по мощности. Поэтому вскоре
Сахаров придумал новую бомбу. Он вооружил нашу страну самым разрушительным в
человеческой истории оружием. Сахаров был избран в Академию наук. Получил три
золотые звезды Героя Социалистического Труда, Сталинскую и Ленинскую премии —
по закрытому списку, разумеется. Дважды герою полагалось ставить памятник на
родине, трижды герою — еще и в Москве, но само его имя было секретом.

Он работал
над созданием водородного оружия до тех пор, пока видел в этой сфере задачи для
физика его уровня. Когда эти задачи были решены, и осталась работа
технологического уровня, его гениальный мозг занялся другими проблемами. Он
первым заговорил о том, какую опасность представляет созданное им оружие. Одни
только испытания термоядерного оружия наносят непоправимый ущерб человечеству.

Военным
руководителем испытаний в 1953 году первой водородной бомбы, вспоминал Сахаров,
был заместитель министра обороны маршал Василевский. Встал вопрос о том, что по
соображениям безопасности надо эвакуировать десятки тысяч людей из опасной
зоны. Маршал успокоил ученых:

— Напрасно
вы так мучаетесь. Каждые армейские маневры сопровождаются человеческими
жертвами, погибает двадцать-тридцать человек. Это неизбежно. Ваши испытания
гораздо важнее для страны, для ее оборонной мощи.

В чем состояло
политическое диссидентство Сахарова? В том же, в чем и научное! Он задумался
над неустроенностью и несправедливостью окружающего мира. Он не был
безразличным человеком и не захотел мириться с тем, что устраивало других. Как
настоящий патриот жаждал исправления недостатков нашей жизни. А натолкнулся на
стену непонимания. Понял, что не может стоять в стороне, если истеблишмент
цинично и равнодушно относится к собственному народу, а те, кто осмеливается
протестовать, оказываются в тюрьме или в психиатрической клинике. И тогда его
назвали врагом государства — того самого, о благе которого он заботился всю
свою жизнь.

Целые
подразделения КГБ отрядили сражаться с академиком. Они следили за каждым его
шагом, окружили осведомителями, записывали его разговоры и крали рукописи.
Сахаров писал письмо Брежневу, сдавал его в приемную президиума Верховного
Совета, а КГБ докладывал в ЦК, что перехвачен опасный документ.

Сахарова
отправили в ссылку в закрытый для иностранцев город Горький (теперь — Нижний
Новгород), подальше от чужих глаз. Многие были бы рады, если бы он вообще
оттуда не вернулся. В Горьком над ним просто измывались. А на Запад, чтобы
показать, что о заслуженном академике заботятся, переправили тайно снятые кадры
раздевшегося перед врачом Сахарова, что было верхом неприличия.

В России
легче встретить святого, чем безупречно порядочного человека, шутил когда-то
философ Константин Леонтьев. Столкновение с безупречно порядочным человеком
обескураживает и даже злит. Крайне неприятно, когда кто-то рядом продолжает
говорить правду, а ты-то уже врешь, потому что это стало выгодно, а за вранье
вознаграждают — и щедро! И так хочется, чтобы те, кто еще сопротивляется, как
можно скорее замолчали, а еще лучше — присоединились к общему хору. Этим
объясняется то, что коллеги-академики, люди, которые могли бы держать себя
независимо, в большинстве своем не поддержали Андрея Дмитриевича. Вот этого
холопского трепета в нем не было никогда.

Сахаров, в
отличие от тех, кто его преследовал, всегда оставался патриотом и думал об
интересах отчизны. Однажды в его квартире зашел разговор об атомных делах,
вспоминал его коллега-физик Лев Альтшулер. Когда-то они вместе работали над
созданием ядерного оружия.

— Давайте
отойдем от этой темы, — сказал Сахаров. — Я имею допуск к секретной информации.
Вы тоже. Но те, кто нас сейчас подслушивает, не имеют. Будем говорить о другом.

Так кто же
настоящий государственник?

Трижды Герой
Социалистического Труда, создатель водородной бомбы Андрей Дмитриевич Сахаров
сделал для страны больше, чем вся армия чиновников, преследовавшая его многие
годы и укоротившая ему жизнь. Что они дали России? А Сахаров, ушедший из жизни
четверть века назад, оставил оружие, которое еще долго будет гарантией
безопасности страны. И в назидание потомкам — личный пример бескорыстного
служения Родине. 

http://www.mk.ru/social/2014/12/13/patriot-andrey-sakharov.html

Источник: Московский комсомолец

Поделиться ссылкой:
0

Добавить комментарий