ОСНОВНЫЕ ИДЕИ И ВЫВОДЫ

Серия "Либеральная миссия - экспертиза" под редакцией Кирилла Рогова

Более десяти лет российская экономика находится в состоянии долгосрочной стагнации, средние темпы роста не превышают 1 % в год. В результате отрыв России от развитых стран увеличивался, а по уровню ВВП на душу населения ее обогнали за это время не менее шести стран. Между тем в экономической политике цели роста подменены «плановым» суррогатом «национальных проектов», дискуссия о путях возвращения на траекторию роста даже не ведется. Такая ситуация напоминает эпоху «застоя» 1976–1984 гг., а текущие темпы роста существенно ниже, чем были в тот период.

У правительства не только нет стратегии роста, но и отсутствует соответствующее целеполагание. Экономическая политика выдвигает в качестве приоритета «стабильность», которая, с экономической точки зрения, представляет собой модель перераспределения ресурсной ренты и доходов от экономической деятельности, соответствующую интересам политической элиты, ряда секторов российского бизнеса и некоторых групп населения. Закреплению перераспределительной модели способствует фундаментальная установка на экономический изоляционизм, мотивированный курсом внешнеполитической конфронтации.

Подобная модель невыгодна для наиболее активной части общества — молодежи, квалифицированных специалистов, компаний технологического сектора с экспортным потенциалом. Но именно эти группы менее всего могут влиять на принятие решений. Таким образом, в текущей российской модели можно наблюдать симбиоз изоляционизма, дирижизма и расширенных политических ограничений, обеспечивающих неоптимальное равновесие стагнации.

Несмотря на создаваемые препятствия для экономического роста, эта модель выглядит устойчивой в среднесрочной перспективе за счет внешнего спроса на сырьевые ресурсы в сочетании со свободными внутренними ценами и валютным курсом, позволяющими абсорбировать внешние шоки. Российские власти демонстрируют твердое намерение придерживаться этого сценария (сценарий «Застой — 2») и прилагать усилия для поддержания «равновесия стагнации», опираясь на внутренние резервы. Для этого им потребуется: (1) добиться интенсификации труда без адекватной компенсации и/или (2) мобилизовать частные капиталы на решение инвестиционных задач, поставленных правительством.

Вместе с тем существуют факторы серьезной уязвимости «равновесия стагнации». К ним прежде всего относятся: (1) общее ожидаемое сокращение доходов от экспорта в 2020-е гг. на 25–30 %; (2) демографический антидивиденд: серьезное сокращение молодых и образованных работников и общего числа занятых в экономике; (3) «черные лебеди»: накопленный эффект санкций и риски их усиления, техногенные кризисы и пр. Их совокупное действие с высокой вероятностью сделает невозможным поддержание минимальных темпов роста 2010-х в следующем десятилетии. Это усилит тренд снижения реальных доходов, что вызовет значительное социальное напряжение, рост конфликтности и снижение политической устойчивости режима (сценарий «Разбалансировка 2020-х»).

Наконец, еще одной существенной угрозой (4) являются накапливающиеся изменения в мировом энергобалансе, которые будут дополнительно стимулироваться давлением «климатической» повестки и приведут в перспективе 10–15 лет к изменению стратегий игроков энергетического рынка и резкому долгосрочному снижению цен на нефть. Драматизм ситуации состоит в том, что изменения в структуре экспорта, позволяющие хотя бы частично заменить выпадающие доходы, требуют длительных усилий (на горизонте 10–15 лет), т. е. немедленной смены экономического курса. В противном случае второе десятилетие «Застоя — 2» может стать прологом к полномасштабному социальному и экономическому кризису (сценарий «Кризис 2030-х»).

Последние 15 лет ВВП на душу населения России колебался в диапазоне 55–65 % от уровня развитых стран. В инерционном сценарии (рост 1 % в год) во второй половине 2030-х этот показатель опустится до 50 %. Длительная стагнация экономики в коридоре 40–65 % от уровня лидеров называется «ловушкой средних доходов». Для преодоления ее необходимо использовать конкурентные преимущества, способные компенсировать достаточно высокую цену труда при недостаточно высокой его производительности. Однако обществу трудно смириться с тем, что стратегии и структура экономики, обеспечившие рост в прошлом периоде, перестали работать — мощные коалиции прикладывают максимум усилий для сохранения статус-кво.

На сегодняшний день известны два сценария успешного преодоления вызова средних доходов и перехода в клуб развитых стран: 1) наличие «институционального якоря» вкупе с перспективами доступа к рынкам «якорных» стран (европейская модель); 2) форсированный экспортно ориентированный рост (азиатская модель). Для России невозможна в чистом виде реализация ни первого, ни второго сценария, но возможна контаминация их элементов. Используя географическое преимущество близости к Европе и Азии и преимущество в качестве человеческого капитала при невысокой цене квалифицированного труда, Россия могла бы занять нишу экспортера продукции, основанной на европейских технологиях, на рынки СНГ и Восточной Азии. А используя преимущества масштаба рынка и высокое качество человеческого капитала – расширять свое участие в глобальных цепочках стоимости и капитализировать региональное лидерство в интернет-экономике.

Такая стратегия не сулит «волшебного прорыва», но в случае успеха позволит избежать второго за пятьдесят лет структурного кризиса в 2030-е гг., связанного с волатильностью цен на нефть, реализовать и поддержать имеющиеся конкурентные преимущества и войти в новую технологическую эру с лучшим потенциалом и более устойчивой структурой экономики.

Условием реализации такого сценария, однако, является энергичная смена приоритетов конфронтации в пользу приоритетов развития и переход к политике открытости экономики. Именно разрыв с мощной традицией изоляционизма и переход к политике открытости в Южной Корее 1960-х и Китае начала 1980-х гг. обеспечили возможность долгосрочного роста этих стран в течение многих десятилетий.

Поделиться ссылкой:
+4