Перед выбором

Баттлы об Америке

Накануне президентских выборов в США сайт Фонда «Либеральная миссия» в рамках одного материала публикует две статьи, касающихся самих выборов и околовыборной ситуации в Соединенных Штатах. Автор первой статьи — литератор и журналист Борис Вайнштейн, автор второй — философ, заместитель главного редактора сайта Фонда «Либеральная миссия» Дмитрий Ахтырский.

 

Борис Вайнштейн

Тезисы о надежде и безнадёжности или окончательный Трамп-тест.

Америка глубоко и, может быть, неизлечимо трампирована.

Ещё на заре нынешнего президентства я полупошутил, что Трамп-тест не даёт нейтрального результата.

Теперь в этой шутке осталась лишь фантомная доля шутки. В последние годы все (и это почти не преувеличение) говорят о нынешнем обитателе Белого Дома. И не только накануне выборов. Это какое-то трампопомешательство. Нынешнего президента США или проклинают (уличая по длинному и всё удлинняющемуся списку), или восхваляют (защищая или отметая любые претензии и, одновременно, нападая на «леваков» и либералов). За последние пару лет не встречал ни одного человека (а я по работе разговариваю с самыми разными людями каждый день), у которого не было бы очень определённого мнения.

Трамп пришёл к власти на сопротивлении новой идентичности, победившей на обеих побережьях, в университетских кампусах и крупных городах.  Демократы проиграли ему не потому, что у них был не тот кандидат, а потому что у этого кандидата или, говоря современным языком, кандидатки, была не та идентичность. Не своя для людей, которых десятилетиями кормили обещаниями и у которых всё меньше уверенности в завтрашнем дне. В Хиллари Клинтон видели отличницу и представительницу сытого истеблишмента, которая заведомо находится в другой, отличной от повседневной реальности простых людей. Избиратель из глубинки, обойдённый прогрессом и лишившийся надёжного куска хлеба, не мог голосовать за прежнее – обычные предвыборные посулы, легко раздаваемые политиками.

Видавший всех в гробу Трамп выглядел для очень и очень многих человеком практически понимающим что к чему. И, главное, выражающим их обозлённость и накопившееся разочарование. В России в своё время подобный эффект произвел Жириновский.

Donald J Trump был доказательством от противного. В том числе, и в самом прямом смысле. Доказательством, тем не менее, убедительным для нескольких ключевых групп населения. Вопрос – сохранило ли это персонифицированное доказательство от противного свою актуальность?

Разъединённые Штаты Америки.

Так называлась без недели 20 лет назад моя статья, подводившая итоги поединка поединка Буша и Гора, где предполагалось, что в среднесрочной перспективе страна будет всё более разбегаться в разные стороны до вероятного кризиса федерализма. Сегодня побережья и крупные города между ними и остальные штаты живут в малопересекающихся реальностях. И воссоединяться не собираются. И эта невиданная со времён войны Севера и Юга поляризация страны является несомненным достижением нынешнего резидента Белого дома. И хотя это не единоличное достижение Трампа, но он добился критического перелома, когда существенная часть населения перестала воспринимать в качестве информации всё, что не исходит от самого президента, его администрации или ассоциированных с ними СМИ. Примерно такого же, какого достигла советская власть к концу своего существования, создав «нового человека».

Трамп, может, и не разъединил необратимо Соединённые Штаты, но спровоцировал распад многих дружб и семей, устоявшихся общественных норм и самого стиля публичного поведения. Штаты никогда больше не будут соединёнными – кто бы ни победил в этих выборах. Вопрос теперь стоит совсем в другой плоскости: до какой степени жизнь в стране сохранит признаки того, что прежде считалось цивилизованностью. У «американцев» всё меньше консенсуса – кто американец, а кто ещё/уже или навсегда не очень. Попытка взять на идентичность (какая хорошая, а какой лучше помалкивать) неизбежно приведёт (и уже приводит) к войне идентичностей. Что, собственно, и было изначальной целью.

Make America White Again – истинный и легко прочитываемый лозунг Трампа – сделал расовое насилие практически демонстративным и породил не только законное возмущение и сопротивление, но и вывел на всеобщее обозрение расизм встречный. И это несомненная победа и достижение нынешней администрации – и надежда на продолжение всё более чреватой большой кровью старой политики «разделяй и властвуй». Но цель достигнута: стало легче манипулировать разными частями населения, благодаря чему президент белой Америки и вытянул себе шанс на второй срок.

Трамп против Трампа

Трамп заразил американское политическое тело популизмом, который уже практически стал аутоимунной болезнью страны, активно инфицирующей этим вирусом международное сообщество. Иммунитета нет. Он благонеприобретаем.

Большинство наблюдателей считают, что нынешние выборы станут референдумом на то, каким главой исполнительной власти был Трамп. С этим, возможно, захочет спорить только сам обитатель Белого дома, который стал олицетворением и выражением этого популизма без берегов.

Но фактически это будет референдум – какой быть стране: возвращаться ли в расистское прошлое или, всё-таки, двигаться вместе с человечеством в неизведанное и сложносочинённое будущее, отказываться ли от опыта сосуществования рас или, наоборот, постараться развить уникальный опыт Америки.

Последние недели кандидату в президенты от Демократической партии пожертвовали гораздо больше денег, чем сумел собрать Трамп и его фандрайзеры. Однако не стоит упускать из виду – эти пожертвования были сделаны не бывшему вице-президенту, а против нынешнего обитателя Белого дома. Сам Байден ни у кого, кажется, энтузиазма вызвать не способен.

Кстати, средства массовой информации тоже включились  в строительство того, чего нет. В частности немыслимое количество раз рассказывалось, как трампизм станет разваливаться, как от него побегут то те, то эти. Как от Трампа откажутся и заклеймят, но проходят дни и недели и прогнозы не сбываются. Только единицы откалываются и решаются вынести сор из избы.

Трамп кидается на любого, кто пытается его критиковать, и наоткрывал множество фронтов, за которыми невозможно уследить и на которых невозможно победить.
Казалось, что Белый Дом сам закапывает себя практически заживо, когда коронавирус, при всех необратимых и для многих и многих тысяч трагических последствиях, нежданно дал стране шанс выбраться из нынешнего социально-политического морока. Но не тут-то было.

На выручку мародёрам от политики подоспели мародёры уличные, подарившие Disaster-in-Chief новую предвыборную тему взамен находящейся почти на искусственном дыхании экономики.

Law & Order

Глава исполнительной власти, повседневно с особым цинизмом попирающий закон, традиции и сам дух американской демократии, принялся продавать себя как гарант и защитник этого закона и порядка.

Полстраны не заметила трагического парадокса: покровитель и основной вдохновитель системной несправедливости и насилия станет защищать законопослушных граждан от реакции на противоправное институциональное насилие, им же покрываемое и вдохновляемое.

А для подвергающихся более или менее систематической дискриминации ясно, как день, что произвол не прекратился и не прекратится сам по себе. И они не хотят в очередной раз уступать и отступать. На это и был расчёт администрации.

Партия несуществовавшего прошлого, некогда считавшая себя великой партией, окончательно прихватизирована обер-мошенником-в-законе и даже не пытается сделать вид, что работает хоть над какой-то собственной программой. Её попросту теперь нет. Кроме поддержки Трампа любой ценой. Партия принципов и сохранения морали превратилась в жёстко организованную структуру, обслуживающую своего доморощенного муссолини, а нередко и буквально его левую ногу.

А в противоположном лагере трампо-центризм наоборот и даже трампо-зависимость: демократы дергаются в ритме твиттера, живут от противного и при этом искренне считают себя свободолюбцами.

Оба кандидата от двухпартийной монополии на власть воплощают её несостоятельность, постепенно становящейся всё более очевидной массовому избирателю.

Тем не менее, разница между давно пережившим свои психофизические возможности пожилым человеком с прогрессивными намерениями и беззастенчивым шулером слишком очевидна. Правда, только тем, кто использует мозг по назначению.

…Неполяризованной Америки не осталось, хотя поляризована она по-разному. И процесс этот, видимо, неостановим. В результате американское настоящее стало ещё более чёрно-белым. Угрожающе чёрно-белым.

Battleground

Сейчас все из последних сил подсчитывают проценты и спорят о шансах в штатах, которым случилось остаться ни красными, ни синими. Там, где и должно решиться – каким быть бывшему маяку демократии. Однако опрашивают потенциальных избирателей, используя старые выборки, которые кое-как работали в типичные годы. Та вода уже давно утекла, а социологи охотятся за когдатошним мнением сильно и, вероятно, навсегда изменившегося избирателя.

Опросы, стабильно показывающие общенациональное преимущество Байдена, делаются на годами наработанной стандартной основе, которая достаточно надёжно функционировала в рамках типичных избирательных циклов, но не показывает судорожных изменений, происшедших в последние годы, когда из-за быстрой поляризации разные группы населения дрейфовали ближе к краям политического спектра. В некоторых избирательных округах произошли изменения, которые принято называть драматическими, но они не ловятся опросами, привычно проводимыми на минимально возможной выборке.

Поэтому обычные выборки сейчас заведомо нерепезентативны. Чтобы стать достоверными, они должны быть на порядок больше и не просто случайно случайные – иначе это пустая игра в опросное лото.

Кстати, если отвлечься от опросов и попытаться соотнестись с доступной, практически подножной информацией, чтобы понять каков может быть результат предстоящих выборов, то за неожиданным далеко ходить не придётся. Принято считать, что штат Нью-Йорк в кармане у демократов благодаря городским жителям. Однако далеко не всё так очевидно. Благодаря неусыпным стараниям, вкупе с нерешительностью, оппортунистически-ультрапрогрессистского мэра Нью-Йорка Билла ДиБлазио, изо всех сил пытавшегося унаследовать избирателей Сандерса для своей будущей президентской кампании и очевидно потворствовавшего ночному оппортунизму мародёров и гопников, даже те категории населения, которые обычно отдавали голоса демократам, могут проголосовать против. И это не только пожарные, полицейские и их семьи. Мой товарищ работает в городских службах, где все – члены профсоюза и предполагается, что они всегда голосуют за демократов. Он мне рассказывал, что сейчас все готовы голосовать против ДиБлазио (и, соответстветственно, за Трампа). Mэра Нью-Йорка терпеть не могут многие в Бруклине, Квинсе и на Стейтен-Айленде. С учётом того, что часть жителей уехали (пусть даже временно) из Манхэттена, городcких избирателей может не хватить, чтобы пересилить голоса всех остальных жителей штата. В этом случае одна из самых многочисленных групп выборщиков перейдёт к Трампу… И это даже не тот штат, борьба за который хотя бы теоретически может считаться реалистичной.
Что уж говорить о Пенсильвании, Флориде, Мичигане и других штатах Среднего Запада.

С другой стороны, обычно гарантированно республиканские Северная Каролина, Айова, Аризона, Вирджиния и даже Джорджия, где сильнее ощутимы социальные и экономические последствия пандемии, могут вернуть демократа в Белый дом.

…Как бы уже не повернулось – 3-е ноября станет началом новой истории. И не только для Америки. Хоть какая, а определённость…

 

***

 

Дмитрий Ахтырский

Бутылочное горлышко

Понятно, что каковы не были бы опросы, сейчас никто не отважится делать прогнозы относительно окончательного результата нынешних президентских выборов в Соединенных Штатах. Во-первых, все памятны опросы четырехлетней давности, предрекавшие победу Клинтон — и несмотря на то, что преимущество Байдена сейчас более внушительное, а методики опросов вроде бы подкорректированы и оказались относительно адекватными на промежуточных выборах два года назад — но аналитики предпочитают дуть на воду. Трамповский ядерный электорат декларирует полную уверенность в победе — в качестве доказательства ее неизбежности они призывают сравнить посещаемость предвыборных мероприятий обоих кандидатов. Аргумент сложно признать убедительным — к примеру, мои американские друзья и знакомые — практически исключительно демократы и независимые антитрамписты, но, насколько мне известно, никто из них не рвался своими оффлайновыми материальными ушами услышать зажигательные речи экс-вице-президента. Сторонники Байдена, более осторожны — ядерной базы у него, впрочем, и вовсе нет. Умеренные СМИ демонстрируют озабоченность и тревогу, допуская весьма сдержанные нотки оптимизма. И эту стратегию можно понять — демонстрация твердой уверенности может отпугнуть т.н. «прогрессивных» — тех, кто на праймериз голосовал за Берни Сандерса и до сих пор испытывает фрустрацию из-за его внезапного поражения, хотя вероятность его победы, как казалось, была весьма и весьма велика. 

Аналитики и комментаторы сходятся в одном — эти выборы беспрецедентны. Беспрецедентной является степень поляризации общества практически по всему спектру повестки. Даже трудно назвать простым совпадением выход прямо накануне выборов фильма «Суд на чикагской семеркой», отсылающий нас к событиям 1968 года. Допустим, медиа нагнетают напряжение, когда говорят о «холодной гражданской войне», которая грозит перейти в горячую фазу. Но с каким бы годом не сравнивать — с 1861-м или 1968-м — на дворе 2020-й, погрузивший мир в небывалую реальность пандемии и карантина, ситуации ни на что структурно не похожего экономического и, что куда более существенно, экзистенциального кризиса. 

Этот экзистенциальный кризис пробудил множество вулканов, которые начали просыпаться еще задолго до этого года — а некоторые уже вошли в фазу извержения. Возможно, именно такую ситуацию следует называть «идеальным штормом». 

Принято говорить о «двух Америках» — или даже о «Разъединенных Штатах Америки». Север и Запад против Центра и Юга. Город против глубинки. Глубинка опасается рейдов «эскадронов смерти» (за которые они принимают BLM и Antifa) в «Новую Вандею», а города страшатся вторжений вооруженных до зубов черносотенных неополпотовцев (имею в виду антиурбанизм «красных кхмеров»), которые могут быть поддержаны местной полицией, нелояльной большинству населения крупных городов.

Но можно выделить гипотетические социальные группы, которые могут повлиять на исход этих выборов. Гипотетичность их как раз и делает результат непредсказуемым — наряду с факторами, которые не имеют отношения к самому выборному процессу (о последних — чуть позже). 

Первая группа — т.н. «стеснительные трамписты». Вероятно, это именно та группа, которая обеспечила Трампу победу в 2016 году. По своему типажу она весьма напоминает группу, обеспечившую непредсказанно высокий результат партии Жириновского на думских выборах в 1993-м. Это люди, которые во время опросов стыдятся высказать открыто свои предпочтения (может быть, даже отчасти перед самими собой). Это люди, которые бросают трубку, слыша предложение поучаствовать в опросе, поскольку опрашивающие в их глазах представляют из себя обслугу «глубинного государства». 

Вторая группа — это, скажем так, разочаровавшиеся в Трампе, которым неудобно (опять же, вероятно, перед самими собой) признаться в своем разочаровании — и которые готовы либо проголосовать за Байдена, либо за третьего кандидата, либо не голосовать вовсе. 

Третья группа — так называемые Bernie Bros. Те левые (осознаю всю неадекватность старого языка политологии), которые воспринимают Байдена как марионетку межпартийного и надпартийного истеблишмента. Один из основных вопросов этих выборов — удалось ли команде Байдена найти язык компромисса с этой группой, чувствует ли эта группа надежду на то, что ее повестка может быть в той или иной степени быть включена в план действий новой администрации в том случае, если байден победит. В 2016-м Клинтон после получения номинации от демпартии демонстративно проигнорировала эту группу. На это раз дело обстоит иначе — но остается вопрос, насколько реверансы в сторону «прогрессивных» смогут мотивировать последних, в особенности молодежь, которая традиционно вообще не склонна ходить на выборы.

Четвертая группа — это бедные белые из т.н. «свинг стейтс»», штатов, которые, благодаря особенностям политической системы США, фактически и решают исход президентских выборов — штатов, в которых нет отчетливого перевеса той или иной партии. Таких, как Мичиган, Висконсин, Пенсильвания или Флорида. Оказались ли они разочарованы Трампом, отнюдь не улучшившим их материальное положение? Получится ли разыграть с этой группой во второй раз карту ксенофобии?

Существуют и иные гипотетические группы. Пожилые люди из числа традиционных республиканских избирателей, не удовлетворенные реакцией администрации Трампа на ситуацию пандемии. Алармисты, предчувствующие «биополитический террор в цифровом концлагере» — а демаркация между коронадиссидентами и карантин-коллаборантами разрезает социум отнюдь не строго по традиционной партийной линии. 

Перечень таких «свинг-групп», безусловно, может быть продолжен — вопрос во внимательности взгляда и применении различных оптических линз. 

Но, вероятно, основной вопрос этих президентских выборов в США лежит в другой плоскости — и об этом я упомянул выше, обещав уделить внимание этому моменту. 

Уделяю.

С большой вероятностью, имя нового  президента США мы узнаем позднее утра среды, вечера четверга или даже конца ноября. Особенности нынешнего голосования (их много, и я не буду их перечислять) позволяют обеим сторонам оспорить результаты выборов в суде. Сам подсчет переданных по почте бюллетеней может занять неопределенно долгое время. Предварительные результаты с большой вероятностью не приведут к признанию поражения (хотя, вероятно, будут объявления о победе). 

Страна готовится к волнениям — в ситуации ожидания периода «междуцарствия». Выясняется. что некоторые деликатные протокольные моменты в США не прояснены. Есть опасения — и пока не ясно, насколько эти опасения имеют под собой основания — что вопрос о власти в США окажется в руках тех или иных силовых структур, причем пока неизвестно, каких именно. Неизвестно, насколько значимым фактором окажутся гражданские акции прямого действия. 

Ситуация вступила в фазу бутылочного горлышка. Или так только кажется? Насколько турбулентна эта зона? Америка только начинает в нее входить? Или она находится в ее центре? Или — хотя этого наблюдателям еще не дано увидеть — но пик пройден? Ответы на эти вопросы мы вскоре узнаем. 

А пока — курс самолета пересекается с траекторией полета стаи черных лебедей. Постфактум множество политологов объяснит нам, почему ситуация стала развиваться этим образом, а не тем  — или наоборот. 

Перенесет ли американская система «сдержек и противовесов» нынешний политический кризис?  Насколько натянуты параллели с моментами гибели римской республики и веймарской Германии? Или продолжит реализовываться пророчество старой серии «Симпсонов», в которой Трамп был избран президентом, но на следующих выборах побеждает Лиза Симпсон? И если Трамп проиграет — сможет ли команда Байдена стать Лизой? 

Прямо в эти минуты многие мои американские знакомые решают вопрос — что делать? Оставаться в городе — или уехать из него на неопределенное время? Или, напротив, возвращаться в город для участия в гражданских акциях? Из страны же уехать практически невозможно — США стали страной-изгоем, из которой нельзя въехать даже в Канаду. 

Какова будет диспозиция — сложнейшая диспозиция различных сил? Какие решения будут приняты в ближайшие дни, какие действия будут предприняты — каждым конкретным заинтересованным человеком, правозащитниками, юристами, спецслужбами, военными? Какова окажется логика исторического процесса — которая всегда становится кристально ясна после, но не очевидна до? 

Третий звонок. Нас просят пожаловать в зал, который одновременно, разумеется, является сценой. 

С антифашистским приветом от жителя Нью-Йорка.

Поделиться ссылкой:
0